Бывшие. Одна маленькая тайна

Глава 13

"Я на месте".

Новое сообщение вспыхивает на экране, обдавая меня волной легкой паники. Сердце начинает колотиться, как бешеное, щеки заливаются краской. Я волнуюсь. Во-первых, мы с Соней проспали, и я не успеваю собраться. Во-вторых, неминуема перспектива провести полдня с Воронцовым один на один.

Я мечусь по дому, на ходу отхлебывая кофе, в то время как Соня под присмотром няни мирно завтракает кашей.

Шелковая пижама летит на пол. Из шкафа достаю платье-рубашка насыщенного синего цвета, в которое я моментально облачаюсь. Подпоясавшись, спешу в прихожую, чтобы обуться. Бросаю в сумку все, что может понадобиться в течение дня.

"Ты скоро, Вер? Я ведь могу и подняться". Очередное сообщение всплывает на экране с веселым чертенком в конце.

Ага, сейчас… Этого только не хватало. Думаю я с легкой улыбкой, представляя, чем может обернуться его угроза. Вроде улыбаюсь, но отчего-то это действие больше смахивает на нервный смешок.

Я верчусь перед зеркалом, придирчиво оценивая свой облик. Образ строгий, неприметный. Чем проще, тем лучше. Пусть не думает, что наряжаюсь для него. Так и есть. Надеваю серьги. Несколько взмахов тушью и блеска для губ. Взбиваю волосы руками, чтобы создать эффект легкого беспорядка.

Убедившись в завершенности образа, забегаю на кухню, целую дочку в макушку и, предупредив няню, что сегодня вернусь пораньше, выхожу в подъезд.

Пока жду лифт, не могу избавиться от мыслей о предстоящей встрече с Максимом. Внутри меня кипит буря противоречивых чувств. С одной стороны, я прекрасно понимаю, что наши отношения должны оставаться строго деловыми. Я не хочу, чтобы между нами возникло что-то большее, и сделаю всё возможное, чтобы исключить даже малейшую вероятность этого. Я могла бы легко отказаться, договориться с кем-то другим или рискнуть и справиться самостоятельно. Но, несмотря на все разумные доводы, я решаю погрузиться в эту авантюру. Сейчас словно мои разум и сердце разделились на два непримиримых лагеря. Ум говорит мне, что это неверный шаг, что он может обернуться ненужными проблемами в будущем. Он напоминает о профессиональных ограничениях и о том, что наше сотрудничество должно строиться исключительно на взаимной выгоде. Однако чувства, словно неудержимый поток, уводят меня в противоположную сторону.

Делаю глубокий вдох, выдох и толкаю подъездную дверь.

Свет утреннего солнца бьет в глаза, когда я выхожу на улицу. Свежий ветерок мягко обдувает лицо, облегчая напряжение. Улица еще полупустая, лишь редкие прохожие торопятся по своим делам.

Машину и самого Воронцова замечаю сразу. Сложно не заметить. Первое, что я отмечаю - это другой автомобиль. Сколько у него их? Кроссовер полностью занимает проезжую часть двора, а водитель, привалившись бедрами к капоту и сложив руки на груди, внимательно за мной наблюдает. В тех местах, где его глаза касаются моей обнаженной кожи, я ощущаю покалывание. Его взгляд заставляет меня невольно поежиться.

Все в его внешнем виде ясно дает понять, что как минимум весь мир у его ног и под его контролем. Надежная осанка, идеально отглаженная рубашка, безукоризненно сидящие брюки со стрелками и даже летние туфли, начищенные до лоска, поблескивая на солнце.

Его взгляд обманчиво излучает спокойствие, но внутри мерцает искорка насмешки, свойственной человеку, который привык добиваться своего. Я останавливаюсь на секунду, прежде чем сделать шаг вперёд. Мне необходимо перевести дыхание. Делаю вид, будто ищу что-то в сумочке. Звук моих шагов по асфальту эхом отдаются в тишине улицы, и уже через пару метров я могу отчетливо видеть каждую деталь его лица.

— Привет, — говорит первым, не отводя глаз от моего лица.

— Привет, — отвечаю, удерживая его взгляд.

— Куда выходят твои окна? — неожиданно спрашивает он, окидывая здание взглядом.

На миг теряюсь от его прямоты, но тут же беру себя в руки.

— Минус вам, Максим Викторович. Адрес узнали, а куда окна выходят — нет. Непорядок, — произношу с легким укором, качая головой. Чувствую, как на моем лице появляется улыбка, которую тщетно пытаюсь удержать.

— Все веселишься, Вер, — скорее утверждает, чем спрашивает. Он тоже улыбается в ответ, но его улыбка больше напоминает оскал. — Поехали, — добавляет.

Целенаправленно подхожу к задней двери и, взявшись за ручку, слышу над головой глухое "кхм". Взглянув, замечаю, что Максим открыл переднюю дверь и смотрит на меня с поднятой бровью, явно удивленный моим поведением.

— Что? — только это удается вымолвить.

Чувствую, как заливаюсь краской. От нелепости этой ситуации.

— Садись вперед.

— Говорят, за водителем самое безопасное место.

— Неужели? А еще говорят, что там сидят жены, — парирует он, подмигивая и прибавляя: — Вер, тебе в эти игры лучше играть с тем, кто тебя по вечерам ждет… — добавляет он, одаривая меня горящим взглядом, не обещающий мне ничего хорошего.

С ней я играю в другие игры…

Опустившись на сиденье, я машинально поправляю платье и приглаживаю руками волосы. Этот жест не имеет особого значения, скорее он позволяет чем-то занять руки. Осматриваю салон в поисках места для сумки. Кабина светлая, с кожаной отделкой и довольно просторная. Замечаю, как кресла мягко обволакивают, создавая ощущение уюта и безопасности. Интерьер наполнен ароматом новой кожи и легкими древесными нотами ароматизатора. Пальцы невольно скользят по текстуре подлокотника, чувствуя каждую строчку и изгиб. Я ставлю сумку между сиденьем и подлокотником и вздрагиваю, когда большая ладонь касается моей сумки, одновременно задевая обнаженную часть ноги. Опять это чувство жгучего прикосновения, вызывающее мурашки по коже.

— Не против? — замечая мою реакцию, тихо спрашивает он, указывая на сумку в своей руке и заглядывая мне в глаза.

Перевожу взгляд с сумки на его лицо и снова на сумку, пытаясь понять его намерения. Мне становится жарко. Спина под платьем становится влажной, а ладони покрываются испариной.