Бывшие. Растоптанная любовь

Глава 9

Мы молча стояли друг напротив друга, изучая друг друга. Его взгляд был полон интереса, как будто он давно ждал этой встречи и теперь наслаждался каждой секундой. Внутри же меня бушевал ураган эмоций. Сомнение, что это действительно он, боролось с узнаванием. Сердце билось быстрее, а ладони предательски вспотели.

— Артем… — наконец произнесла я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

Он улыбнулся, и эта улыбка была такой же теплой и искренней, как и прежде.

— Привет, Лиза, — сказал он, делая шаг вперед.

Его голос звучал так знакомо, что я на мгновение закрыла глаза, пытаясь справиться с волнением.

— Давно не виделись, — добавил он, присаживаясь в кресло напротив.

— Да, — кивнула я, стараясь не отводить глаз. — Кажется, лет семь?

— Восемь, если быть точным, — усмехнулся он, закрывая за собой дверь и уверенно проходя в мой кабинет.

— Чем обязана? — спросила я, чувствуя, как мои сомнения усиливаются.

— Соскучился! — ответил он, глядя мне прямо в глаза. — Могу узнать, как наш сын?

Его слова, как ледяной душ, обрушились на меня. Я замерла, не зная, как реагировать. «Наш сын?» — пронеслось в голове. Эти слова резали, как нож.

— Мой сын, — холодно ответила я, пытаясь вернуть самообладание. — Нормально. Мы на работе, и поэтому давай ближе к делу…

Я села в свое кресло, стараясь выглядеть собранной, но внутри меня все кипело. Этот разговор был словно удар под дых. Сердце колотилось так сильно, что я едва могла дышать.

— Какая важная... — хмыкнул он, его голос звучал холодно и насмешливо. — Замуж тебя зову! Ты же хотела. Вот приехал сказать, что забираю тебя и сына в Москву. Возглавишь главный маркетинговый офис, — он перечислял это все, словно я уже согласилась.

— Нет! — твердо заявила я, но голос дрогнул.

— Я предполагал нечто подобное и перестраховался, — его лицо изменилось, он внезапно преобразился. Стал похож на загнанного зверя, даже его «улыбка» была похожа на оскал.

— И что же это? — с недоверием спросила я, чувствуя, как внутри все сжимается от тревоги.

— Я знаю, что это ты скупила тогда акции, — его слова прозвучали как приговор. — Было сложно узнать, но наш человек потратил на это несколько месяцев. Знаю, что у тебя не хватает всего шести процентов, чтобы спасти предприятие...

— Дальше что? — недоумевала я, не понимая, к чему он ведет. Ну, узнал он, все равно это бы выяснилось на ближайшем собрании.

— Оставшиеся акции у меня, — его слова прозвучали как гром среди ясного неба. Я почувствовала, словно между нами пролегла невидимая, но плотная стена недосказанности. Ложь или что-то большее? Я не знала, но понимала: этот разговор изменит все.

— Допустим… Я тебе зачем?

Он не сразу ответил. Его взгляд стал цепким, словно он изучал меня, пытаясь понять, как лучше преподнести свои мысли. Наконец, он заговорил:

— А как же. Мне нужна семья, ребенок… Вышестоящее руководство поставит меня руководителем северного холдинга… — В его голосе появилась мечтательность, но в глазах мелькнула тень расчетливости.

— То есть, ты им солгал, сказав, что у тебя есть семья и ребенок, ради должности? — Я смотрела на него, чувствуя, как внутри закипает гнев. Он стал еще хуже, чем был. Полностью перестал быть человечным.

Он улыбнулся, но в этой улыбке не было ни капли искренности.

— И что? Мне дадут нужную должность, ты получишь это предприятие… И будем жить дальше, как жили! Ну не считая моментов, когда надо будет появляться вместе…

— Ты предлагаешь сделку? Без физического контакта и чисто на людях, без формального оформления брака? — Я изогнула бровь, стараясь скрыть отвращение.

Мне это показалось слишком простым решением.

Он хмыкнул, его взгляд стал сальным, и он пробежал им по мне, словно оценивая, как товар на рынке. Внутри меня все сжалось от неприязни. Он заметил это и криво улыбнулся.

— Вот тут заковырка, как вы любите говорить в провинции… — Он сделал паузу, наслаждаясь моим напряжением.

Я отвернулась, стараясь не показать, насколько мне противно.

— Я не буду участвовать в твоих грязных играх.

Его улыбка стала шире.

— Знаешь, иногда нужно просто закрыть глаза на некоторые вещи.

Я сжала кулаки.

— Я не та, кого ты можешь купить или обмануть.

Он наклонился ко мне, его дыхание было тяжелым и неприятным.

— А я и не пытаюсь тебя купить. Я просто хочу, чтобы все было так, как нужно мне.

— Ты своим появлением сломаешь мальчику психику… — голос дрожал от отчаяния, но я пыталась держать себя в руках. — Ты не представляешь, как это ранит его, как разрушит его жизнь!

Артем усмехнулся, откинувшись на спинку кресла, и посмотрел на меня с холодным безразличием.

— Да брось, — отмахнулся он, словно от мухи. — Подарю пару игрушек, свожу в парк аттракционов, что там любят пацаны в семь лет? Разве это сложно?

Внутри все сжалось от боли. Он говорил об этом так легко, будто речь шла о покупке новой машины или выборе подарка. Но это было не просто решение — это была чья-то жизнь, будущее маленького человека, который ни в чем не виноват.

— Он тебе что, игрушка? — мой голос сорвался на крик. — Хочу куплю, хочу стану отцом, хочу перестану им быть… Ты хоть представляешь, что это значит для него? Для меня?

Он нахмурился, но в его глазах не было ни капли раскаяния. Только раздражение.

— Ты слишком драматизируешь, — отрезал он. — Это бизнес, ничего личного. Ты получишь свое предприятие, я получу должность. Все по-честному.

Я не могла поверить своим ушам. Это было слишком жестоко, слишком бесчеловечно. Я пыталась найти в его словах хоть каплю сострадания, хоть намек на то, что он понимает, насколько это неправильно, но видела только пустоту и холод во взгляде.

— Ты не понимаешь… — прошептала я, чувствуя, как слезы подступают к глазам. — Ты не можешь просто так сломать чью-то жизнь ради своих амбиций. Это не игра, это не сделка.