Бывшие. Тайная дочь олигарха

Глава 17

Не знаю, как дожила до конца смены. Все было словно в тумане. Звонки, рутинные записи, вопросы горничных, улыбки постояльцам, все происходило не со мной. Я лишь отстраненно наблюдала за своими движениями, как актриса, играющая роль.

К обеду попросилась уйти пораньше, но Софья Геннадьевна сразу нахмурилась.
– Дарья, ты и так неделю на больничном отдыхала. Понравилось, да? Прости, но сейчас не время показывать начальству расхлябанность. Понимаю, ты не до конца оправилась, но придется потерпеть. Мы все сейчас под прицелом.

Я кивнула. Потерплю. Только бы не разрыдаться прямо у стойки.

К счастью, день выдался тихим, почти без новых заселений, без накладок. Просто бесконечное ожидание конца смены.

Артем предложил подвезти.
– Не откажусь, – выдохнула, вжимаясь в кресло его машины. Все внутри стонало от усталости, а еще больше – оказаться наконец одной, дома.

Артем остановил машину у ворот нашего дома, повернулся ко мне с мягкой улыбкой:
– Может, зайду? Выпьем чаю?
– Извини, Артем, я правда очень устала…

– Хорошо. Отдыхай. Ты правда выглядишь… не очень. Завтра тебе витаминов куплю. Хороших.
Он хороший. Заботливый. Но почему в нем нет ничего, что бы отзывалось?

Целую Артема в щеку в знак благодарности, выхожу из машины. Зайдя на участок удивленно моргаю, не понимая вначале что изменилось. Почему такой отличный обзор на соседский дом?

Сердце болезненно сжимается, застываю на месте.
Забор, что отделял наш участок от пустующего дома Роберта, того самого дяди Тимура. Просто… исчез. Как будто его вырвали с корнем. Даже следов не осталось…

Да, он был старым, а соседи затеяли реконструкцию. Но разве так можно? Они хоть спросили вообще?

Во мне поднимается злость. Это опять Алиев, да? Решил окружить меня со всех сторон? Мало того, что теперь он мой прямой начальник, так еще и здесь, дома, преследует! Как тень, догоняющая в любом укрытии.

На крыльцо выходит Глафира с довольной Алисой за руку. Дочка бежит ко мне щебеча радостно:

– Мамочка! Мамочка! – обнимает крепко, уткнувшись в живот. – Тебя так долго не было! – ребенок привык за неделю что я все время дома. Сердце колет.

– Привет, сладкая. Я была на работе. Глаш, что с нашим забором?

– Дорогая, не нервничай, – отвечает тетушка спокойно. – Ремонт, ничего особенного. Будет куда красивее, обещаю.

– Они хоть спросили тебя? – голос срывается. Меня трясет от злости!
– Конечно, спросили. Я согласилась. А почему нет? Я люблю перемены.

Глафира явно не понимает моего настроения. А я не могу объяснить! Не сейчас… Не при дочке.

– Мам, мы едем к бабушке Лене, – сообщает Алиса. – У нее мороженое домашнее! Она его с малиной делает!

Лена – подруга Глаши, они часто общаются. Очень добрая и гостеприимная. У нее своих внуков аж шестеро, причем все мальчишки. Так что Лиска для нее как желанная внучка.

– Конечно, поезжайте, моя радость, – улыбаюсь, хоть и через силу. Провожу по волосам дочки, поправляю хвостики. – Поцелуешь маму?

– Я тебя зацелую! – заявляет моя принцесса и чмокает меня в обе щеки.

– А ты, Дашенька, отдохни, – мягко добавляет Глафира. – Ты еще не окрепла. Лицо у тебя бледное, как у творожного пирога.
– Спасибо, – усмехнулась я. – Сегодня мне это уже в третий раз говорят.

– Побудь на свежем воздухе. Погода – чудо. Мы тебе чего-нибудь вкусненького привезем от Ленуси.

Я действительно решила остаться во дворе. Прошла к дальнему краю участка, где между двух старых яблонь натянут гамак, самое любимое мое место Погода на редкость приятная, не жарко и не холодно: теплый воздух, легкий ветерок. Пахнет листвой, землей,цветами. Сажусь в гамак, запрокидываю голову, прикрываю глаза. Пусть хоть ненадолго все исчезнет.

Тимур. Работа. Вопросы.

В памяти всплывают обрывки детства. Угол палисадника, где я когда-то посадила свой первый огурец. Маленькая грядка, которую называла «моим садом». Я любила землю, обожала рыться в ней, сажать, поливать, ждать первых ростков.

Может, и сейчас заняться?
Посадить зелень. Немного лаванды.

Надо купить семена.

Переключение помогло, голова стала чуть легче.
Дыхание выровнялось.

Я только задремала – легкий ветерок, запах теплой земли, шелест травы... все убаюкивало, как в детстве. Но мимолетный толчок, словно промелькнувшая тень, заставило дернуться и открыть глаза. Первое что попадает в поле моего зрения – пара дорогих мокасин. Дорогая мягкая коричневая кожа, явно не из местного магазина. Потом – джинсы, сидящие на крепких, длинных ногах, майка-борцовка, подчеркивающая силу плеч, руки...

Мозг отказывается принимать информацию.

Сердце проваливается в пятки.

Передо мной стоит Тимур Алиев.

Не в костюме, не с хмурым деловым лицом, а такой, каким, наверное, бывает дома: расслабленный, но по-прежнему опасно красивый. Волосы чуть растрепаны, на губах легкая усмешка.

Но в глазах – не расслабленность. В них – холод, напряжение, нетерпение.

Резко приподнимаюсь, чуть не падая с гамака. Голова немного кружится, слишком резко прервался мой сон.

– Ты серьезно? Решил теперь преследовать меня и здесь? – голос срывается на шепот, потом взвился в злость.

– А ты, похоже, все никак не успокоишься, – отвечает спокойно, почти насмешливо. И от этого мне хочется закричать.

Сердце грохочет. Он стоит посреди двора Глафиры, моего убежища, моего единственного безопасного места, как будто имеет на это право!

– Ты для этого снес забор? Чтобы появляться, когда вздумается?! – я вскакиваю, сбрасывая плед с ног.

– Я хотел поговорить с тобой. И увидеться с Алисой.

Он произнес ее имя. Мягко. Без угрозы. Но меня пронзает ледяной ужас. Я буквально чувствую, как кровь отхлынула от лица.

– Не смей приближаться к моей дочери, – выдавливаю. – Никогда. Ты слышишь?

Он делает шаг ближе. Спокойный. Взвешенный. И это пугает больше, чем если бы он закричал.