Бывшие. Особое задание опера Суворова

Глава 6

Чтобы мама не сболтнула чего лишнего, повела ее на второй этаж. В родительскую спальню.

— И как только папа одну тебя отпустил? — негодовала я, ответа не ждала, поскольку вопрос был риторическим, но мама посчитала нужным ответить:

— Как-как? — хмыкнула она и, усмехнувшись, принялась переодеваться за дверцей шкафа в домашнюю одежду. — Да он меня буквально вытолкал из машины. Сказал, иди, спасай молодых.

— Зачем? Ты-то от чего спасать собралась? — хваталась я за голову.

— А кто будет за двойняшками приглядывать, пока вы примиряться будете?

У меня веко задергалось от маминых рассуждений.

— Мам, не забывай, Захар на задании, — пыталась я ее вразумить, — ему не до твоих наполеоновских планов. Не надо ждать чудесного воссоединения. Чудес не бывает.

Мама цыкнула.

— Да дай ты хоть помечтать.

— Мечтай, мам, мечтай, конечно, родная, но, пожалуйста, не принимай за меня решения, — умоляюще попросила ее. — Не заставляй меня делать то, к чему я не готова морально. Не сейчас. Не тогда, когда я сама не знаю, что преподнесет нам завтрашний день.

— Ладно, дочка, — с досадой она кивнула, а затем раскрыла дверь и жестом указала на выход. — Ты иди к нему. Пообщайтесь хоть немного.

— Вот что за женщина, — рыкнула я, покачав головой.

Я вышла из комнаты, проверила детскую, где было тихо, как в сонном царстве, а затем стала бесшумно спускаться по лестнице, прислушиваясь к голосу Захара.

— Костян, ты же знаешь Паштета Реброва? Разузнай у своих, где этот гопник чертов может ошиваться, — говорил он с кем-то по телефону, я замерла, затаив дыхание, осела на лесенку, наблюдая одни лишь ноги Суворова. — Не могу сказать. Засекреченная информация. Да, как только найдешь стопроцентную инфу, сразу звони мне. Добро.

И вот всё-таки к делу Захар всегда подходил добросовестно. Ничего не скажешь. Еще бы с такой же ответственностью он подходил к созданию семьи, цены бы ему не было. Но нет, работа у него всегда была на первом месте.

— Ну как? Сдвиги какие-нибудь есть? — обозначила я себя, выходя в гостиную.

Суворов развернулся на пятках, уголки его губ чуть дрогнули в улыбке при виде меня, но в ту же секунду он принял крайне серьезный вид.

— Будут, Варь, — заверил он, убирая телефон в карман джинсов, а затем посмотрел наверх. — Как там совята?

Мне как-то резко поплохело.

Сердце сначала взметнулось вверх, к горлу, а затем ухнуло вниз.

Такой простой вопрос, а для меня в нем крылось столько смысла, столько жизни и любви, что все слова моментально вылетели из головы.

— Да нормально, — с трудом вымолвила я, смотря куда угодно, но только не на него. — Спят совята.

— Посмотреть хоть можно? — дернулся он в мою сторону, энтузиазм прям ключом бил. — Еще ни разу не видел птенцов у сов, тем более спящих.

Я отмерла и, расставив руки вширь, перегородила ему проход к лестнице.

— Нет! Не нужно! — выпалила на нервах.

Такая скала вроде Захара в два счета могла поднять меня и переставить. Перешагнуть на крайний случай и прорваться на второй этаж. Я для него вообще препятствием не являлась.

Тем не менее Суворов остановился напротив, оставляя между нами дистанцию в полшага. Слишком маленькую, для того чтобы беспрепятственно дышалось.

— Ну ты чего? Жалко тебе, что ли? — точно усыплял он меня своим бархатистым голосом и заглядывал в мое лицо, которое, уверена, было белее мела сейчас.

— Говорю же, они сейчас спят. Давай как-нибудь в другой раз. Ты лучше иди… Пост свой охраняй.

— Так точно, — ответил он, хоть и нехотя. Отошел от меня, давая возможность вздохнуть полной грудью, а потом обвел периметр своим профессиональным взглядом. — Кстати, насчет поста. Мне бы обзор улучшить, пока внешние камеры не установили. Я же могу передвинуть столик и кресло к окну?

— Да, конечно. Можешь делать всё, что вздумается, даю тебе полную свободу действий, — ляпнула не подумав и, заметив, как расширились хитрые глаза Захара, тут же дополнила: — В рамках разумного, естественно.

— Обломщица, — протянул он с ухмылочкой, принимаясь выдвигать кресло, а я сделала вид, будто не услышала.

И при этом бесстыдно наблюдала за тем, как ловко и без особого напряга он приподнял кресло, чтобы не поцарапать ножками паркет.

Мой взгляд приковывали его сильные руки, выступившие бицепсы на них и вздувшиеся вены, которые плелись под загорелой кожей.

Хм, а по виду и не скажешь, что кресло тяжеленное. Вон как запросто и без лишнего шума поставил его напротив окна, где располагалась самая лучшая точка обзора.

Следом Захар ухватился за оба края столика, демонстрируя широкий размах плеч и мускулистой спины, на которой скрещивались ремешки кожаной кобуры, где хранилось табельное оружие.

На столике он разложил все свои рабочие прибамбасы, аккуратно, подходя к делу как истинный педант.

Взял подушку с дивана и, хорошенько взбив ее, положил под свою спину. Уселся, посмотрел по сторонам, оценивая обстановку.