Бывшие? Не думаю

Глава 6

Ни в какое кафе по вечерним пробкам мы с Кириллом не успели. Когда я, припарковав машину, подошла к двери со скромной надписью: «Лебедева Антонина Сергеевна. Психолог», Кирилл уже стоял там.

Мы встретились взглядами и тут же их отвели.

– Повторюсь, Ир. Что именно говорить, решаешь только ты, – произнес бывший, разглядывая вывеску кофе, расположившегося впритык к кабинету психолога.

Я бросила на него подозрительный взгляд и потянулась к ручке двери.

Еще исходя из того, что кабинет у психолога Антонины располагался недалеко от центра города, можно было сделать вывод: дела у нее идут ну очень хорошо. Просторная приемная с уютными диванами и кофемашиной в углу только подтвердила эту мысль.

– Здравствуйте, – поприветствовала нас за стойкой секретарь. – Вы записывались на семь часов?

– Верно, – кивнул Кирилл, вставая рядом со мной.

– Отлично, – улыбнулась девушка, ставя пометку в компьютере. – Вы можете пока присесть, минут через пять-десять она освободиться. Может быть чай или кофе?

Кирилл повернулся ко мне.

– Что ты хочешь?

Убраться отсюда поскорее…

– Чай. Черный. Два кубика сахара.

Пусть хоть они заменят мне ужин.

– Мне тоже чай, только без сахара, – произнес Кирилл, вновь повернувшись к секретарю.

Пока она готовила требуемое, мы присели на диван.

– Тебе не кажется, что тут достаточно места, чтобы не садиться ко мне вплотную? – показательно равнодушным тоном уточнила я у Кирилла, и взяла лежащий на журнальном столике рекламный буклет.

Взяла и уткнулась в него, всем своим видом показывая, как сильно я занята. Но Кирилл привычно проигнорировал намеки.

– Ир… Я хотел бы обсудить с тобой ситуацию в лифте, – дотронувшись до буклета, он опустил его ниже, чтобы видеть мое лицо.

– Тебе не кажется, что это не самое подходящее место? – кивнула я на секретаря, старательно не обращавшую внимание на нас.

– Наоборот, – хмыкнул он. – По-моему, это самое подходящее место из возможных. Или ты хочешь обсудить это в кабинете?

Нет, он совершенно не понимает намеков!

Хорошо. Хочет на чистоту, будет ему на чистоту.

Я с шумом опустила рекламный буклет обратно на стол и повернулась к бывшему.

– Кирилл, если ты не понял, я вообще ничего не хочу с тобой обсуждать. Ни то, что произошло давно, ни то, что случилось недавно. Ты мне интересен не больше этого стола, – постучала я костяшками пальцев по столешнице. – Выполняешь свою функцию, и ладно. Но лучше бы ты эту функцию выполнял подальше от меня…

Пока я долго и мучительно стояла в Московских пробках по пути к психологу, чего я только не передумала. И в красках представила поцелуй, который мог бы случиться. И скандал, который неминуемо бы за этим последовал.

Представила, что вместо поцелуя Кирилл говорит что-то язвительное, насчет моей на него реакции… Вот на этом моменте я окончательно поняла: это дурость.

У нас никогда не получится возродить наши бывшие отношения. Хотя бы потому, что мы друг другу не доверяем.

Да это и не нужно. Правда не нужно.

А вспыхнувшая на секунду страсть – это пережиток прошлого. Воспоминания, которые должны были стереться за прошедшие семь лет, но почему-то засевшие у нас обоих в голове.

Совершенно не те воспоминания.

Нужно помнить про предательство, про боль, про то, как он отмахнулся от меня, не соизволив даже поговорить напоследок… А не про то, как я плавилась, когда его горячие руки скользили по моему телу. Как я мечтала всю оставшуюся жизнь просыпаться в его объятиях…

Я тряхнула головой, выкидывая слишком горячие образы из мыслей, и посмотрела на Кирилла.

Хотела бы я знать, что твориться в его голове. Почему он смотрит на меня сейчас, сцепив зубы, почему серые глаза потемнели, словно предгрозовое небо…

– Как пожелаешь, Ира, – наконец, произнес он, отворачиваясь и взял первый попавшийся журнал со столика – про отношение родителей и детей.

Через пару минут секретарь поставила перед нами заварник с черным чаем, сахарницу и две чашки.

Мы с Кириллом потянулись к заварнику одновременно.

– Я налью, – поднял он на меня взгляд и сдержанно сообщил. – Выполню свою функцию, как ты и хотела.

Я невольно хмыкнула. Неужели задела?..

Оставшееся до приема время мы сидели, уткнувшись каждый в свой журнал, но, когда Кирилл переворачивал очередную страницу, мне показалось, что он едва сдерживает свою злость.

– Антонина Сергеевна готова вас принять, – сообщила нам секретарь, и мы с Кириллом синхронно отложили журналы, только этого и ожидая.

Кабинет психолога выглядел именно так, как я его представляла. Минимум вызывающих цветов и острых углов, максимум света и пространства.

Теплые бежевые стены, яркая желтая лампа освещения. Небольшой округлый диван на две персоны и два кресла по бокам от него.

Напротив, отделенная от дивана низким журнальным столиком, расположилась сама Антонина Сергеевна.

Психолог оказалась невысокой полноватой дамой под пятьдесят. С мягкой улыбкой, округлым лицом и грудным голосом.

– Добрый вечер, Ирина. Добрый вечер, Кирилл, – улыбнулась она, когда мы в ответ поприветствовали ее. – Располагайтесь, где вам удобно.

Вот и начались первые психологические проверки?..

Удобнее всего мне было бы дома, но, боюсь, такой вариант Антонина не предусматривала. Так что пришлось опуститься в глубокое кресло, слева от дивана. Кирилл же сел на сам диван, вызвав улыбку у психолога.

– Давайте немного познакомимся, – вновь произнесла она, дождавшись, пока мы усядемся. – Расскажите немного о себе и о тех причинах, по которым мы с вами здесь собрались.

Причиной я бы назвала излишнюю веру Альберта Никитича в психологов, но вместо этого кратко и официально представилась, как для будущих партнеров.

– Морева Ирина Витальевна – руководитель отдела по мотивации, компенсации и льготам.

Я перевела взгляд на Кирилла, и он подхватил: