Бывшие. Ты мой папа?

Глава 19

Нина

Муж тяжело и шумно выдувает воздух. Прячет ладони в карманах и буравит меня тяжелым взглядом, что обжигает не хуже раскаленного железа.

- Савва, - рычу, подходя вплотную и впечатывая чертов снимок УЗИ ему в грудь. Муж его перехватывает и с какой-то особой нежностью разглаживает. - Я тебя спрашиваю: твоя помощница беременна?!

Савва сглатывает и коротко выдыхает:

- Да.

Отшатываюсь от мужа как от прокаженного. Земля уходит из-под ног, а привычный мир переворачивается с ног на голову.

Что и требовалось доказать…

Короткое слово продолжает звенеть в воздухе, разрывая натянутые нервы. Чувствую, как внутри меня что-то трескается и разбивается на тысячу осколков.

Предательство – это всегда больно. Мерзко. Грязно. Даже если ты не любишь этого человека.

Грудь зажимает в тисках, дыхание рвется. Все внутренности кислотой обжигает. Осознание накрывает ледяной волной, лишая возможности дышать.

- Давно это..., - кривлюсь, представляя моего мужа вместе с помощницей. Обнаженными. В одной постели. Возможно, даже на этом столе. Брезгливо вытираю ладони о бедра. Тошнота подскакивает, как и температура в этом кабинете. – Это у вас?

Савва таращится на меня, старательно кося под дурачка.

- Что «это», Нина?

- Давно спишь с Луизой?

Муж заходится хохотом, взвинчивая уровень моего бешенства до небес.

- Что за чушь ты несешь?!

Не убедил, Савва. Ни разу.

Боже, какая пошлость и банальность…

- Ребенок твой?

- Нет, Нина! – муж срывается на крик, багровея. - Это не мой ребенок! Я же говорю - я не изменяю тебе!

- Да ты что?! – кричу в ответ. - А от кого тогда залетела твоя Луиза?!

- А мне откуда знать?! Я всего лишь ее босс, свечку не держу и не лезу в личную жизнь своих сотрудников.

- Откуда тогда у тебя снимок УЗИ? – стреляю глазами в клочок бумаги, который Савва продолжает бережно держать. Как драгоценность.

- Она принесла заявление для кадров, чтобы спокойно и на законных основаниях уходить на анализы, на обследования, куда там еще ходят беременные! К нему прилагается справка со снимком. Сейчас!

Савва кидается к другой половине стола, роется в папке с завизированными документами, достает и припечатывает его передо мной.

- Вот! Читай!

Справка дана Бекоевой Луизе Муратовне о том, что она поставлена на учет по беременности в женской консультации № 1 на сроке пять недель.

- Ну, убедилась? – Савва расхаживает из угла в угол, как хищник в клетке. - Ревнивая истеричка!

- Ты знаешь, вроде все складно…, - задумчиво постукиваю пальцем по клочку бумаги. И луплю кулаком, заставляя мужа вздрогнуть. - Вот только я тебе не верю! Я ревнивая истеричка? Так ты даешь массу поводов, чтобы я была такой! Исчезаешь, орешь на меня, нервничаешь, выключаешь звук на мобильном. А если до тебя все же дозвонятся, то разговариваешь в другой комнате или в ванной с открытой водой. Даже пароль поставил на телефон, хотя столько лет он был в открытом доступе. Ко мне тысячу претензий, внимания, как жене, не уделяешь совершенно. Даже туалетную воду, и ту сменил! И да, с простыми помощницами за руку у всех на виду не ходят, Сав. Какая бы золотая она не была, а ты – джентльменом. Так что, все признаки измены на лицо. Их слишком много, Савва. И они слишком очевидны. Только я столько времени не хотела их признавать.

- А знаешь! – взрывается муж. От ярости глаза наливаются кровью, а лицо и шея идут пятнами. – Думай, что хочешь! Я не собираюсь оправдываться! Я сказал – не было измены, значит – не было. Верить или нет – дело твое. Сама скандал на пустом месте раздуваешь!

Несколько долгих минут мы схлестываемся в зрительном поединке. Тяжело дышим, как будто пробежали марафон.

Я сдаюсь первая. Молча разворачиваюсь и пулей покидаю кабинет, в приемной натыкаясь на горящий победой взгляд Луизы. Она поглаживает свой плоский живот и вскидывает подбородок, изгибая губы в кривой ухмылке.

Что еще раз доказывает – помощница беременна от моего мужа.