Бывшие. Ты сказал, мы тебе не нужны

Глава 16

Спустя два года после нашего с Ларионовым развода мне звонит адвокат.

— Мария Андреевна, что вы решили насчет раздела имущества? Еще можно подать заявление в суд. Вы помните, что я вам говорил насчет трехлетнего срока?

Да, я помню. И сама я уже много думала об этом. И решила, что не буду этого делать.

— Спасибо большое за беспокойство, Павел Юрьевич! Но я не хочу ввязываться в эту судебную тяжбу.

Я жду, что он станет меня уговаривать подумать еще, но он неожиданно мое решение одобряет.

— Может быть, это и правильно, Мария Андреевна! Потраченные нервы ни за какие деньги не купишь. А шансов отсудить часть бизнеса было не много.

Этот бизнес — детище Алексея. На него он променял свою дочь. Вот пусть с ним и остается. Возможно, однажды он поймет, что сделал неправильный выбор.

Наверно, другая на моем месте стала бы судиться хотя бы для того, чтобы помотать нервы ему. Но, во-первых, это очень дорогое удовольствие. А, во-вторых, это потребует не только денег, но и какого-то взаимодействия с бывшим мужем, чего я всячески хочу избежать.

Да и при разделе бизнеса, даже если нам удастся на нём настоять, наверняка будут учитывать и те деньги, которые дала нам Арина Васильевна. Так что дополнительно мы получим немного. Стоит ли это того, чтобы ходить по судам?

Тем более, что сейчас у нас с Катей есть квартира. И не где-нибудь, а в Питере. У меня есть работа, и заработок с каждым годом растет. И каждый месяц мы получаем от Ларионова сумму, которой хватает, чтобы кормить и одевать моего ребенка. Так на что же нам жаловаться? Я слишком хорошо помню сказку о золотой рыбке. Нужно ценить то, что имеешь.

А чтобы добиться большего, я много работаю. И книги, которые я перевожу и редактирую, уже не раз становились бестселлерами. Конечно, прежде всего, это заслуга самих авторов, но мне приятно думать, что в этом есть и частичка моего труда.

И в редакции мне доверяют всё более сложные и интересные проекты. Сначала я работала преимущественно с художественной литературой. А сейчас редактирую и нон-фикшн, и документалистику. И это тоже неожиданно оказывается весьма увлекательным. А как расширяет и русский, и английский словарный запас!

За месяц до пятилетия Кати я отваживаюсь отдать ее в садик. Четыре года она просидела дома. После трансплантации костного мозга слишком был слишком высок риск подхватить какую-нибудь инфекцию.

Даже в квартире нам пришлось убрать все обои и покрасить стены, чтобы можно было часто делать влажную уборку. Когда мы бывали в людных местах, я всегда надевала Катюше маску — ребенок уже воспринимал ее как некий стандартный атрибут наших прогулок вроде варежек и носков. Мы не ездили на море, не купались в бассейне.

Но вот, наконец, сами врачи посоветовали нам потихоньку вливаться в общество. Да я и сама понимала, что моей дочери нужна социализация. Она должна научиться общаться со сверстниками и взрослыми. И должна научиться оставаться без меня.

Мы выбрали платный садик недалеко от дома. Там маленькие группы, и каждому ребенку воспитатели уделяют больше внимания.

Сначала я приводила ее в садик всего на пару часов. Оставляла в группе и ходила вокруг садика всё это время. Ждала, что воспитатель позвонит и сообщит, что Катя испугалась и закатила истерику.

Но моя дочь перемену обстановки восприняла на удивление спокойно. Она и прежде рвалась играть с другими ребятишками, но я запрещала ей это. А тут она быстро влилась в коллектив, и воспитатели хвалили ее за спокойный нрав и улыбчивость.

У нее появились друзья, и она ходит в садик с удовольствием.

Я продолжаю работать преимущественно дистанционно, то теперь уже могу позволить себе иногда появляться и в редакции — присутствовать на планерках и встречаться с авторами.

Я познакомилась с коллегами, и среди них оказались очень интересные люди, которые многому меня научили.

А еще мы с дочкой наконец-то смогли пойти в музей и в кукольный театр. Для нее это стало открытием нового огромного мира.

И когда мне звонит главный редактор и предлагает взяться за редактуру новой рукописи, я соглашаюсь, не задавая лишних вопросов. Я хочу устроить Кате на пятилетие роскошный праздник, и мне нужны деньги.

Приезжаю в редакцию, чтобы узнать подробности.

— Мы надеемся, что эта книга станет бестселлером, — говорит мне главный редактор. — Сам я ее уже прочитал и с большим удовольствием. Автор — бизнесмен, и книга как раз о бизнесе. О том, как он создал этот бизнес с нуля четыре года назад и сделал его процветающим. Такая литература сейчас популярна. Но если раньше мы в этой серии издавали преимущественно переводные труды, то сейчас настало время заявить о себе и отечественным предпринимателям.

Я согласно киваю. Звучит интересно.

— Я распечатал рукопись для себя, — продолжает главред, — а теперь готов передать ее вам, Мария Андреевна. Знаю, что вы предпочитаете работать с электронным вариантом, но сначала предлагаю прочитать всё в бумаге — для лучшего восприятия.

Я с любопытством смотрю на верхний лист, где написано имя автора, и вдруг замираю от страха. Алексей Ларионов! Нет, не может быть!