Бывшие. Непогода для герцога

4

Стоит ли говорить, что письмо подруги пришлось не просто кстати — это был спасательный круг, брошенный утопающему. И не то чтобы я совсем отчаялась: уверена, работу я обязательно нашла бы, в конце концов, но теперь мне хотелось уехать от отца и мачехи как можно скорее. За годы учёбы я устала от жизни по чужому уставу, а мне хотелось свободы и самостоятельности.

Минорное настроение, нахлынувшее на меня в саду, испарилось. Я немедленно написала мэру Финли. К посланию приложила копии диплома и свидетельства о магической одарённости. Не забыла черкнуть записку подруге — поблагодарила за заботу и кратко рассказала о своих впечатлениях об отчем доме. Запечатала конверты и сама отнесла их в отделение магпочты, чтобы побыстрее отправить. Понимая, что ответа от мэра не стоит ждать раньше вечера понедельника, решила расслабиться и просто хорошо провести вечер субботы вместе с гостями.

День прошёл в хлопотах по подготовке. Я помогала чистить серебро и следила за сервировкой стола, снова удостоившись похвалы мачехи. Еще бы, в Столичке ведь учатся аристократы, потому нас муштровали уроками светского этикета едва ли не в том же объеме, что и магическими практиками.

К семи часам вечера начали съезжаться гости. Наряженные в вечерние платья, мы со сьеррой Фреей встречали гостей на крыльце особняка.

Первым прибыл важный пожилой полуоборотень. Меня изумило мрачное и надменное выражение лица этого гостя. Мужчина был высок и, несмотря на возраст, атлетически сложен. Если бы не суровая мина, он мог бы показаться даже симпатичным.

Гость строго взглянул на лебезившую перед ним мачеху и обернулся ко мне. Яркие зелёные глаза дольше принятого в хорошем обществе задержались на моей груди и бедрах, скользнули к лицу. Прежде чем мачеха успела представить меня, вмешался отец. Барон обратился к этому господину как к лучшему другу и быстро увёл к себе в кабинет.

— Это деловой партнёр твоего отца, — пояснила мачеха. Мне показалось, что баронесса волнуется. — Кажется, ты его заинтересовала, дитя моё. Прошу, будь с ним поласковее.

Я хотела поинтересоваться, зачем это нужно, но тут во двор вкатился новенький дорогой каррус, и вскоре мы уже приветствовали семейство местного банкира: почтенного гнома и его супругу с дочками на выданье и двумя взрослыми сыновьями.

И снова последовал совет:

— На этих не обращай внимания, у юношей уже есть невесты.

Так, мы приветствовали ещё шесть состоятельных семейств из нетитулованного дворянства. В основном это были супружеские пары. Никаких кандидатов в женихи, ради которых сьерра Фрея, по ее словам, затевала это сборище, среди приглашенных не наблюдалось.

Встретив гостей, как и полагается добрым хозяйкам, мы вернулись в гостиную и нашли барона ди’Грина и его партнёра, мирно беседующих с племянником мэра и банкиром. Дамы, от разноцветья платьев которых, наша гостиная казалась цветником, сбились в уголке и сплетничали об интрижках местной высшей знати.

Разумеется, меня расспрашивали об учёбе и планах на будущее. Об академии я рассказывала охотно, а вот о планах старалась не распространяться. Боялась сглазить — мы, погодники, довольно суеверны, работа у нас такая, нервная.

Молодежь смотрела на меня во все глаза, а после того, как матроны поотстали, засыпала вопросами о столице и академии. В глазах девчонок светилась откровенная зависть, и я от души посочувствовала бедняжкам, напрасно мечтающим о другой дороге в жизни, кроме раннего замужества.

Торжественный обед прошел довольно приятно, если не считать, что я то и дело ловила на себе пристальные взгляды сурового папиного партнера. Его внимание меня не пугало, просто было неприятно.

Через некоторое время общество разделилось: дамы удалились вкушать десерт в гостиной, мужчины же остались в столовой, коротая время за вином и разговорами о делах. Молодёжь, хорошо знакомая между собой, переместилась на террасу, погружённую в приятные сумерки.

Мне было скучно с дамами — я ведь не в курсе местных дел, потому намеревалась присоединиться к сверстникам, надеясь, что меня примут в компанию, но тут из столовой вышел отец. С теплой улыбкой он подтолкнул ко мне старого полуоборотня.

— Доченька, это лейр тэ'Азарус. Покажи нашему уважаемому другу сад.

Просьба показалась довольно странной. Будь гость помоложе, решила бы, что мне его сватают. Но лейр тэ'Азарус выглядел слишком уж солидно для жениха — его длинные, зачесанные от лица волосы уже посеребрило время, а вдоль рта залегли резкие вертикальные морщины.

«Да нет, не может быть! Вероятно, старик просто изъявил желание пройтись по саду после обеда в приятном обществе. А почему, собственно, и не пройтись?»

Мне предложили руку, я охотно угнездила свои пальчики на локте неинтересного кавалера. Мы спустились с крыльца и медленно пошли по дорожке среди тонущих в благоухании клумб.

— Какой приятный вечер, вы не находите? — спросила я.

Сказано было исключительно из вежливости. И, не то чтобы я действительно интересовалась его мнением, просто показалось странным, когда спутник не ответил обычной дежурной любезностью. К подобной невоспитанности уроки этикета меня не готовили. Я искоса взглянула на собеседника.

Тот сухо хмыкнул и увлёк меня дальше от дома.

Цветные фонарики, установленные в клумбах тут и там, кое-как разгоняли густые сумерки. В созданной ими волшебной атмосфере хотелось болтать, читать стихи или петь, а вот молчать или скучать совсем не хотелось. Приняв во внимание, что светское пустословие лейра не волнует, я выбрала, как мне казалось, безопасную тему профессиональной деятельности.

— Мой папа сказал, что вы его партнёр. Значит, вы тоже состоите в Городском совете?

— Состою. А вот ваш батюшка уже давно вышел из нашего круга. В Совет входят только надёжные, состоятельные люди.

Я помолчала, обдумывая новую информацию. Учитывая то, что уже слышала от слуг, меня не удивил факт, что отец покинул собрание богатых землевладельцев округи. Однако форма ответа, которую избрал этот невежа, показалась неоправданно грубой.