Бывшие. Строптивая Снегурочка для олигарха Морозова

Глава 16

Вынырнув из пара и горячих струй, чувствую себя лучше. Человеком, а не комком дрожащих нервов. Выплеснула эмоции, теперь надо взять себя в руки. Мне повезло — в ванной нашлось все необходимое: пушистые бежевые полотенца, гель для душа с запахом альпийской сосны и даже зубная щетка в вакуумной упаковке.

Я вытерлась, обернулась полотенцем побольше, вторым, поменьше, вытерла волосы и закрутила на голове высокий тюрбан.

Вышла в комнату и замерла перед зеркалом, разглядывая себя. Распаренное лицо, широко распахнутые глаза, в которых уже не осталось истерического блеска, а читалась усталая задумчивость.

Мне бы сейчас крем для лица. И для тела не помешал бы. Все это есть в моем чемодане. Только вот где он, мой бедный, несчастный чемодан. Наверное, остался в сугробе, насквозь промокший. А я даже ничего о нем не спросила у Морозова. Наверняка он там его и оставил — ну не потащил бы и меня и чемодан, еще и в гору. Там одежда, теплые шерстяные носки, любимый увлажняющий крем, теплая байковая пижамка с принтом из пингвинчиков.

Весь этот вечер — сплошная катастрофа. Я потеряла работу (потому что сбежать — значит сорвать контракт), выставила себя полной истеричкой перед бывшим, а теперь еще и осталась без своих вещей в этом роскошном заточении. Все, что у меня есть, — это я сама, обернутая в чужое полотенце, с головой, замотанной в тюрбан, как у неудачливой путешественницы из дешевой комедии.

И в этот момент дверь в комнату с шумом распахивается. Струя прохладного воздуха бьет по ногам.

— Я совсем забыл… — вздрагиваю всем телом, оборачиваюсь резко.

Морозов, на пороге. В одной руке он держит тот самый вожделенный чемодан, по которому я только что так страдала. Наши взгляды перекрещиваются, все это занимает секунду, не больше, а потом я чувствую как узел на полотенце развязывается и оно слетает с меня. Одновременно с громким грохотом падает чемодан.

Взвизгиваю и обхватываю себя руками.

— Вон! — мой крик полон чистейшей, животной паники. — Убирайся!

Мне хочется провалиться сквозь землю. Приседаю, дрожащими руками хватаю полотенце и прижимаю к себе.

— Класс! — вырывается изо рта нахала, глухо и сдавленно. Но при этом он и не думает отвернуться!

А я в бешенстве подбираю слова, чтобы осадить раз и навсегда! Он не смеет так себя вести! Но мой взгляд падает на багаж… Господи! Не зря был такой грохот.

Мой бедный, многострадальный чемоданчик, переживший падение в сугроб, теперь чуть ли не пополам. Крем выкатился, высыпалось печенье — мама испекла домашнее, мое любимое. Я и забыла, что в последний момент сунула его, не смогла отказаться.

— Ну спасибо! Морозов, выйди уже!

Трясясь от холода и дикого смущения, обматываюсь полотенцем снова.

— Не психуй, Вознесенская, — его голос звучит хрипло и неестественно высоко. — Чего я там не видел.

Эти слова обжигают сильнее, чем если бы он рассмеялся.

— Все видел! Доволен?

— Я куплю тебе новый чемодан, как только выберемся отсюда. Обещаю.

— Да хватит уже! Мне ничего от тебя не нужно! — почти кричу. Меня трясет от унизительной ситуации, стыда. — Выйди из моей комнаты! Сию секунду! Или я…

— Или что? — в его тоне появляется знакомая, раздраженная жилка. — Успокойся уже.

— Ты не можешь врываться, когда тебе вздумается! — Тяну край полотенца выше, к горлу. — Ты что, стучать разучился?!

— Я стучал. Три раза. Ты не ответила. Я подумал… — он запинается, резко поднимает глаза, но теперь смотрит куда-то мимо моего плеча, на стену. Его лицо кажется странно напряженным, скулы подрагивают. — Я подумал, мало ли что. Может тебе плохо. Ты же там на улице в обморок грохнулась. Подумал, что тебе вещи нужны. Я тогда еще, отнес сначала тебя в дом, а потом за чемоданом твоим вернулся. Ну и за ужином забыл сказать.

В его объяснении звучит может немного неуклюжая, но забота. Это только сильнее выбивает почву из-под моих ног.

— Спасибо, но моменты ты выбирать не умеешь! — мой запал уже сходит на нет.

— Возможно, — бросает быстрый, жгучий взгляд прямо на меня, и в его глазах читается раздражение. — На этот раз точно все, больше не потревожу. Твоя одежда еще в сушке. Завтра сможешь забрать.

Уходит так же внезапно как и появился, а я не успела сказать спасибо…

И ведь понимаю, что вообще-то стоило!