Бывшие. Сердце не обманешь

Глава 3

Кира

Сознание возвращалось ко мне медленно, нехотя, как будто цеплялось за спасительную темноту, не желая отпускать. Сначала я почувствовала боль. Тупая, ноющая боль в правом бедре, которая пульсировала в такт сердцебиению. Потом до меня донеслись звуки — приглушенные голоса, мерное гудение аппаратуры, тихие шаги где-то рядом. Я попыталась открыть глаза, но веки казались свинцовыми, неподъемными. Голова казалась одним большим, болезненным кирпичом.

Где я? Что случилось?

Память возвращалась обрывками, как кусочки разбитого зеркала. Дождь. Звонок от Марка. Фары грузовика, несущиеся прямо на меня... Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Авария…

Собрав все силы, я, наконец, приподняла ресницы. Свет больничной лампы ударил по глазам, заставив зажмуриться. Когда зрение постепенно привыкло, я увидела белый потолок, капельницу, прикрепленную к моей руке, и знакомый до тошноты запах антисептика.

Больничная палата. Одиночная. Чистая, почти стерильная, даже немного уютная, но от этого не становилось легче.

Я попыталась пошевелиться и тут же застонала. Острая, режущая боль пронзила правое бедро, заставив слезы выступить на глазах.

— Не двигайтесь, — раздался спокойный женский голос справа.

Ко мне склонилась медсестра: круглолицая, с добрыми усталыми глазами, в синей униформе и такой же шапочке.

— Вы в частной клинике «Медикал». У вас перелом бедра, операцию уже сделали. Все прошло хорошо. Сейчас вколю вам обезболивающее.

Я попыталась говорить, но горло было пересохшим, как будто я неделю просидела в пустыне.

— В... вода, — с трудом прошептала я.

Медсестра поднесла к моим губам стакан с трубочкой. Прохладная жидкость обожгла пересохшее горло, но я сделала несколько жадных глотков.

— Спасибо, — голос звучал хрипло. — Как... как долго я была без сознания?

— Около десяти часов. Вас вчера поздно вечером доставили и сразу прооперировали. Смещение обломков костей было.

Черт. В голове пронеслись мысли о работе: отчеты, дедлайны, встречи… Компаньон Марк, который наверняка рвет и мечет, пытаясь найти меня.

— Мой телефон... — я попыталась приподняться, но медсестра мягко, но твердо положила руку мне на плечо.

— Лежите спокойно. Ваши вещи в сохранности, но сейчас вам нужен отдых, а не телефон.

— Но мне нужно позвонить...

— Вам нужно отдыхать, — она поправила подушку, и ее движения были уверенными и бережными. — Доктор скоро придет, обо всем поговорите с ним.

Я закрыла глаза, чувствуя, как накатывает новая волна усталости. Или это обезболы подействовали, которые медсестра ввела через катетер в вене.

Нужно позвонить в офис. Предупредить клиентов. Найти кого-то на замену… Столько дел! Я открыла глаза и снова попыталась встать, но тело не слушалось, отказывалось подчиняться. Сознание уплывало в темноту, унося с собой тревоги и заботы.

Перед тем как окончательно провалиться в сон, я уловила обрывок разговора за дверью:

— …она сможет передвигаться самостоятельно?

— Да, но не первое время. Сначала нужно...

Голос спросившего заставил меня вздрогнуть. Я узнала его. Глубокий, низкий, с легкой хрипотцой, которая появлялась, когда он нервничал или злился. Сердце забилось чаще, дыхание перехватило. Сон испарился.

Нет... Это просто галлюцинация. Кажется, я слишком сильно ударилась головой. Его не может быть здесь.

Но когда я снова открыла глаза, в дверном проеме стоял он.

Макс. Бывший муж, от которого я ушла, чтобы построить карьеру.

Пять лет не виделись, а он почти не изменился. Только чуть больше морщинок у глаз, чуть жестче линия скул. Плечи еще шире… Темные волосы, слегка растрепанные и усталость в глазах. Он был в простой темной водолазке и джинсах, но на нем это смотрелось элегантно, как всегда.

Он посмотрел на меня, и в его глазах читалось что-то такое, от чего у меня перехватило дыхание: холодный взгляд хозяина, который нашел сбежавшего, непослушного пса… Раньше он на меня так никогда не смотрел.

— Привет, — сказал он и ухмыльнулся уголком губ.

Я не ответила. Не могла. В горле стоял ком, а сердце бешено колотилось, словно хотело выпрыгнуть из груди.

Что он здесь делает? Почему он здесь? Как же хорошо, что он здесь!

Макс сделал шаг к моей кровати, но тут в палату вошел врач — молодой мужчина в белом халате с усталым, но доброжелательным лицом.

— О, вы уже проснулись! — обрадовался он, подходя к койке. — Я доктор Семенов Виктор Алексеевич. Как себя чувствуете?

Медсестра вышла из палаты, а я перевела взгляд с Макса на врача, пытаясь совладать с эмоциями.

— Как после… наезда грузовика, — выдавила я, и мои губы дрогнули в подобии улыбки.

Доктор усмехнулся.

— Шутники — мои любимые пациенты. Значит, с головой все в порядке.

Он начал что-то объяснять про операцию, про реабилитацию, но я почти не слушала. Все мое внимание было приковано к Максу. Он стоял у стены, скрестив руки на груди. Его взгляд был тяжелым, пристальным, будто он пытался прочитать мои мысли, увидеть душу.

— ...поэтому мы подержим вас тут недельку и переведем на домашнее лечение, — доктор закончил. — С вами будет сиделка из нашей клиники, а я стану навещать вас раз в несколько дней. Потом реабилитация.

— У меня дома даже холодильник пустой? — прошептала я.

— Так не к вам домой, а к Максиму Сергеевичу, — врач указал на моего бывшего мужа.

Я порядком офигела от услышанного и посмотрела на Макса. В его глазах читалась насмешка.

— Это твоих рук дело? — сердито прохрипела я.

Он молча кивнул, не отводя взгляда.

— Мне не нужна твоя помощь, — прошептала я, и мой голос дрогнул. — И жалость не нужна. Я сама со всем справлюсь.

— Сама ты даже пописать самостоятельно не сможешь, — хмыкнул Макс.

Доктор Семенов неловко закашлялся, почувствовав напряжение.

— Я пойду, проверю отчеты… Летучка скоро.