Бывшие? Не думаю

Глава 4

У меня давно был сформирован свой график. По будням работа и спортзал, по выходным прогулки и встречи. Меня это полностью устраивало. Вот только сегодня, когда я зашла домой, а мне навстречу выбежала старушка Белянка, стало тоскливо оттого, что все в моей жизни теперь происходит по плану.

Где мои двадцать лет, когда я могла в час ночи поехать на другой конец города, чтобы погулять с подругой? Погулять, посидеть в сквере, обсудить всё и всех…

Где двадцатилетняя я, и куда делись подруги, с которыми хочется делиться новостями?

– Привет, моя хорошая, – поздоровалась я, скинув туфли и подхватив кошку на руки. – Только ты у меня осталась...

Белянка утробно замурчала, положив лапы мне на плечо, а я, не переставая ее гладить, прошла в свою кухню-гостиную и уселась на диван.

– Представляешь, кого я сегодня видела? – почесав ушко, обратилась я к кошке. – Того самого наглеца, который тебя на прощание даже не погладил.

Белянка даже не взглянула на меня, продолжая утробно мурчать и подставлять шею для почесываний.

– А еще он мое место занял и на работе, и на парковке, – пожаловалась я и вновь не дождалась реакции.

Вздохнула, продолжая поглаживать Белянку, и огляделась.

Я ведь молодец. У меня есть отличная работа. Есть собственная машина. Есть свежеприобретенная квартира в отличном районе... Почему же несмотря на это, я почувствовала себя сейчас человеком второго сорта? Будто, если бы проводился чемпионат по «успешности» я бы оказалась второй с конца.

Ссадив кошку, которая тут же начала вылизываться, я прошла к кухонному уголку и налила себе стакан воды.

Бред же. Я точно знаю, что молодец. И никакой Кирилл не сможет убедить меня в обратном. Не то чтобы он пытался, конечно, но… Но у него-то, наверняка, не только стандартный набор машина-квартира-работа, но еще и любящая семья есть. Жена-француженка, дочка и сын такие же темноволосые и светлоглазые, как их отец…

Тряхнув головой, чтобы все глупые мысли из нее разом вылетели, я пошла переодеваться.

Вот будто мне есть дело до того, кто там этого Кирилла встречает дома. Да моя Белянка в сто раз лучше всяких французских жен и детей!

Но несмотря на мое волевое решение перестать думать о Кирилле, мысли все равно возвращались к бывшему. Так что, поужинав, я критическим взглядом посмотрела на Белянку.

– Прости, старушка, но собеседник из тебя не лучший. Буду искать другого, – произнесла я, в то время как кошка опасливо принюхивалась к своей миске, в которую я недавно добавила корм.

Не откладывая в долгий ящик, я набрала сестру.

– Соня, ты не сильно занята?

Набрала и на секунду устыдилась.

На заднем фоне было слышно, как работает телевизор, как болтают дети, и как скворчит масло на сковородке. У нее жизнь ключом бьет, а тут я со своим прошлым…

– Нет, конечно! – вопреки моим мыслям воскликнула Соня. – Леша играет с детьми, а я тут ужин доделываю. Что-то случилось?

– Почему сразу случилось? – ворчливо отозвалась я, закидывая ноги на соседний стул, и ковырнула столешницу. – Я что, не могу любимой сестренке просто так позвонить?

На той стороне телефона хмыкнули.

– Можешь, конечно. Но мы с тобой в пятницу планировали встретиться, а у тебя слишком скучная жизнь, чтобы чаще раза в неделю новостями обмениваться.

Теперь уже я усмехалась на этот «укол».

– Поэтому я и звоню тебе, решила узнать, что происходит в твоей «веселой» жизни.

– Ну, конечно… Так, погоди секунду, – Соня что-то помешала, что-то куда-то пересыпала и вновь вернулась ко мне. – Так, у меня есть минут пятнадцать, пока щи будут доходить… Говори, как есть. Не пудри мне мозги. Что случилось?

Я вздохнула.

Вздохнула еще раз, проведя пальцем по матовой поверхности стола, и призналась:

– Я Кирилла встретила.

Голос мой прозвучал слишком уж жалобно. Вот ни разу он не соответствовал испытываемым мной эмоциям. Я-то кремень. А голос чего меня подводит?

– Та-а-ак… – протянула сестра и, судя по звуку, закрыла дверь кухни. – Где, когда? Рассказывай.

Я-то, конечно, кремень, но вот мой голос… Его жалеть надо.

Подхватив разволившуюся у ножек стула Белянку, я прижала ее к себе, поглаживая.

– На работе.

– Клиент? Вы с ним работаете? Что он сказал? Ирина! Да не молчи ты!

Я невольно фыркнула, почесав Белянке шею.

– Я не молчу, ты мне слова вставить не даешь. Кирилл не клиент… Он теперь мой босс, точнее скоро им станет.

Соня, вопреки своему амплуа милейшей матери семейства, выругалась.

– Ириш, мне очень жаль… Он теперь будет вместо Альберта Никитича? – с сочувствием в голосе, наконец, отозвалась она, прекрасно осведомленная о моих намерениях получить повышение.

– Да. В течение месяца он перенимает дела, а потом становиться непосредственным начальником, – равнодушно сообщила я, а Белянка мяукнула, словно подтверждая мои слова.

– И как? Ты теперь уволишься? Что он вообще сказал? Как отреагировал, когда вы встретились?

– И вот на какой вопрос мне отвечать? – хмыкнула я, поглаживая кошку, та устроила свою голову у меня на груди и прикрыла глаза.

– Да на любой!.. – рыкнула на меня Соня и тут же уточнила. – Ир, может мне приехать?

– Ко мне домой или на работу? – отозвалась я ехидно.

– Да хоть на работу. Я этому козлу все рога пообломаю, и знаешь, куда запихну?!

– И куда же? – улыбнулась я.

Сколько помню, с виду милая Соня могла голыми руками порвать и своих, и моих обидчиков. Поэтому, что бы кто ни думал, но мир и спокойствие в ее семье лежал не на сильных плечах ее Леши – стокилограммового и двухметрового качка, а на ее хрупки плечиках.

– Я тебе потом скажу, Юля за водой зашла…

Соня замолчала, а я услышала любопытный голос племяшки, интересующийся, что от нее хотят утаить.

– Ничего я не утаиваю. Бери свою воду и дуй к папе, дай с тетей Ирой поговорить! – спустя почти минуту переговоров простонала сестра, и, видимо, выставив Юлю за дверь, пожаловалась. – Вот почему в моей семье не диктатура? Я бы ей слово сказала, а она сразу без размышлений послушалась бы.