Бывшие. Отпусти меня, босс!

Глава 9. Арсений

Рита умчалась с такой скоростью, что я только и успел проводить ее взглядом.

— И чем же вы так довели бедную помощницу, Арсений Сергеевич? — промурлыкал Николай, ехидно прищурившись.

— Довел? Да вроде не было ничего такого, — растерялся я. — Понятия не имею, что на нее нашло! Взяла и заявила, что увольняется.

— Увольняется?! — у водителя глаза на лоб полезли. — Из вашей империи, да с такой зарплатой?! Быть такого не может!

— Я ж не выдумываю! Сам видел заявление. Неделю еще отпашет, и… goodbye my love goodbye!

Я пропел скрипучим голосом и закашлялся: самому стало противно.

— И что дальше?

— Откуда ж я знаю, что дальше, — рявкнул я и от досады влепил ладонью по подлокотнику кресла.

Острая боль пронзила руку, словно ударило током, и я скривился.

— Да ладно, найдете новую, еще лучше! Как говорится, незаменимых нет!

— Ты хоть понимаешь, что мелешь? Да Рита…

Я осекся. А что, собственно, для меня Рита? Ну да, строгая заучка в очках. Пучок на голове, как у балерины на пенсии, глаза спрятаны за стеклами, юбка такая длинная, что и подзорной трубы не хватит, чтобы что-нибудь разглядеть. Зато профи – ах! Таких днем с огнем не сыщешь. Терять ее совсем не хочется.

«Завтра же выпишу ей премию! Да такую, чтобы ахнула!» — решил я и выкинул дурь насчет увольнения секретарши из головы.

Но дурь эта настойчиво лезла обратно. На встрече в «Звезде Востока» я был рассеянным, как школьник на экзамене, а в ресторан позорно опоздал.

Римма сидела, надув роскошные губки, и сверлила взглядом панорамное окно. Я издалека заметил ее сердитое отражение в стекле и сразу схватил метрдотеля за локоть.

— Дружище, организуй-ка мне букетик.

Тот, привыкший выполнять любые пожелания именитых гостей, мгновенно исчез в подсобке.

Я перехватил пробегавшего мимо официанта.

— Ведерко с шипучкой в-о-о-о-н за тот столик. И живо!

А сам засунул руку в карман, где давно уже томно ждала своего часа коробочка с кольцом.

Ирония судьбы!

Все чего-то ждут, как будто жизнь — это бесконечная очередь за счастьем. Римма ждет предложения руки и сердца. Я… я жду чуда. А вдруг где-то бродит та самая, от взгляда на которую искры полетят, как от удара молнии. А эта незнакомка наверняка тоже где-то пьет свой латте и мечтает о встрече со мной, или с кем-то похожим, но обязательно безумным. Ну почему судьба так любит играть в прятки? Почему нужные люди слоняются где-то параллельно, как линии на карте, обреченные никогда не пересечься?

К черту все!

Я запустил пятерню в волосы, отметая прочь душные философствования. Готов ли я окольцевать Римму? Мы уже два года вместе, как-то терпим друг друга. Она звезда экрана, богиня эфира! Красотка, умница, самодостаточная — икона стиля и владычица хайповых тусовок! С такой дамой под руку любой мужик мгновенно превращается в суперзвезду, обрастает лоском и сверкает в лучах софитов.

Да, порой она ревнива, как тысяча чертей, и способна раздуть скандал вселенского масштаба из-за одного пропущенного звонка. Зато это знакомое зло! И я знаю, как приструнить свою цербершу.

Но каждый раз, когда я замахиваюсь на решающий шаг, что-то внутри тормозит. То ли я еще недостаточно покуралесил на воле, то ли, наоборот, уже набегался до тошноты. Столько этих амазонок прошло через мою жизнь, что фейерверки в животе давно превратились в унылые бенгальские огни. Римма, положа руку на сердце, мало чем отличается от бухгалтерши Наташи, от менеджера Зины, от адвоката Юли и прочих хищниц. Все они мечтают о теплой берлоге, персональном олигархе и золотой клетке с видом на Рублевку…

— Ваши цветы, Арсений Сергеевич, — вынырнул из подсобки метрдотель, держа в руках гигантский букет роз.

— Отлично! — я сунул ему в ладонь чаевые и игриво подмигнул официанту: — За мной! Держись рядом.

— Слушаюсь! — ухмыльнулся тот.

Уф! Сейчас или никогда!

Я выдохнул как перед прыжком с парашютом — только без парашюта, ибо кто знает, куда меня эта женитьба приведет. Могу закачаться на облаке любви, а могу камнем рухнуть в супчик бытовых проблем в качестве начинки.

С букетом, зажатым под мышкой, я решительно пошел к Римме. Она засекла меня в зеркальном отражении, обернулась с видом разъяренной фурии, готовой извергнуть поток праведного гнева.

Но я опередил ее!

— Ну же, куколка, перестань дуться, а то твой котик загрустит! — проворковал, осыпая ее пальчики нежными поцелуями. — Прости меня, растяпу, за небольшую задержку. Да-да, я знаю, пробки — зло вселенское!

Я всучил ей в руки благоухающий букет, а сам, сжимая в предательски вспотевшей ладони заветную коробочку, приготовился совершить подвиг — встать на одно колено. Но коварное колено, видимо, решило взбунтоваться! Ни в какую! Я и так, и эдак изворачивался, а нога, словно арматура, застыла прямее некуда.

Наконец, отчаявшись, я дернулся так, что колено с хрустом согнулось… но, кажется, в каком-то параллельном измерении. Чтобы не распластаться живописной грудой костей посреди этого пафосного ресторана, я инстинктивно ухватился за первое, что попалось под руку — штаны официанта! Бедняга попытался отскочить, но хватка у меня в этот ответственный момент оказалась бульдожьей.