Бывшие. Приручи меня!

Глава 9

Тимур отрывается от моих губ.

И я не понимаю, что в его глазах. Смотрит на меня… слишком пристально, непроницаемо… изучающе. Как будто тоже сравнивает – то, что осталось в его памяти, с тем образом, который видит перед собой сейчас. И я понятия не имею, что думает.

Аккуратно ставит меня на место. Я тут же валюсь на пуфик – потому что боюсь наступать на ногу, и потому что оставшаяся здоровая тоже меня не держит.

Со скрипом открывается дверь, и в тесной прихожей совсем не остаётся места.

- Лиза! Лиза, ты уже дома? Ты успела заскочить за…

Она осекается на полуслове. А Тимур, глядя на неё в упор с высоты своего роста, очень спокойно и сдержанно здоровается.

- Добрый вечер, Любовь Арсеньевна! Давно не виделись с вами. Полагаю, вы бы предпочли и дальше не видеться. Но знаете, не всё всегда получается так, как хотите вы.

Пока мама, разинув рот, пялится на него в оцепенении, Тимур невозмутимо проходит мимо неё.

Хлопает дверь за его спиной. Он сам закрыл.

Я прижимаю ладони к горящим щекам.

И в этот момент мама «отмирает».

- Это был Ярский?! Елизавета, ты что, сошла с ума?!

Морщусь от её крика.

Бася от греха подальше шмыгает на кухню. Чтоб забраться в своё любимое убежище на случай, когда хозяйка не в духе – под узкий диван, стоящий там. И только мне такая привилегия недоступна. Хотя я бы сейчас с удовольствием.

- Вы с ним снова встречаетесь?! Отвечай мне, ты что, язык проглотила, когда с тобой мать разговаривает?!

- Нет. Мы не встречаемся, - с трудом выдавливаю из себя очевидную фразу. – Просто… он мой новый начальник.

Мама охает и роняет пакет с продуктами. Не разуваясь, проходится туда-сюда по коридору, ведущему в спальню. Я морщусь. С больным коленом мне будет трудно это всё мыть.

- Ты должна немедленно уволиться!

- Я уже.

- Тогда что это я сейчас видела? Ты докатилась, матери врать?!

- Я… подала заявление на увольнение. Но раньше, чем через две недели, по закону нельзя.

- И поэтому твой Ярский воспользовался удобным случаем забраться тебе под юбку?

- Мама! – ахаю я.

Потом запоздало понимаю, что моё возмущение не совсем оправданно. Чисто технически его руки под моей юбкой побывали. Дважды.

Мамино лицо стремительно покрывалось алыми пятнами. Я внутренне вздохнула – лёгким штормом не отделаться. Будет полноценная буря.

- Ты забыла, как в прошлый раз он чуть не сломал тебе жизнь?! Поставил под угрозу всё твоё будущее! Ты забыла, как из-за него рыдала в подушку три грёбанных месяца, так что я едва смогла привести тебя в чувство до начала занятий?

Я содрогнулась.

Трудно такое забыть. Весь первый курс я была потерянной, как зомби ходила на лекции и семинары, едва не вылетела на первой же сессии. К счастью, вовремя смогла взять себя в руки.

Думала, что смогла забыть. Но ураган по имени Тимур снова ворвался в мою жизнь, чтобы сметать всё на своём пути. Даже странно – почему ураганы обычно называют женскими именами? Катрина какая-нибудь… после мужчин обычно больше разрушений.

Мама вон до сих пор не простила отца. И я уже предчувствую, по тому, как она кривится брезгливо, о ком пойдёт речь. Чуйка не обманула.

- Я собственными глазами всё видела. Не отпирайся. Тимур твой как был кобелиной, таким и остался. Ты хочешь, чтоб он бросил тебя брюхатую, как твой отец бросил меня? Или деньги на аборт будем собирать, и здоровье твоё гробить?

- Мама, хватит! – я не выдержала и вскочила, тут же айкнула и рухнула обратно. Совсем забыла о ноге.

- Что такое? – чуть приутихла она.

- Я… сегодня ногу повредила. Это случайность.

- Случайности не случайны! – повторила мама любимую фразу. – Вот сама посмотри – стоило этому бездельнику снова появиться в твоей жизни, и с тобой уже происходят сплошные неприятности!

- Я больше не хочу об этом говорить. Из фирмы я увольняюсь, завтра начну рассылать резюме и искать новую вакансию. То, что ты видела… это больше не повторится.

Кое-как, по стеночке, я всё же добралась до кухни.

Плюхнулась на диван, закрыла глаза. Мама принялась деловито доставать продукты и готовить ужин. Меня сегодня, так и быть, от этой обязанности освободили, и на том спасибо. Она даже наплевала на своё давление и занялась этим сама. Но так выразительно молчала, что не нужно было никаких слов.

А самое паршивое, что я понимала – она совершенно права.

Где Тимур – и где я. И судя по его повадкам, ничего особо не изменилось в его характере. Значит, и всё остальное тоже… Мне пора снимать розовые очки.

Чем быстрее я проснусь, тем лучше.

…Квартира только называлась двухкомнатной в завлекательных объявлениях о продаже. На самом деле это, конечно, была однушка, просто на кухне было достаточно места для дивана, и бывший владелец гордо именовал её за это «евродвушкой».