Бывшие. Шрамы на сердце Молчат

= 5 =

Дмитрий был пьян, он был зол на весь мир, и сейчас перед ним была единственная женщина, которая когда-то заставила его сердце биться чаще. И которая жёстко его разочаровала.

- Хочешь выпить со мной? - грубо спросил он, поднимая бутылку с виски, уже мало что соображая.

Анжела внимательно посмотрела на него. На его помятый костюм, на растрепанные волосы, на мутный взгляд.

Девушка прекрасно понимала, что мужчина не в себе. И это было так на него непохоже. Дмитрий Аршинов всегда был воплощением собранности и контроля.

Что это с ним? Отмечает помолвку?

Только радостью как-то от него не пахнет. А вот перегаром ещё как.

- Ты пьян, Дима, - тихо сказала она с нотками осуждения, - и твои сотрудники... всё это видят. Пойдём, я отведу тебя обратно в кабинет. Не стоит бродить здесь в таком состоянии, - Анжела оглянулась вокруг. Не хватало ещё, чтобы всё это попало в прессу.

Её забота, тихий, спокойный тон вызвали в Дмитрие новую волну раздражения.

Кто она такая, чтобы о нём заботиться?

Та самая девушка, которая притворялась невинной, а на деле оказалась…

Он не дал себе додумать эту мысль. Вместо этого он молча позволил ей взять его под руку и повести через бар, мимо удивлённых взглядов гостей и персонала. Её прикосновение обожгло его сквозь ткань рубашки.

Анжела хорошо ориентировалась в этом отеле. Ведь когда-то они с Димой проводили здесь много времени. И особенно в его кабинете.

Вернувшись в кабинет, мужчина опустился в кожаное кресло, а Анжела закрыла за собой дверь. Она стояла посреди огромного кабинета, выглядела заметно потерянной и очень хрупкой. Наблюдала за мужчиной. Её взгляд впивался в такое любимое мужское лицо, помня каждую чёрточку.

- Что случилось, Дима? - спросила она с искренним беспокойством, потому что этот мужчина никогда не был ей безразличен. И сейчас, видя его таким разбитым, она не могла просто так развернуться и уйти, - ты ведь никогда не пил.

- А что, Анжела? - он горько усмехнулся, наливая себе ещё виски, - переживаешь о своём бывшем? Какого по счёту бывшего, м-мм? Или, может, тебе просто интересно посмотреть, как ломается человек, которого ты когда-то считала сильным?

- Я никогда не считала тебя настолько сильным или всесильным, - её ответ застал его врасплох, слегка обескуражив, - я считала тебя... живым. Настоящим. Способным понимать и… любит. А сейчас ты выглядишь так, будто хоронишь себя заживо.

Её слова попали точно в цель. Именно это он и чувствовал. Заживо погребённым в гробу деловых соглашений, брачных контрактов и пустых обязательств.

Он поднялся с кресла и подошёл к девушке. Они стояли близко-близко. Смотрели друг на друга. Дмитрий чувствовал её легкий, цветочный аромат, который сводил его с ума пять лет назад и подрывал нетрезвую крышу сейчас.

- А ты? - прошептал он, касаясь пальцами её щеки, - ты живёшь? Или тоже похоронила себя после нашего расставания?

Анжела понимала, что мужчина несёт несуразицу. Ведь не отвечает за свои слова в таком состоянии.

Она вздрогнула от его прикосновения, но не отстранилась. В её глазах плескалась такая бездонная боль, что Дмитрию захотелось отшатнуться.

- Я пытаюсь, Дима, - выдохнула она, - я стараюсь жить. И у меня получается.

- Видимо плохо получается, если ты пришла сюда. Ко мне, - прохрипел он.

- Я совершила ошибку, - тихо ответила, видя перед собой его лицо, склонившееся к ней.

Анжела понимала, что мужчина не контролирует себя. В его голове сейчас нет ни одной здравой мысли. Он как тот зверь ведом лишь инстинктами. Ей нужно уйти. Но, стоило ему рвануть её на себя, как все барьеры рухнули.

Лицо девушки расплывалось перед глазами, но Дмитрию было всё равно. Все обиды, вся злость, все годы разлуки растворились в густом, пьяном тумане, который окутывал его сознание. Он наклонился и прижался губами к её губам: властно, требовательно и слишком жадно.

Это был вовсе не нежный поцелуй. Он словно ждал, что Анжела оттолкнёт его. Но вместо этого она ответила на его поцелуй с неменьшей страстью. С той самой страстью, которую он помнил, которую искал в других женщинах и никогда не находил.

Всё произошло стремительно, словно обоих накрыла лавина. Анжела понимала, что сходит с ума. Мужчина пьян. Но она и себя трезвой не чувствовала. Его близость пьянила без вина.

Кожаная кушетка у окна. Сбрасываемая на пол одежда. Жаркие прикосновения. Прерывистое дыхание. Они ничего не замечали, дорвавшись наконец-то друг до друга.

Дмитрий врывался в её тело, как в единственное спасение, отгораживаясь от жёсткой реальности. Он был груб, слишком нетерпелив, очень пьян.

А она... она принимала его, обвивая руками шею, словно утопающий хватающийся за соломинку.

В её глазах, которые он ловил в отблесках мрачного света, была не только страсть, но и слёзы. Слезы, которых он в своём опьянении не видел или не хотел видеть.

Очнулся мужчина от резкого луча солнца, бьющего ему прямо в глаза. Он лежал на кушетке. Голова раскалывалась на тысячи осколков, каждый из которых звенел отдельной, пронзительной нотой боли. Во рту стоял мерзкий, затхлый привкус виски