В субботу я отнесла Любины документы в детский сад. Нас приняла заместитель заведующей, высокая полная женщина.
Она дотошно все проверила и сказала:
— Вижу, у вас медицинская карта оформлена еще в Москве.
— Верно, мы только вчера прилетели. Еще не успели сходить к врачу, — объяснила я.
— Нужно будет пройти врачей и у нас в Сочи.
— Как скажете, — кивнула я.
Надо — значит, надо. Надеюсь, у меня будет время сходить в поликлинику с дочкой. Хотя, возможно, Любу сможет сводить и тетя Света.
Скорее бы она приехала. За эти годы я привыкла, что тетя рядом. По сути, она стала мне как мать, которую я совсем не помнила.
— Ждем Любу в понедельник утром. На питание она уже поставлена. Остальные документы принесете позже. Место для вас зарезервировано, — заверила меня женщина.
Я была рада, что Любу приняли в детский сад, но все же интересно, почему все прошло так быстро и без соблюдения всех формальностей.
— О вас лично попросил господин Громов, — ответила на мои мысли заместитель заведующей.
Громов?
Неужели Павел узнал правду о дочери?
Страх молниеносно проник в мое сердце. Я застыла, не зная, как поступить. Может быть, лучше сбежать и спрятать дочку? Или не нагнетать обстановку и подождать, что будет дальше?
— Валерий Эдуардович — известный в стране меценат. Он помогает нескольким детским домам и практически полностью финансирует наш корпоративный детский сад, — сообщила женщина.
Я выдохнула с облегчением.
Это не Паша просил о нас.
Не Паша…
Но тревога не отпускала. С чего вдруг генеральный директор проявил заботу? Сначала нам заказали билеты в Сочи, а потом выяснилось, что они уже оплачены. В аэропорту нас встретил Егор, который все показал, объяснил и довез до дома.
И вот теперь я узнала, что место для Любы в детском саду организовал Валерий Эдуардович. Почему он это сделал? Что за внимание к нам с дочкой? Не скрывается ли за этим какой-то подвох?
— Господин Громов заботится обо всех детях работников компании? — осторожно спросила я.
— Можно и так сказать, — ушла от ответа заместитель директора. — Валерий Эдуардович — хороший человек.
Мы вышли из детского сада, и я все думала о том, что узнала. Действительно ли генеральный директор так внимателен ко всем детям сотрудников? Или это просто слова?
Чем мне грозит интерес господина Громова?
Я пыталась успокоиться и перестать паниковать, но это не получалось. Бежать из Сочи я не могла — эта работа была нужна нам. Нам нужно было на что-то жить…
Тонкий голосок дочки привел меня в себя. Сейчас не время для тревог.
— Мамочка, а мы на море пойдем? — спросила Любаша.
— Пойдем, но после сна. Сначала зайдем в магазин за продуктами, поедим и ты отдохнешь. А я разберу вещи.
— Но, мама, я уже большая. Не хочу днем спать, — скуксилась малышка.
— Тогда просто полежи, обними Талочку и расскажи ей сказку, — предложила я, с улыбкой глядя на дочку сверху вниз.
— Хорошо, — сделала мне одолжение кроха.
***
После трех часов мы снова вышли на улицу и направились к зданию отеля, где располагался дополнительный офис “Азбуки отдыха”. Судя по объяснению Егора, нужно было обойти главный корпус, и по аллее мы выйдем к пляжу.
Мы были примерно в трех метрах от центрального входа отеля, как недалеко от нас остановился автомобиль, и из него вышел… Павел Громов.
Человек, которого я меньше всего хотела бы увидеть.
Я наивно думала, что они просто однофамильцы с генеральным директором. Глупая Вита.
Как тяжело было видеть его снова. Прошло столько лет.
Павел Громов.
Единственный мужчина в моей жизни. Тот, кто разбил мое сердце. Кто вынул душу и разорвал ее на мелкие клочки.
Паша.
Почему и зачем ты так поступил со мной? Зачем предал?
Я застыла, не в силах сдвинуться с места. Не в силах отвести взгляд от мощной фигуры бывшего. Он изменился. Стал другим. Дорогой стильный костюм, модная стрижка. И аура властности.
Этот вершитель судеб совсем не походил на моего любимого.
Что мне ждать от него? Знает ли он о Любе? А если знает, что сделает?
Страх сковал мое сердце…
Но объект моих тревог даже не взглянул в нашу сторону.
Он обогнул автомобиль и уверенно направился к крыльцу отеля. Бросил ключи от машины выбежавшему лакею, что-то сказал ему и вошел внутрь.
“Он прошел мимо, даже не заметив нас”, — крутилась в голове.
“Как он мог не заметить нас?!” — металась я из крайности в крайность.
— Мамочка, мы идем? — вернул меня в реальность голос дочки.
— Идем, — хрипло произнесла я.
— А кто был тот дядя? — неожиданно спросила Люба, когда мы свернули на нужную аллею к пляжу.
— Ты про кого? — уточнила я, сделав вид, что не догадываюсь, о ком она говорит.
— Ну, тот дядя, на которого ты так долго смотрела. Ты его знаешь?
— Нет, родная. Я просто обозналась, — солгала я дочке впервые в жизни.
— Жаль, он мне понравился, — с тяжелым вздохом сказала девочка, опять озадачив меня.
— Что значит понравился?
— А вдруг это мой папа? — с надеждой посмотрела на меня Любаша.
Я даже сбилась с шага, с изумлением взирая на догадливого ребенка.
— Люба… — выдохнула я, не зная, что сказать.
— Ты просто подумай, мамочка, вдруг это действительно мой папа, — задумчиво выдала малышка.
Я прогнала мысль о том, что Люба смогла узнать отца. Это просто невозможно.
Но что тогда произошло?
— Ты хочешь назначить своим папой этого чужого дядю? — перевела я все в шутку.
— Давай сделаем иначе, — настойчиво произнесла Люба. — Ты будешь работать в том здании. Наверное, увидишь того интересного дядю. Познакомишься. И… — протянула она, застыв на полуфразе.
— И что я должна делать дальше? — хмыкнула я.
— Не знаю, мамуль. Ты уж придумай что-нибудь. Вам, взрослым, это виднее, — серьезно ответила кроха.
Отредактировано: 10.01.2025