Бывшие. Ты сказал, мы тебе не нужны

Глава 21

Она тушуется, отворачивается. Но я и так уже многое поняла.

Она знает Ларионова! Она встречалась с ним по крайней мере однажды.

В принципе в этом не было бы ничего ужасного. Мало ли, может быть, он приезжал к нам, когда нас не было дома. Позвонил соседям. Обычное дело. Но почему тогда Амалия не сказала мне об этом? И почему она так смущена сейчас?

— Амалия Николаевна, лучше скажите правду! — требую я.

Ее щеки уже пунцовые, будто она нанесла на них толстый слой румян.

— Машенька, да я же фигурально говоря… Мне просто кажется, что ты не могла выйти замуж за дурного человека.

Она выкручивается как может, но при этом не смотрит мне в глаза.

Я вздыхаю:

— А ведь я думала, что вы мой друг. И что я могу вам доверять. У меня не так много близких людей, и…

— Машенька, не трави душу! — просит она, и я вижу, что ее глаза блестят от слёз. — Поверь мне, я не сделала ничего дурного! Просто Алексей Александрович просил меня ничего тебе не говорить!

— О чём не говорить? — резко спрашиваю я. — Когда вы вообще с ним познакомились? Недавно?

Она тоже вздыхает:

— Да нет, давно. Несколько лет назад.

— Еще до того, как познакомились со мной?

Она кивает с виноватым видом:

— Да, как раз незадолго до того, как я откликнулась на ваше объявление. Он пришел сюда по моему объявлению. Я решила, что он хочет снять квартиру для себя. А он сказал — нет, для бывшей жены. Меня это тронуло. Ну, согласитесь, Машенька, мало кто будет проявлять заботу о бывшей жене, правда?

Я потрясенно смотрю на нее и не знаю, что сказать. Но всё-таки бормочу:

— Он проявлял заботу не о бывшей жене, а о дочери. Хотя я удивлена, что он вообще решил это сделать.

Вспоминаю свой разговор с Дариной. Получается, Ларионов и сам тогда прекрасно знал, где мы живем. И ему было незачем узнавать наш адрес у моей подруги.

— Ну, даже если он сделал это для Катюши, это же всё равно хорошо? — мягко улыбается Амалия Николаевна. — Подумай сама, ведь неизвестно, смогли бы вы найти в срочном порядке что-то приличное, если бы я тогда тебе не написала?

Да, найти квартиру по приемлемой цене было очень сложно. Я позвонила тогда по двум или трем десяткам объявлений, и везде либо меня не устраивала арендная плата, либо хозяев не устраивало наличие у меня маленького ребенка. Именно тогда я и подала объявление сама. И не особо ждала, что кто-то откликнется.

— А арендная плата? — вздрагиваю я от догадки. — Арендная плата была низкой не просто так, да?

Амалия Николаевна снова вздыхает и снова опускает голову:

— Алексей Александрович сразу внес большую сумму в обмен на то, что размер арендной платы именно для вас будет снижен. Мне показалось, что это очень романтично с его стороны — делать добро и не афишировать его.

— Ларионов не романтик! — обрываю я ее дифирамбы. — Это просто его желание всё контролировать!

От одной только мысли о том, что всё это время он следил за нами с помощью человека, которому я полностью доверяла, мне хочется взвыть.

— И вы все эти годы рассказывали ему о нас? Как часто он вам звонил? Что спрашивал?

— Машенька, да как вы могли такое подумать? — негодующе возражает она. — Даже если бы он предложил мне что-то подобное, то я бы отказалась. Но он и не предлагал.

— А покупка квартиры? Она тоже не обошлась без него?

Ну, конечно! А я-то, дурочка, еще удивлялась, как это Амалия Николаевна с супругом решили отдать мне квартиру по столь привлекательной цене! Мне даже как-то неловко было соглашаться на их предложение. Всё казалось, что я их обкрадываю.

— Машенька, прости, но ведь в этом тоже нет ничего дурного! Когда закончились те деньги, что он дал нам в самом начале нашего знакомства, он позвонил нам и спросил, не хотим ли мы продать тебе квартиру. А поскольку я как раз думала о продаже, то я назвала цену, которая бы меня устроила. Он попросил узнать, а сколько ты готова будешь заплатить, и пообещал сразу же перечислить разницу в цене.

У меня по щекам текут слёзы. Возможно, я должна быть благодарна Ларионову за этот щедрый жест, но я не чувствую ничего, кроме возмущения. Почему он не сделал этого в открытую? Ведь это нормально со стороны отца — купить квартиру для дочери.

Я не знаю, что сказать Амалии. Не знаю, как общаться с ней теперь, после того как она столько лет не говорила мне правды.

— Извините, Амалия Николаевна, но мне пора за Катюшей.

Я поднимаюсь, так и не допив чай. Она провожает меня до дверей, не пытаясь больше ничего сказать.

Но в садик я пока не иду. Вместо этого хожу по комнате туда-сюда. Меня трясет от бешенства! Но ругаться на Амалию я не могу. Она тут ни при чем.

Но вот высказать всё человеку, который всё это затеял, я должна! Жаль, что когда я была у него в офисе, я не знала правду.

Наверно, его распирает от собственного благородства! Как же, кинул подачку с барского плеча!