Бывшие. Особое задание опера Суворова

Глава 3

— Варь, что с тобой? — ощутила я на своей талии сильные руки, которые не дали мне упасть на пол.

Следствие недосыпания и сильнейшего стресса сказались на мне так, что я едва ли не рухнула в обморок.

Вот ведь…

Столько времени стойко держалась, даже молоко не пропало, а стоило увидеться с Захаром лицом к лицу, как меня подкосило.

А еще этот аромат, исходящий от его шеи, в которую я чуть ли носом не уткнулась… Он невольно отправлял меня в прошлое.

— Всё хорошо, малышка, — Захар довел меня до дивана, практически держа на себе. — Присядь-ка. Воды тебе принести?

Я ничего не ответила. Язык будто бы окостенел. Но уже через пару секунд в моих руках был наполненный водой стакан, а перед собой я наблюдала мужчину из своего прошлого.

Захар сидел на корточках и заботливо заправлял мои волосы за уши, а на его лице я заметила отпечатывающуюся тень беспокойства.

Боже, ну до чего же он милый. И дьявольски хорош собой…

Был бы он скотиной последней, дышалось бы гораздо легче.

Так нет же. Человек он неплохой.

— Как? Я не понимаю, почему ты здесь? — дар речи наконец вернулся ко мне, но произнесла я это совершенно отстраненно, словно не здесь находилась, а в кухне его квартиры, где случился наш последний разговор. Короткий, но крайне напряженный. Болезненный.

— Почему? — в удивлении его темные широкие брови взметнулись вверх. — По-моему, тут всё очевидно. Я здесь по распоряжению вышестоящего руководства. Твой отец меня вызвал, — нахмурившись, он потер челюсть с жесткой щетиной, поднялся во весь рост и с озадаченным видом продолжил: — Я думал, ты в курсе всего. Разве нет?

— Нет, конечно же. У меня и в мыслях не было, что папа…

И тут я резко замолкла.

Сжала стакан настолько крепко, что еще немного, и хрупкое стекло треснуло бы в моей ладони.

Поставила стакан на столик, потерла дрожащие руки друг о друга.

— Ну папочка, ну подсобил, ничего не скажешь, — в сердцах злясь на отца, я стукнула по колену кулаком.

Как он мог пойти на такой шаг, не посоветовавшись со мной?

Неспроста он засуетился во время нашего разговора.

Это ведь он всё подстроил, а потом слинял в спешке, пока я ничего не поняла.

— Получается, нас обоих развели, так, что ли? — произнес Захар задумчивым тоном, я в ответ кивнула, а затем он тихо усмехнулся. — Вот же зараза. А я уж понадеялся на потепление.

— Какое еще потепление? — воззрилась на него вопросительно.

— Обычное потепление, какое случается у пар после кризиса, — убрав руки в карманы джинсов, выдал Захар с невозмутимостью, из-за чего сложно было разобрать, шутил ли он или серьезно так думал.

Сильно сомневаюсь.

Наверняка таким образом он хохмил над сложившейся ситуацией. Я бы тоже посмеялась, да только настроение было, мягко говоря, паршивым. Не до смеха.

К тому же, слабо верится, что пятнадцать месяцев разлуки для него сущий пустяк. Обычный застой в отношениях, который легко устраняется в искусственно созданной атмосфере душевной близости.

Да и нет у нас никакой душевной близости. Всё в прошлом.

И потом, нельзя забывать, что у него девушка есть. А может быть, и невеста даже, потому что ни обручального кольца, ни следа от него я у Захара не обнаружила.

Всё же мама была права. Такого мужика с ногами и руками оторвут.

Помнится, я жутко ревновала Захара к его напарнице Марине Завьяловой, ведь она проводила с ним гораздо больше времени, чем я. Знойная, фигуристая, хваткая. Дослужившаяся до звания капитана.

“Варюш, у меня может быть только одна любовница, и имя ее работа”, — всё убеждал меня Захар, когда я пыталась сократить возникающую между нами пропасть, когда только-только увидела на тесте две полоски.

А потом волей случая я поняла, что убеждения его были ложными.

И хоть с Завьяловой у него ничего так и не сложилось, позднее она вообще перевелась в другой город, зато я точно знала, у Суворова нашлась мне замена. Девушка из его же подъезда. Соседка по площадке, которая въехала в его дом незадолго до нашего расставания. Их частенько видела Лизка, моя подруга, поскольку она проживает в соседнем доме.

Неужели он забыл о ней, когда надеялся на “потепление” между нами?

А ведь эта девушка волнуется сейчас за него. Переживает, бедняжка, места себе не находит.

По себе знаю. Я ведь тоже переживала всякий раз, ночами не спала, когда Захар отправлялся на очередное опасное задание. Засыпала только с его приходом.

И однажды он не явился домой. Только утром мне позвонили и сообщили, что его подстрелили. Он храбро закрыл собой Завьялову от пули.

К счастью, тогда всё обошлось. Ранение его быстро зажило, и только шрамы на ключице оставались неким напоминанием, тогда как мое сердце не переставало кровоточить ни на минуту.

Я постоянно пребывала в страхе. Боялась, что однажды работа его угробит. Отнимет его у меня. Только теперь уже навсегда.