Бывшие. Строптивая Снегурочка для олигарха Морозова

Глава 4

Толпа, как река, движется за алым бархатом его кафтана. Мы идем во главе этого праздничного шествия, и каждый шаг отдается во мне глухим эхом тревоги. Шатер, в который мы заходим — волшебное пространство, спрятанное под прозрачным куполом, словно огромный стеклянный колпак. Снег снаружи бьет по стенкам, а внутри светло и достаточно тепло.

Словно другое измерение. Дворец, сотканный из света, тепла и запахов. Высокий купол напоминает гигантский перевернутый лепесток. По краю располагаются уютные палатки-бутики. Из них струятся дразнящие ароматы: сладкой ваты, корицы и имбирных пряников, кофе и пряного дыма от глинтвейна.

В другой палатке — вафли. Толстые, хрустящие, с сахарной пудрой. Чуть дальше — горячий шоколад, маршмеллоу, каштаны.

Запахи такие, что у меня предательски сжимается желудок.

Все выглядит продуманным до мелочей. Музыка льется мягко, ненавязчиво. Старые джазовые аранжировки, вплетенные в новогодние мотивы.

— Как красиво, — выдыхает рядом девочка, держась за мамину руку. Я невольно улыбаюсь. Для малышей, наверное, это на самом деле волшебная сказка! Сейчас я уже не чувствую себя “низко падшей” Марианной Вознесенской, дочкой профессора консерватории. Скорее частью чего-то очень красивого.

В самом центре сияет гладь искусственного катка — идеальный овал зеркального льда, окаймленный низкими бортиками и мягким синим светом. Вокруг катка, на низких диванах с горой подушек, располагаются гости. Рядом стоят резные лавочки и кресла-мешки, создавая ощущение продуманной до мелочей непринужденности.

— Проходите, не стесняйтесь! — громко объявляет Дед Мороз. — Здесь тепло, вкусно и можно падать без последствий!

Смех. Аплодисменты.

Дед Мороз плавно разворачивается ко мне, его фигура отбрасывает длинную, четкую тень.

— Мы со Снегурочкой много интересного вам приготовили, — тянет голосом, полным теплого обещания праздника. — Не так ли, дорогая?

И в тот же миг ощущаю, как его рука в белой перчатке скользит мне за спину. Движение скрыто от посторонних глаз складками его широкого рукава. Его не назвать грубым, но ладонь проходит по изгибу моей спины и замирает возле ягодицы, не касаясь, но нависая.

Довольно вызывающе.

Адреналин бьет в виски. Я улыбаюсь, но наклонившись к коллеге и шиплю сквозь застывшую на лице улыбку:

— Дедушка, не могли бы вы выступать ближе к тексту?

И, будто нечаянно поскользнувшись на невидимой льдинке, отстраняюсь, отодвигая его ладонь своим локтем.

Тоже мне, дедуля.

Под густой белой бородой снова дрогнула. Дед Мороз громко фыркает:

— Я, признаться, немного забывчив в плане сценария, — произносит громко с напускным раскаянием, разводя руками. — Но, по-моему, у нас все получается неплохо.

Опять это ощущение, будто весь мой страх и вся моя вымученная храбрость разложены перед ним на ладони.

И… до боли, до дрожи в коленях, что-то очень знакомое.

Ловлю себя на том, что вслушиваюсь не в слова, а в голос. В тембр. В паузы между фразами.

Слишком знакомый голос для чужого человека. Нет, Марианна. Ты просто устала. Это лишь актер, а тебе надо отдохнуть, выспаться. И все придет в норму.

Осталось потерпеть совсем немного.

— Проходите, проходите! — продолжает тем временем бодро командовать Дед Мороз, направляя гостей к диванам. — Внученька, ты тоже помогай.

С каждой секундой дежавю становится гуще.

— Переодеваем коньки!

— Снегурка, тебе помочь?

— Спасибо, дедуля, сама справлюсь.

Катя приносит мне коньки, устраиваемся на лавочке. Вадим тоже рядом. Галантно помогает зашнуровать мне и Кате, по очереди.

Деда Мороза, тем временем, окружила толпа. Я радуюсь передышке.

— Это все так роскошно, что я не выдержала и всплакнула, там, на улице, — признается Катерина. — Тебе, кстати, Марианна, самый классный партнер достался! Очень хочу с ним познакомиться! Брутальный — невероятно.

Я же про себя думаю, что почти готова махнуться реквизитом и стать Бабой Ягой. Потому что не желаю быть излапанной этим наглым Морозом! И это только первый день, а представления ежедневны!

Вадим бурчит, что тоже очень хотел бы отыграть сцену прилета на вертолете, но он уже спросил у Милы Петровны — этот реквизит был арендован только на один день. Гостиничный комплекс конечно мега богатый, но все же, есть пределы разумного.

— На каток, давайте. Шоу маст гоу он, дорогие мои, — торопит Мила Петровна. — Все идет отлично, вы умнички. Сейчас выход Снегурочки.

Я много занималась фигурным катанием в секции. Мне очень нравилось. Но я давно не каталась. Года три…

Зажмуриваюсь, отгоняя воспоминания. Свидание на катке с Арсением. Он организовал. Рождество. Все было невероятно романтично.

Но увы, романтика закончилась крахом. Я обнаружила любимого в постели со своей старшей сестрой! Чуть сердце не разорвалось от боли. Заледенело.