Бывшие. Право на дочь.

Глава 10.2

Девочки! Вот и встретились наши Вика и Костя!Маленькая Мила сама непосредственность, согласитесь?

Начинается очень важная часть произведения, к написанию которой я подхожу крайне ответственно. Взвешиваю каждую реплику героев, каждую их мысль и действие. Мне хотелось сделать их лучшими, но все мы не идеальны, ошибаемся, сожалеем и снова ошибаемся! Это жизнь!

Я очень надеюсь, сделать их в итоге счастливыми, а вам подарить теплые эмоции от прочтения книги...

В общем, благодарю Вас всех, что вы со мной! Что читаете, делитесь эмоциями в комментариях, ждёте проды и ставите звёзды!!!

Вы у меня лучшие***

Благодаря Вашему отклику, я могу поверить в себя и свои силы! Потому что знаю, что Вам нравится то, что я делаю...***

***

Виктория

Моё зрение в миг стало туннельным. Я не видела и не слышала ничего вокруг себя. Все мое существо сосредоточилось на мужчине, держащим на руках мою... нашу маленькую дочь.

Эту картину я иногда представляла, когда ворочалась в кровати без сна. Именно это я мечтала нарисовать с момента рождения малышки. Я даже холст купила, но так и не приступила к работе. Не решалась...

Иногда мне казалось, что я не помню лица Кости, но это были лишь отговорки. Я прерасно помнила каждую его чёрточку и все до единой родинки.

Я одновременно хотела, чтобы бывший муж узнал о Миле, и в то же время безумно этого боялась. А потом сама себя одергивала. У Кости же есть ребенок, Полина должна была родить примерно в одно время со мной. Наверное поэтому он и развёлся именно в это время.

Костя в упор смотрел на меня так, словно увидел того, о ком долго скучал. Он откровенно рассматривал меня, прижимая к себе нашу дочь. А я смотрела в ответ.

Он стал шире в плечах, руки бугрились от мышц, стрижку он тоже изменил. Если раньше Костя носил модный андеркат, то теперь его прическа больше напоминала армейскую. Но ему очень шло. Он словно возмужал, заматерел. Оброс мышцами и зловещей, но в тоже время манящей аурой властности и денег...

Мы словно в отдельный мирок провалились и никого вокруг не было. Но длилось это не долго. Наши переглядки нарушила рамфуфыренная девица, прыгающая вокруг Кости, словно собачонка, выпрашивающая внимание хозяина.

Она призывала его отпустить ребенка, но Костя упорно ее не замечал. Пока ходячая стервь не попыталась резко вырвать моего ребенка из рук "бывшего прибывшего" мужа.

– Руки убрала –рявкнула я, бросилась вперёд и оттолкнула эту "собачонку" в сторону.

Дамочка не устояла на каблуках, хотя толкнула я не сильно. Скорее, решила привлечь к себе внимание. Летела она громко, и когда ее субтильная фигура коснулась пола, заверещала ещё горомче.

Мила успела испугаться, Костя ласково прижимал ее к себе, но увидев меня, доченька сразу перебралась на мои руки и уткнулись мокрым личиком в шею.

– Это что такое? Вызовите полицию – верещала дамочка, поднимаясь с пола, словно инвалидка и бросая на Костю наигранно испуганные взгляды. Видимо, их связывали тесные отношения...

Но он на нее и не смотрел, во все глаза пялился на меня и Милу. Я тоже смотрела осуждающе и зло.

– Угомони свою болонку, Костя – прошипела, поглаживая дочь по голове – Она пугает ребенка.

В переговорной в миг воцарилась тишина, нарушаемая лишь злым сопением за моей спиной.

– Переговоры окончены – чуть повысив голос, сказала я – Прошу всех покинуть мой офис. К сожалению, наша фирма не сможет оказать вам нужный объем и спектр услуг. Всего доброго, господа...

Сказав это, уперлась взглядом в опешившего Олега. Муж дружил с ним ещё до нашего знакомства. Его взгляд тоже метался от меня к дочери, и я инстинктивно прикрыла ее личико руками. Но думаю, все успели ее рассмотреть ещё до моего появления.

Я уже двинулась к выходу, когда гробовую тишину нарушил противный голос:

– Это что за не уважение? Ваша вшивая конторка отказывает такому гиганту, как "Альфа Строй", да ещё и людей калечите – деланно прихрамывая, дамочка двинулась на меня – Я это так не оставлю. Мы вас в таких кругах ославим, что к вам даже самый дешёвый риэлтор не обратится...

– Татьяна – прорычал Костя, – Угомонись...

Но дамочку несло...

– Пустили в переговорную какую-то пигалицу, из-за нее все сорвалось и Константину Александрровичу пришлось ее успокаивать и на руки брать, а ему...

– Я сказал, хватит – заорал Костя, одергивая руку своей защитницы.

Мила заплакала громче, дочь боялась громкого крика. И при ней мы старались голос не повышать. Поэтому лишь покачала головой, бросила грустный взгляд на растерянного Костю и вышла из переговорной. За спиной раздался бодрый голос Иришки:

– Покиньте помещения, господа. Босс сказала, что сделки не будет...

– Эта психопатка опасна, Костя...

Дальше я не слушала, закрыла дверь своего кабинета и упала на диван, прижимая к себе дрожащую Милу.

– Все хорошо, милая. Дяди и тети сейчас уйдут, а мы пойдем рисовать, хочешь?

– Гелу катю литявать, – шмыгнув носиком, согласилась моя малышка – И Котю. Он кавосий, кативый, и он может быть моим папой, я не упева спвосить. Мозет, мам? Мозет мой папа этот Котя?

– Может и этот – улыбнулась я своей умнице. – Спросишь в следующий раз...