Бывшие. Неслучайная случайность

Глава 2

Солнечный луч, холодный и острый, как лезвие скальпеля, упал на идеально отполированную поверхность стола из красного дерева. Он выхватил из полумрака кабинета контуры бронзовой статуэтки — абстрактной фигуры, олицетворяющей, по замыслу дизайнера, «стремление вверх». Глеб Мысин давно перестал замечать и статую, и вид из панорамного окна за спиной, где просыпался миллионный город. Вид был частью имиджа. Как и кабинет. Как и он сам.

Его палец, легким движением, провел по дисплею планшета, отправив очередной отчет в цифровое небытие. В воздухе парила тишина, нарушаемая лишь тихим гулом системы вентиляции — ровным, стерильным звуком, который он предпочитал живому гомону улицы.

— Мария, зайдите, — его голос, ровный и не требующий возражений, разрезал тишину.

Дверь открылась беззвучно, пропуская в кабинет его помощницу. Мария, женщина с безупречно убранными волосами и в таком же безупречном костюме, вошла, держа в руках айпад, готовый к работе.

— Доброе утро, Глеб Викторович.
— План, — коротко бросил он, не глядя на нее.

Она откашлялась, переведя устройство в режим презентации.
— Ваша поездка запланирована на послезавтра. Вылет в девять-ноль-ноль, бизнес-класс. Встреча с инвесторами в одиннадцать тридцать. Обед…

— Отмените, — Глеб перебил ее, наконец подняв глаза. Его взгляд был ясным и тяжелым. — Перенесите все встречи на четверг. Со вторника по среду я буду недоступен.

На идеально отшлифованном лице Марии на мгновение мелькнуло удивление, но было мгновенно стерто годами тренировок. Два дня полного недоступности — это было из ряда вон. Глеб Мысин был доступен всегда. Даже в час ночи он мог ответить на рабочий имейл коротким «исправьте».

— Я… понимаю. С каким статусом отметить в вашем календаре?
— «Личные дела», — он отчеканил, и это прозвучало как-то неестественно, будто он произнес слово на незнакомом языке.

Он отодвинул от себя планшет и взял со стола простой, лишенный изысков, конверт. Из него он извлек единственный лист бумаги — явный анахронизм в его цифровом мире. Это был старый чертеж. Эскиз деревянного дома с широкой верандой и камином. В углу — подпись, уже выцветшая от времени: «Наш проект. Г. и Ю.».

— Мне потребуется автомобиль. Не водитель, — он подчеркнуто посмотрел на Марию. — Только автомобиль. И чтобы он был подготовлен. Полный бак, проверка шин.

— Какой маршрут, Глеб Викторович? Я внесу в навигатор.
— Маршрут… — он медленно повертел в пальцах чертеж, потом отложил его в сторону. — Я составлю его сам. Ваша задача — обеспечить логистику до пункта А. Всё.

Мария кивнула, ее пальцы затанцевали по экрану, занося пометки.
— Будет исполнено. Забронировать отель? На две ночи?

Глеб задумался на секунду. Его взгляд снова уперся в чертеж.
— Одна ночь. «Гранд Отель» в Карповске. Люкс.

— «Гранд Отель» снесли два года назад, Глеб Викторович. На его месте теперь бизнес-центр.

Впервые за много лет Глеб почувствовал легкий укол раздражения. Не из-за помощницы, а из-за этого факта. Мир менялся без его ведома. И ему это не нравилось.

— Найдите лучший из доступных вариантов в том районе. Пришлите мне на согласование.
— Есть. Что еще?

Он помолчал, его взгляд упал на тонкую серебряную рамку, стоявшую на столе боком к нему. Он не видел фотографии, но знал ее наизусть. Там они с Юлей, загорелые, счастливые, обнявшись, стояли на фоне того самого эскиза, вбитого в землю колышками. Они только купили эту землю. Еще верили, что могут построить всё.

— Ничего, — наконец произнес он, и его голос дрогнул, всего на пол-тона, но Мария, знавшая все его интонации, заметила. — Будьте на связи.

Она кивнула и так же бесшумно вышла, оставив его одного в огромном, наполненном тишиной кабинете.

Глеб медленно повернул к себе ту самую серебряную рамку. Молодое, смеющееся лицо Юли. Ее растрепанные ветром волосы. Ее рука, доверчиво лежащая на его плече. Он смотрел на фотографию несколько долгих секунд, его лицо оставалось непроницаемым. Затем, одним резким, почти грубым движением, он швырнул рамку в ящик стола. Дерево с глухим стуком приняло в себя память о счастье.

Он снова взял в руки планшет. Его пальцы привычно вывели на экран цифры, стрелки, условные обозначения. Он строил маршрут. Точно, безэмоционально, как чертеж моста. Рассчитал время пути с запасом на непредвиденные обстоятельства в пятнадцать минут. Отметил оптимальные заправки. Заложил время на сон, прием пищи, два коротких звонка.

Пункт А: его пентхаус.
Пункт Б: тот самый дом в горах, который они когда-то строили вместе.
Цель: подписать бумаги о продаже. Разрубить последнюю связь. Поставить жирную, окончательную точку.

Он откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы. Всё было просчитано. Всё было под контролем. Эта поездка была простой формальностью. Последним аккордом в симфонии их распавшегося брака.

Он не допускал мысли, что у судьбы на этот счет могут быть другие планы. Что точка, которую он так уверенно ставил, может с легкостью превратиться в многоточие. А стройные ряды цифр и графиков — рассыпаться в прах при первом же порыве горного ветра.