Бывшие. Ты сказал, мы тебе не нужны

Глава 5

— Арина Васильевна, о чём вы говорите? — мне даже кажется, что я ослышалась.

Она просит меня не лезть в жизнь человека, который всё еще является моим мужем? А Кате, значит, не нужно лезть в жизнь своего отца?

— О том, что не нужно мешать Алёше быть счастливым, — невозмутимо добавляет она.

— Быть счастливым? А с нами, значит, он был несчастлив?

Вспоминаю нашу свадьбу. Как мы с ним танцевали, глядя друг другу в глаза. Как наслаждались каждым моментом первой брачной ночи.

Как всю беременность он сдувал с меня пылинки. Как дежурил под окнами роддома в ту ночь, когда Катюша появилась на свет.

Разве это не было счастьем?

— Если бы он был счастлив, Маша, он бы от тебя не ушел, правда? — весомо возражает она.

К сожалению, с этим не поспоришь. Закусываю губу. Обидно до слёз. Но плакать при свекрови я не хочу.

— Машенька, я ведь тебя ни в чём не виню. Просто так получилось, что вместе вам стало хуже, чем порознь. Но вы еще молоды. У вас есть возможность начать всё сначала. С другими людьми. Уверена, в твоей жизни еще появится хороший мужчина. А в жизни Алексея уже появилась другая женщина. Этого уже не изменишь. Понимаешь? Так стоит ли цепляться за прошлое?

Она наливает себе еще чашку чая и морщится, понимая, что он уже остыл. Мнет в руках печень, рассыпая по скатерти крошки. На нее это не похоже. Она аккуратистка.

— А как же Катя? — спрашиваю я. — Разве она не имеет право на внимание своего отца?

— Конечно, имеет, — после некоторой паузы признает она. — Но пока она еще слишком маленькая, чтобы что-либо понимать, можно сделать небольшую паузу в их общении. Сейчас отец для нее не так важен, как мать. Пусть Алёша немного отдохнет.

А вот сейчас я задыхаюсь уже не от обиды, а от возмущения. Отдохнет? От чего именно ему захотелось отдохнуть? От собственной дочери?

— А вы не забыли, что Катя больна? И что именно сейчас ей особенно нужна поддержка?

— Конечно, не забыла! — почти обижается Арина Васильевна. — Как ты могла такое подумать? Но именно поэтому я и прошу тебя о паузе. Вся эта ситуация очень сильно измотала Алексея. Он стал не похож на самого себя. Он не жалуется, но я же вижу, в каком состоянии он сейчас. У мужчин более тонкая душевная организация, и все эти переживания сильно сказываются на…

— Ах, душевная организация? — рявкаю я. — Да что вы говорите! А у женщин этой душевной организации нет? А обо мне вы не хотите подумать? О том, что одной мне не справиться?

Она вздыхает:

— Машенька, я понимаю, тебе тоже тяжело. Но ты мать, и это твоя ноша. Кто же виноват, что у тебя родился такой ребенок? Разумеется, по мере возможности я буду вам помогать, но ты же знаешь, у меня есть и другие внуки.

Она не уточняет, но я понимаю намек — у нее есть другие, здоровые внуки. Которым не нужно ставить уколы, возить по больницам. И которыми можно гордиться, вывешивая фотографии в социальных сетях с их румяными смеющимися лицами.

— Нам нужны деньги, — без обиняков говорю я. А чего стесняться, раз уж мы сегодня столь откровенны. — На поиск донора и на операцию. И Алексей как отец должен их дать. И если он сделает хотя бы это, я обещаю, что не стану его больше беспокоить.

— Машенька, ну ты же должна понять, что изъять деньги из бизнеса не так-то просто. Он строил эту фирму с нуля. Так неужели теперь ты хочешь всё разрушить? Ты же знаешь, что все эти годы он пахал как вол. И всё то, что ты имеешь, заработал именно он.

— А что я имею, Арина Васильевна? У нас нет даже квартиры, которую мы могли бы поделить? Через две недели заканчивается срок аренды. И куда мы с Катюшей поедем? К вам? Вы готовы нас приютить?

Ее передергивает от такого предложения. Отличная бабушка, что тут скажешь.

— Прости, но ты же знаешь, что у меня не такая большая квартира. И ко мне часто приезжает дочь и другие внуки. И если ты вдруг не знаешь законов, то хочу сказать тебе, что ты не имеешь права на бизнес Алёши — его компания была создана еще до того, как вы поженились.

— Ладно, — признаю я, — пусть я такого права не имею. А Катя?

— И Катя тоже не имеет. У вас есть право только на алименты, я консультировалась с юристом.

Ах, консультировалась! Мне становится мерзко от одного только разговора с ней.

— Я не желаю больше с вами разговаривать! — я поднимаюсь из-за стола.

А она продолжает сидеть.

— Подожди, Машенька. Я пришла, чтобы сделать тебе предложение, от которого, я думаю, ты отказываться не станешь. Вам с Катей нужны деньги. Нужны сейчас. А суды с Алексеем могут затянуться надолго, и не факт, что ты выиграешь их. Так вот — я готова продать свою дачу и отдать эти деньги тебе. А ты в обмен на это откажешься от всех претензий к моему сыну.