Бывшие. Неслучайная случайность

Глава 1

Дверь в пентхаус с грохотом врезалась в стопор, когда Глеб ворвался внутрь.

— Три часа. Три часа они ждали , когда ты вернешься, как идиоты!

Глеб влетел в спальню, срывая с себя галстук. Его лицо, обычно безупречно-холодное, пылало гневом. Весь его вид — от идеально сидящего костюма до властной осанки — кричал о деньгах и власти. И сейчас эта власть была направлена на неё.

Юля стояла у зеркала, стирая с ресниц тушь. На ней был чёрный кожаный комбинезон — одежда, которую Глеб в частных беседах называл «нарядом для мотоциклистки из дешёвого сериала».

— Я оставила сообщение твоему ассистенту, — бросила она через плечо, не оборачиваясь. — Не виновата, что ты нанимаешь людей, не умеющих передавать информацию.

— «Отлучусь не надолго»? Это ты назвала сообщением? Ненадолго?— он подошёл так близко, что она почувствовала исходящее от него тепло. — Яковлев привез образцы новой линейки! Мы подписывали эксклюзив!

— О, Боже! — она резко повернулась к нему, и её глаза вспыхнули. — Ну. так получилось. Моя работа не менее важна , чем твоя. Тем более я на этой встрече была , как мебель…

— Мой бизнес кормит нас обоих! И ты должна была там быть!

— Кормит? — она горько рассмеялась. — Дорогой, я прекрасно обойтись и без этого душного “кормит”.

— Где ты шлялась? — его голос, низкий и опасный, разрезал тишину стерильного пространства.

— В аэропорту, — ответила Юля. — Провожала того самого японского художника, чью выставку я курирую. Самолет задержали и я задержалась.

— Провожать в аэропорт какого-то бродягу с красками?

— Его зовут Кенши, и он гений! Его выставку купил Лувр, если тебя это хоть сколько-то интересует за пределами твоего квартального отчёта! Да, я проводила его! Потому что он — живой, талантливый, настоящий! В отличие от твоего Яковлева, который пахнет нафталином и старыми деньгами!

— Он — стабильность! Он — гарантия! — Глеб отбросил её руку. — А твой гений — это вспышка. Яркая, ослепительная и бесполезная. Как и всё, чем ты занимаешься.

Они стояли, тяжело дыша, измеряя друг друга взглядами. Воздух трещал от ненависти.

— Знаешь, что самое ужасное? — прошептала Юля. — Я смотрю на тебя и не понимаю, куда делся тот парень, который мог заснуть со мной на полу в первой съёмной квартире, потому что нам было весело. Тот, кто тайком влезал в долги, чтобы купить мне подарок. Ты похоронил его под своими костюмами и сделками.

— Он повзрослел, Юля! — рявкнул Глеб. — В отличие от тебя. Ты до сих пор живёшь в мире сказок, где все друг друга любят, а счета оплачивают феи. Хватит. С меня достаточно.

— Чего достаточно? — выдохнула она.

— Тебя. Твоих выходок. Твоей безответственности. — Он отступил на шаг, и его лицо снова стало маской холодного превосходства. — Надоело. Развод.

Слово повисло между ними, тяжёлое и окончательное. Юля почувствовала, как что-то острое и колющее сжимается у неё в груди. Сердце Юли бешено заколотилось. Глаза наполнились слезами ярости и боли, но она не позволила им упасть.

— Ага, — ее голос дрогнул, но она заставила себя выпрямиться и посмотреть ему прямо в глаза. — Испугался, что твой безупречный мирок заразится моим «инфантилизмом»? Боишься, что я напомню тебе, что когда-то ты умел смеяться и любить, а не только подсчитывать прибыль?

— Не лезь в дебри, — холодно остановил он ее. — Просто скажи «да».

Она смотрела на него — на этого красивого, успешного, абсолютно недосягаемого человека, который когда-то ночами напролет читал ей стихи, а теперь видел в ней лишь обузу.

— Знаешь что, Глеб? — ее голос внезапно стал тихим и ясным. — Ты прав. Хватит. Надоело. Я согласна. Развод.

Он медленно кивнул, без тени эмоций.
— Разумное решение. Завтра в десять утра у адвоката. Не опаздывай.

Он развернулся и ушел в свой кабинет, плотно закрыв за собой дверь. Юля осталась стоять одна посреди огромной гостиной, в которой вдруг стало нечем дышать. Она проиграла эту битву. Но где-то глубоко внутри, сквозь боль и унижение, пробивалось странное, щемящее чувство облегчения. Ад наконец-то подошел к концу. Или только начинался?