Бывшие. ( Не) желанная жена

Глава 4

И вот сегодня он приехал в шестой раз. Но в этот раз он был хмур.

— Привет, — бросил мне и ни сказав больше ни слова, ушел в комнату. В этот раз он даже не взглянул меня. Даже как на предмет мебели. Значит у него что-то случилось. Надо сообщить ему что вечером придет и моя семья на ужин.

Поднялась в комнату и замерла у двери. Почему-то было страшно. Словно что-то случится если зайду туда. Словно потеряю Камала навсегда.

Но мне не пришлось заходить туда, чтобы потерять его. Хватило и подслушанного разговора.

— Венера, прекрати! Я уже не раз говорил тебе, что она для меня никто. Всего лишь дочь друга отца. Я ее воспринимаю только как маленькое недоразумение. Через пару месяцев закончу учебу и вернувшись скажу про развод.

Сердце пронзила боль. Он так и не принял меня. Даже не старался сделать этого. Я как была для него никем, так и осталась.

— Конечно мне нужна только ты, — вздохнул Камал с той стороны. — Пожалуйста, милая, прекрати плакать. Ты же знаешь как я не люблю когда ты плачешь. Ну все, успокаивайся. Хорошо, я даже не дотронусь до нее. И разговаривать не буду. Давай.

Похоже судьба у меня такая. Раз любви я недостойна, значит отдам себя учебе. Не стану цепляться и тешить себя надеждами, что однажды он меня примет. Все равно этого не будет никогда.

Сделав глубокий вдох, вошла в комнату. Камал копошился в своей сумке и даже не взглянул на меня. Делает все что просит его любимая девушка.

— Вечером придут мои родные. Будет семейный ужин. Мама велела тебе присутствовать, — и не дожидаясь ответа ушла. Я знала что он скажет, что времени нет. Что у него встреча с друзьям или что-то подобное. Каждый раз я прикрывала его, а в это раз не стану. Пусть сам сообщает своим родителям о своем отсутствии.

До самого вечера была со свекровью на кухне. С ней мы отлично ладим. И когда Камал пришел сообщить о том что не сможет присутствовать на ужине, мама ему устроила выговор. Не разрешила уйти. Он разозлился, пошел к отцу, но и тот похоже не позволил ему уйти по своим делам.

Вечером мы все вместе встречали моего отца, мачеху и их общего сына. Я так и не смогла назвать его братом. Он был младше меня на десять лет и сейчас ему двенадцать лет. Отношения с ними у меня… никакие. Отец похоронил мою мать и привел в дом новую женщину почти сразу. Ему хватило полгода чтобы вычеркнуть из жизни маму. Сказал что сделал это для меня. Чтобы у меня была мать.

Мать…

Только мамы не бывают такими.

— Ну что Вагаб, вспомним старину? — воскликнул свекор после того как немного перекусили. Было скучно сидеть вот так. Разговаривали только отцы и мамы, а мы как истуканы уткнулись в свои тарелки.

— Конечно Давид. Мы с тобой уже два года как стали родственниками, — папа улыбался говоря это.

— Да, — подала голос мачеха, Зулейха. — Уже два года прошло, а мы никак не дождемся от детей хороших новостей. Всем так хочется услышать о том, что вскоре в семье будет пополнение. Но кажется наши дети не спешат.

Остаюсь спокойна с виду, хотя внутри горит огонек обиды. Она всегда так или иначе говорит фразы которые причиняют мне боль. Смотрю на мужа, а он даже не услышал что сказали. Сидит уткнувшись в свой телефон. Мельком увидела сообщение. Смайлик. Поцелуй.

Как же я устала от всего этого…

— Простите, — обратилась ко всем сделав глубокий вздох. Встала, обвела всех взглядом и решилась. — Раз сегодня собрались самые близкие — наши семьи — мне нужно сказать кое-что очень важное. И, думаю, Камал со мной согласится.

Он резко повернул ко мне голову, в его глазах вспыхнуло недоумение и мгновенная настороженность.

— Два года назад мы с Камалом поженились, — начала я, обводя взглядом родные лица: своего отца, его родителей. — Мы выполнили ваше общее желание, вашу мечту о союзе наших семей. И мы старались. Искренне. Но с самого первого дня мы оба поняли… что это большая ошибка. Мы — два совершенно разных человека. У нас нет ничего общего. Нет тех чувств, без которых брак становится тюрьмой. Мы оба это знаем. Мы оба несчастливы в этой роли.

В комнате повисла гробовая тишина. Свекор перестал улыбаться, отец замер с бокалом в руке.

— Ты что несешь? — тихо, сквозь зубы, прошипел Камал, но я продолжила, глядя не на него, а на наших родителей.

— Никто в этом не виноват. Ни вы, с вашей заботой. Ни мы, с нашей покорностью. Просто так вышло. Мы с Камалом не хотим и не можем быть вместе. Это решение созрело давно и оно общее. Поэтому… — я сделала глубокий вдох, — мы просим вас отпустить нас. Не ругаться, не искать виноватых. Просто принять, что эта затея была недоразумением. И забыть о ней. А нашу дружбу, вашу дружбу, которая была задолго до нас и которая гораздо важнее, — просто продолжить. Так же, как и раньше.

Я закончила и опустила глаза, чувствуя, как внутри всё обрывается. Потом посмотрела на Камала. Он был бледен, его глаза высказывали бурю — шок, непонимание, и, как мне показалось, крошечную искру того самого уважения, которого не было все эти годы.