Бывшие. Нити доверия

Глава 13

- Мы можем ещё раз посмотреть все возможные в рамках вашего бюджета варианты, – предлагаю вредной клиентке, что кажется, и сама не знает, чего и как хочет.

Девица с пухлыми явно не от природы губами недовольно захлопала километрами нарощенных ресниц.

- Причём здесь бюджет?! – сердито выплюнула эта гадюка. – Вы думаете, я нищая что ли?! Это у вас тут не тур-фирма, а богодельня какая-то.

Хочется вскочить со стула и, дав пинка, выпроводить эту барышню куда подальше, согласившись, что моя фирма худшая на свете.

Но я незаметно для неё сжимаю под столом пальцы в кулак, что ногти с болью впиваются в ладонь.

- Вариантов множество, Ксения Михайловна, именно поэтому вначале нашей встречи я спросила у вас критерии, – терпеливо поясняю клиентке.

Она ещё больше дует губы, но снова клацает длинным ногтем по экрану планшета в поиске нужного ей отеля.

Спустя ещё тридцать минут этот позор человечества покидает меня, всё-таки оформив путёвку.

Но легче мне не становится. На душе какая-то точка и сумятица, и так с ночи, которую я провела с открытыми глазами.

- Это всё от недосыпа. Надо было меньше думать, а больше спать, – ругаю своё зеркальное отражение в туалете, куда пошла ополоснуть свою чашку после кофе.

Телефон бодро вибрирует в заднем кармане джинс. От неожиданности пугаюсь и едва не разбиваю чашку о кран раковины.

Торопливо вытираю руки, но едва вижу имя абонента, как скорость движений сразу снижается. Что ему снова надо?! Сегодня я точно не в форме, чтобы вести переговоры с бывшим.

- Здравствуй, Юра. У тебя что-то срочное? Я на работе, – скороговоркой выпуливаю ему с намёком на неудобство от звонка.

- Привет, Фани. Срочно. Всего один вопрос – почему дети называют своего отца дядей?

Я зажмуриваюсь, желая развидеть весь этот мир. Скала замучил меня.

- Господи, ну зачем ты вернулся?! – срывается с моих губ с такой горечью, что даже на том конце связи наступает тишина. – Юра, мы не живём с Антоном вместе и не собираемся. Я решила, что всем нам будет проще, если Антон будет просто дядей. Я не собираюсь жить с твоим братом, а у него когда-то появится своя семья. В отличии от тебя я забочусь о своих близких, о тех, кто дорог мне и кто не бросает мою семью, едва завидев проблемы.

- Это камень в моей огород?

- А это ты уж сам решай. Вот только от меня отстань, пожалуйста. Мне твоих качелей хватило шесть лет назад. Больше я не желаю.

Я не жду ответа, а просто скидываю звонок. Прячу телефон в задний карман джинс и поскорее ополаскиваю руки и лицо ледяной водой.

Внутри всё болит, сердце полыхает словно в огне и, кажется, готово разорвать грудную клетку, чтобы упасть к моим ногам. Да, я должна пережить обиды и боль прошлого, отпустить… но, Боже, как же это тяжело!

Я его так любила. Больше жизни. А он просто ушёл с выражением брезгливости на лице. Я звала его, хватала за руки, умоляя выслушать и поверить, но в ответ только арктический холод.

- Не прикасайся ко мне, Стефания. Никогда, – и скинул с себя мои ладони, как нечто противное, недостойное его, гения кардиохирургии.

Мобильный снова звонит, и я уверена, что это Скала: придумал гениальный ответ и хочет в очередной раз прооперировать моё сердце, порвав в клочья те нити, которыми я его скрепила за эти годы.

Забираю чашку с края раковины и нехотя вытаскиваю телефон. Я не буду с ним разговаривать, просто сброшу звонок. Но палец замирает над экраном мобильного… звонила педагог моей парочки.

- Ольга Ивановна, что-то случилось?

- Стефания Валерьевна, Льву стало плохо. Говорит тяжело дышать и в груди давит. Вы же упоминали, что у него…

- Скорую, – я перебиваю её, так как и сама всё знаю. – Немедленно вызывайте. Я еду.

Я на автопилоте закрываю агентство и, нарушая правила дорожного движения, несусь в офисный центр, где занимаются мои дети. Стараюсь не поддаваться эмоциям и просто анализирую ситуацию.

Вчера на празднике мне несколько раз показалось, что сын бледнее обычного, но я не позволила панике брать над собой верх. Лёвушка отлично проводил время, да и утром чувствовал себя хорошо.

Хватаюсь за мобильный, чтобы позвонить Антону, но вспоминаю, что он сейчас где-то в небе: летит на конференцию. Звоню Маришке.

- Привет, Стеф, – бодро отвечает мне.

- Марин, Льву стало плохо. Скорее всего сердце. Наверное, тот его порок…

- Да твою же… – ругается она. – Чёрт! И Слизняк твой на конференцию умотал. Я собираюсь. Скинь адрес, куда вас скорая отвезёт. Не дрейфь! Прорвёмся!

Сестра отключается, а я наоборот стараюсь не терять связь с реальностью. Страх сковывает тело быстрее, чем я успеваю сбрасывать панику.

Наверное, поэтому всё дальнейшее происходит как в тумане и вроде бы не со мной. Мне кажется, что я смотрю на всё происходящее со стороны.

Вот она я, потерянная, будто бы прибитая пыльным мешком, хватаюсь на холодные пальчики сына. Смотрю в его бледное напряженное лицо с закрытыми глазами. Лев перехватывает мои пальцы и крепко сжимает, как будто боится, что я куда-то уйду.