Бывшие. Одна маленькая тайна

Глава 11

Оставшаяся часть рабочего дня проходит быстро и незаметно. После встречи с Воронцовым у начальника я довольно оперативно прихожу в себя, что вызывает во мне как удивление, так и восхищение собственными чувствами. Постепенно приспосабливаюсь. Привыкаю. И, что самое важное, наконец, осознаю не стоит каждый раз вздрагивать, услышав его голос или ощутив его присутствие. Пусть я перед ним и виновата, но все же не настолько, чтобы посыпать голову пеплом. Как бы я ни оправдывала себя и ни откладывала признание, с каждым днём внутри крепнет осознание необходимости разговора с Максимом. Возможно, как раз к лучшему, что наши встречи участились. Это своего рода знак, что пора уже…

Сегодня пятница, и это короткий рабочий день. Все еще занимаясь на компьютере сортировкой эскизов по разным папкам и убирая рабочий стол, я замечаю, что в офисе почти никого не осталось. Многие с нетерпением ждут вечера пятницы, ведь впереди целых два летних выходных, а также можно успеть захватить сегодняшний вечер. Я, как правило, ухожу с работы одной из первых, чтобы быстрее встретиться с дочерью и обнять мою “зефирку”. Так мы стали звать Соню с её первого дня рождения, когда она была в платье с множеством оборок и выглядела как маленькое пирожное. “Зефирка”. Тогда к нам приезжали Таня и родители. Это был по-настоящему душевный праздник. Я невольно улыбаюсь от этих милых воспоминаний, а по телу разливается приятное тепло.

Оставив за собой мягкий шепот кондиционеров, я выхожу на крыльцо офисного комплекса. Солнце все еще стоит высоко. Его лучи согревают, заливая светом улицу, отражаясь в стеклах окон и создавая блики на машинах. Щурюсь от яркого света. Сегодня ещё успею прогуляться с Соней. В такую жаркую погоду лучше всего гулять вечером.

Постепенно меня затягивает оживленный шум улицы. В воздухе чувствуется смесь ароматов: свежесваренного кофе из ближайшего кафе, тепла асфальта и нежного цветочного запаха от клумб вдоль тротуара. Лето в городе всегда кажется чем-то особенным, как будто он обретает новый ритм и энергию.

Шагаю по стоянке к своему автомобилю. Вдруг слышу короткий гудок. Продолжаю идти, не оборачиваясь. Когда сигнал звучит снова и сразу же за ним раздаётся до боли знакомое “Вер”, я оборачиваюсь и вижу, как из припаркованного седана представительского класса выходит Воронцов.

Замираю на мгновение, чувствуя, как что-то екает в груди. Кажется даже, что перестаю дышать.

Я не могу отвести взгляд от этой картины. Роскошная машина, великолепный мужчина. Как из рекламы. Его классический прикид выглядит слегка помятым за весь день, но ему безумно идёт эта небрежность. Пожалуй, нет ничего, что могло бы его испортить.

Чёрт возьми! Воронцов, ты неотразим.

— Привет, — зачем-то здоровается он. Второй раз за день.

— Уже здоровались, — вздыхаю я, продолжая идти. — Преследуешь меня? Ты уезжал днем. Я видела, — добавляю. Но тут же осекаюсь. Получается, что я тоже следила за ним.

Сюр какой-то. Усмехаюсь в мыслях.

— Мимо проезжал, Вер, — говорит он серьезно, но с хитро улыбаясь при этом, выдавая себя с потрохами.

Я смотрю ему в лицо и непроизвольно улыбаюсь, покачивая головой.

Вот же “жук”. Пришел за дозой…

Перекидываю тяжёлую сумку с ноутбуком с одного плеча на другое. Максим делает рывок, чтобы помочь.

— Не стоит, — останавливаю. — Вот и моя машина, — говорю, нажимая на кнопку брелка. — Ты что-то хотел? — спрашиваю, открывая заднюю дверь, чтобы закинуть вещи на сиденье. Сердце замирает, когда взгляд упирается в детское кресло, мирно занявшее свое место. Лицо вспыхивает, я зажмуриваюсь от волнения. По спине пробегают мурашки, а ладони становятся влажными.

Чувствую себя ребёнком, которого вот-вот разоблачат. Выпрямляюсь, натянутая как струна, внутренне готовясь к реакции бывшего мужа. Поворачиваюсь и вижу, что игривое выражение на его лице сохранилось. Незаметно выдыхаю, понимая, что он не заметил. Но где-то в глубине души хочется, чтобы он увидел это кресло. Так проще.

Заслонив окно и сложив руки на груди, выжидающе смотрю на Максима.

— Может, поужинаем вместе? Я знаю здесь ресторанчик неподалеку, — предлагает он, кивая в сторону, словно указывая путь к месту.

Его предложение ставит меня в тупик. Сердце начинает биться быстрее, на лице появляется застенчивая улыбка, и я отвожу взгляд, смотря куда-то вдаль. Главное — не встречаться с ним глазами, которые кажутся бездонными омутами.

— Прости, но вынуждена отказаться. Меня…

Не успеваю продолжить, как Максим завершает за меня:

— Меня ждут… Это ты хотела сказать? — усмехается он, намекая на прошлую нашу встречу на мероприятии. В его словах сквозит упрек, но я слышу и легкую нотку обреченности.

— Вот видишь, — парирую я, бросая на него короткий взгляд. — Ты и сам всё знаешь, — добавляю я, стараясь сохранять нейтральный тон, хотя сердце колотится быстрее обычного.

Мы вновь встречаемся взглядами. Я бросаю вызывающий , будто спрашивая, есть ли у него ко мне какие-то претензии. Его прищуренный взгляд не сулит ничего хорошего.

Неужели он хочет показать, что у него проявились собственнические замашки? Если так, то зря старается. Это ему ничего не даст.

Максим, не отрывая взгляда, делает шаг ко мне, словно стараясь сократить не только физическую, но и эмоциональную дистанцию между нами. Я понимаю, что разговор принял неожиданный оборот, и невольно начинаю размышлять, как мы оказались в такой ситуации. В его глазах читается нечто большее, чем простой упрек. Возможно, это разочарование и смятение. Вероятно, я ненароком дала основания думать, что он может рассчитывать на нечто большее.

— Ну да. Интересно же, с кем моя жена проводит вечера, — говорит он, засовывая руки в карманы брюк и покачиваясь на пятках. — Бывшая, — добавляет он тихо, заметив моё возмущение, словно стараясь разрядить обстановку. — А если серьезно, я думал, что было бы неплохо провести время вместе, поговорить… — он протягивает слова. Они звучат почти самонадеянно, а невысказанный вопрос, почему я отказалась всё ещё витает в воздухе. Я чувствую, как сильно его это волнует.