Бывшие. Нас стало трое

Глава 20

— Ну и что мне с вами делать? — Глеб по очереди испепеляет нас взглядом. Больше, конечно, достаётся мне, чем Мире.

— Понять и простить? — паясничаю, демонстрируя ему кончик языка.

Знаю, что это неправильно, но это своеобразная защита. Особенно, когда двое на одного.

— Глеб, ну а что я должна была сделать? Привязать её к стулу? — возмущается подруга. — Кто мог подумать, что за эту минуту... Ладно, за десять минут, пока нас не было, наша звезда учудит встречу с бывшим…

Молотов в очередной раз тяжело вздыхает, заставляя меня почувствовать себя ещё виноватее. Хотя, я не сделала ничего плохого.

Это какое-то нелепое стечение обстоятельств!

После физического столкновения с мужем мы не могли спокойно сидеть на месте. Я немного поиграла с Аминкой и отправила их домой, разумеется, с соблюдением всех мер предосторожности.

Обстоятельства — обстоятельствами, но, находясь в шаге от разоблачения, лучше дуть на воду…

На работу Мира уже не вернулась — мы вместе поехали сдаваться Глебу. Нет, можно было промолчать, но интуиция разве что не кричала: я сильно промахнулась. Совершила ошибку.

Да и Булат...

Слишком красноречивый взгляд у него был. Как будто он не успокоился, увидев, что я действительно счастлива с другим мужчиной. Не просто счастлива, но и стала мамой… Матерью чужого для него ребёнка.

И фраза, что нам нужно развестись… Не чувствую я в ней его согласия, какого-то смирения.

Кажется, будто он сказал это, чтобы усыпить бдительность. Или… не знаю для чего…

В голове сумбур и каша из страха, нелогичных надежд и каких-то ожиданий.

Вздыхаю, поджимая ноги на диване.

Всё-таки хорошо, что мы не стали скрывать эту встречу от Глеба. Хотя поначалу Мира в панике отговаривала меня. Предсказала буквально все реплики, которые он выдал, узнав обо всём.

Видимо, она лучше меня знает характер Молотова…

— Ладно, на вас злиться бесполезно, — Глеб машет рукой. — Теперь нужно выкручиваться, причём чем быстрее, тем лучше. Я напрягу ребят, чтобы они составили мировое. Вряд ли Гараев потащится в суд.

— А что может заставить его пойти в суд? — осторожно спрашиваю.

— Ты думаешь, я знаю? Да всё, что угодно! Может, твоя чокнутая мамаша перетащит его на свою сторону? Или он передумает разводиться? Решит снова поиздеваться, затягивая процесс? А может… — мужчина делает паузу: — Увидел тебя и захотел вернуть? — Последнее предположение он произносит, даже не скрывая свою ревность.

Мира под столом толкает мою ногу своей. Не я одна это заметила...

Румянец мгновенно подкатывает к щекам.

Прочищаю горло, перед тем как спросить:

— Но ты же попробуешь решить всё мирно?

— У меня есть варианты не сделать этого? — усмехается друг и отправляет нас по домам от греха подальше.

Только я всё равно никак не могу успокоиться.

Перед глазами так и стоит лицо Булата — боль в его глазах… То, как он разглядывал абсолютно чужого ребёнка, пытаясь найти в ней сходство… Со мной? С собой? С Глебом?

Я бы очень хотела пробраться в его голову в тот момент, чтобы прочитать мысли. Не для того, чтобы поиздеваться — а понять, что он почувствовал. Потому что, возможно, где-то в глубине души, я испытываю перед ним небольшое чувство вины за то, что спряталась, за то, что скрыла...

Хотя не должна её испытывать! Вину эту...

Это он сам выбрал такую жизнь: осознанно сблизился с Кристиной, предавал меня всё это время, оставаясь на стороне моей матери...

Мы могли бы поговорить с Гараевым.

Только вот я не готова…

Не хочу всё это выслушивать… оправдания, мотивы…

Если это окажется правдой, то я разочаруюсь не только в биологической матери, но и в муже. Окончательно разочаруюсь… так что станет по-настоящему больно.

А если ложью?

Нет. Нет… Нет!

Я просто не хочу этого знать. Пусть всё останется как есть.

Каждый из нас сделал свой выбор. Даже если теперь Булат решил перестать быть пешкой в игре расчётливой и ослеплённой злостью тёщи, это ничего не изменит…

Я не хочу знать для чего он всё это сделал. Мы могли поговорить тогда, на следующий день... Если бы я не сбежала с Глебом из страны. Но это ничего бы не поменяло…

В тот момент, едва придя в себя и осознав ужас произошедшего, я не была готова…

И сейчас тоже не готова... Причем имея возможность обнять Аминку вживую, а не просто носить её под сердцем...

Просто не готова!

Хватит той грязи, которую вылила на меня мать. Даже если все её слова — ложь, пусть будет так.

Наши дороги разошлись, и они никогда не сойдутся.