Бывшие. Одна фамилия на двоих

Глава 53

Как и обещали, мне выделили палату и объяснили, что в течении полутора – двух часов придёт доктор, и я смогу всё с ним обговорить.

Замечательная возможность побыть одной!

Листая ленту соцсети я незаметно уснула.

От лёгкого стука в дверь я открыла глаза. В палату вошёл доктор.

- Простите, Ирина Викторовна, что задержался! У вас всё в порядке?

- Д-да, спасибо, всё хорошо. И можно просто по имени.

Я посмотрела на бейдж. Павел Львович.

- Можно тоже по имени Павел... Но это уже как вам удобно.

Доктор придвинул к кровати стул и сел, разложив документы.

- Итак, Ирина, подтвердились предположения о беременности. Анализы все в пределах нормы, поэтому находиться здесь вам нет надобности. Но есть очень важный момент…

- Это касается оплаты?

- Нет, Ирина, оплата вся сделана. Тут другое. Обычно тот, кто оплачивает, получает все данные о состоянии здоровья пациента.

Мне стало не по себе.

- Не волнуйтесь, Ира, Дмитрий Александрович попросил сообщить ему в случае, если только будет что-то критичное, требующее дополнительных манипуляций и расходов. остальную информацию ему сообщите вы сами. Вот и бумагу вы подпишите, кому сообщать информацию. Поэтому, когда Вы придёте вставать на учёт по беременности – тогда мы выставим счёт. Понимаете?

- Понимаю, но на учёт по беременности я буду вставать не здесь, а по месту жительства, Павел Львович.

- В Иркутске?

- Поэтому у меня к Вам будет огромная просьба сохранить эту тайну. И скажите, я могу лететь самолётом?

- Да, в заключении доктор никаких ограничений не написала, можете лететь. Когда рейс?

- Через неделю, - не моргнув глазом соврала я.

- Только обязательно сходите к доктору когда будете дома. Обещаете?

- Честное слово, Павел Львович!

Ушёл.

«Вот интересно, уже звонит Романову, или решает, как преподнести сюрприз? Если Романов перезвонит сейчас, значит сдал меня с потрохами Павел... Львович».

Но телефон молчал.

Я собралась, заказала такси и спокойно укатила к Макаровым.

Рабочие были заняты приведением в порядок домика. Я с тоской смотрела на него – не придётся пожить в этой избушке. Жаль.

Наталья смотрела на цветы и уже планировала, что перенесёт все клумбы на задний двор.

- Непрактично, оказывается! Вот случилась беда – и помешали мои газоны. Что ж, переделаю, - с грустью проговорила Ната. А потом наклонилась и очень тихо прошептала: - Но уже, видимо, после декрета…

Я резко повернула к ней голову и увидела, что она улыбается.

- Уверена?

- Сегодня батарею тестов извела, и ни один не обманул, Ир! У-и-и!

И она приложила аккуратно руку к животу.

- Когда обрадуешь Серёжку?

- Вот сегодня приедет вечером – и скажу! Пойдём тортик поедим в честь такого события?

- Идём, Натулька!

А в горле стоял ком. Как же мне хотелось также радоваться и отмечать такое великое событие с мужем, с любимым человеком. Но телефон молчал, никто не хотел мне звонить.

Естественно праздник у нас с Наташей был безалкогольный, и закончился он как у детей - рано. В девять часов вечера все уже спали.

Утром все разбежались по делам. Санька проведывать щенка у Романовых, Натулька в консультацию, а когда уехал Макаров – я вообще и не видела. Чтобы не обижать Наталью, накатала ей извинительное письмо, положила его на кровать и, смс-ку, что пошла по магазинам. Взяв чемодан, уехала спокойно в аэропорт.

Ждать пришлось очень долго. Часы тянулись, минуты ползли. Я уже подумывала вернуться, но тут же представляла себя побирушкой на вокзале – и желание остаться пропадало.

До регистрации оставалось ещё два часа. Меня морило, и я, придерживая чемодан ногой, позволяла себе немного вздремнуть.

Вдруг кто-то сел в кресло справа. Мне так не хотелось открывать глаза и я упорно делала вид, что сплю. В карманах ничего не было, телефон убран надёжно. Чего бояться?

- Девушка, вы решили сбежать? – накрывая мою руку своей, сказал Романов.

- Да, - не открывая глаз, ответила я.

- Почему, Ир? – серьёзно спросил Романов и его рука сжала мою ладонь. – Что я сделал не так, чем тебя обидел? Давай поговорим? Это будет хотя бы честно.

Я открыла глаза, и увидела ледяные глаза Димы. Мне стало так стыдно за мою ложь.

Ведь это его малыш, надо сказать!

«Вот ведь Павел Львович!»