Бывшие. Ты выбрал не нас

13.3

Мы наконец–то доехали до аптеки. Кто бы мог подумать, что простая поездка в город выльется в такой ужас.

Зато Василевскому все нипочём – пока я ждала своей очереди, наблюдала за ним через окно. Он расслабленно курил, покачивая головой в так музыке. И даже подмигивать проходящим мимо девушкам не забывал. Они, правда, смотрели на него, как на пришельца. Оно и понятно, все лицо разукрашено, волосы в белой пленке от огнетушителя. Но по–моему Андрею было плевать, он даже в таком виде чувствовал себя королём всего и вся.

Я попросила лекарства от кашля, перекись водорода и ватные диски. Решила помочь. Все–таки по лицу Василевский получил сегодня знатно. Расплатившись, вышла из аптеки, вдохнула влажный воздух и села в машину.

– Что это? – Андрей сразу же заметил бутылёк перекиси у меня в руках. – Ты собралась мне ссадины обрабатывать?

– Вот ещё, – фыркнула я, – сам обработаешь, не маленький.

– Я в плачевном состоянии, если ты не видишь, – он снова поясничал.

– Поехали уже, – я вручила ему перекись и диски.

– Не могу, – заявил Василевский.

– Что? – не поняла я. – Почему?

– Я не могу в таком виде в отель идти, – он откинулся на спинку кресла и повернул голову ко мне, – надо умыться, с башки смыть порошок.

– И что ты предлагаешь? – недоумевала я.

– За водой поехали, – ответил он. – На голову польёшь мне. Потом умоюсь за одно.

Я вздохнула.

– Хорошо.

Машина Василевского плавно сдвинулась с места и мы выехали на дорогу. В центре города было оживленнее, чем возле отеля. Тут гуляло много людей, даже несмотря на пасмурную погоду. Мимо окна проносились скверы, парки и высотные дома. Мы ехали недолго – остановились возле первого попавшегося супермаркета.

– Сгоняешь? – вопросительно вскинув брови, поинтересовался Андрей. Не дождавшись моего ответа, он достал из кармана брюк карту и протянул мне.

– Хорошо, – согласилась я и, забрав у него карту, направилась за водой.

Взяв на всякий случай две бутылки, я снова отстояла в очереди и, оплатив воду, вернулась в машину.

– Ты сегодня такая добрая, – с довольной улыбочкой сообщил Андрей, когда я отдала ему карту.

– Это ненадолго, – мило улыбнулась ему я в ответ. – Уверена, ты мне ещё дашь повод разозлиться.

– Может быть, – Андрей с загадочным видом пожал плечами и завёл машину.

Мы, наконец–то, возвращались в отель. Ехали молча, думали о чём–то своем. Я с досадой осознавала, что снова привыкаю к присутствию Василевского в своей жизни, попадаюсь на его удочку. Он как вредная привычка. Стоит один раз попробовать и снова влипаешь. Мне с ним… комфортно. И, черт возьми, весело. Эти его шуточки порой раздражали, но иногда здорово поднимали настроение.

– Не обо мне ли думаешь? – донёсся его смеющийся голос.

– Да, весь мир же крутится только вокруг тебя, – покосившись на него, ответила я. За сарказмом очень легко скрыть правду.

– И ты вместе с ним, – добавил Андрей. Нахально и самоуверенно.

– Когда ты молчал, было лучше, – сообщила ему я. – Может, просто поедем молча?

– Так неинтересно, – на его лице появилась кривая полуулыбка, но он не смотрел на меня.

– Твои проблемы, – хмыкнула я.

– Давно тут работаешь? – пропустив мои слова мимо ушей, спросил Василевский.

– Достаточно давно, – туманно ответила я. – А что?

– Ничего, – он повернул руль вправо и мы свернули на ту самую дорогу, где ещё недавно лысый мужчина угрожал нам. – Просто интересно, как так вышло, что мы снова встретились. Именно здесь.

– Я узнала, что ты сюда приедешь, поэтому взяла Аню и сразу же устроилась в отель, – абсолютно серьезно поведала я.

Андрей всё–таки посмотрел на меня. Насмешливо, с лёгким одобрением. Затем усмехнулся и, покачав головой, снова переключился на дорогу. Я ещё некоторое время разглядывала его профиль с идеально четкими скулами и прямым носом, затем тоже отвернулась. Мы подъезжали к отелю.

Андрей остановил машину возле ворот, посмотрел на меня:

– Ну что, поможешь мне принять душ?

– Что? – именно в этот момент мозг коварно подсунул мне картинки, которые заставили меня покраснеть. Со мной творилось что–то непонятное рядом с Василевским. Ужас.

– Бери воду, девочка, – он кивнул на бутылки, – мне отмыться надо, помнишь?

Я кивнула, взяла воду и вышла из машины. Андрей вышел следом за мной.

– Наклоняйся, – скомандовала я, открывая крышку бутылки.

– Не холодная? – Василевский наклонился, оперся руками о колени.

– Потерпишь, – съязвила я. – Готов?

– Лей, – велел он.

Я послушано наклонила бутылку и тонкая, прозрачная струйка воды полилась на его голову. Андрей принялся смывать пленку с волос и умывать лицо.

Это странно, честно. Вот уж не ожидала, что когда–нибудь снова встречусь со своим бывшим и буду помогать ему мыть голову после драки с разъярённым мужиком. Кому сказать – не поверят. Я негромко хохотнула.

– Тебе смешно? – Андрей выпрямился. С его волос за шиворот рубашки скатывались ручейки воды.

Я смерила его задумчивым взглядом, пока он, хмуря брови, наблюдал за мной. Затем кивнула:

– Вообще–то да. Ты похож на мокрого котёнка, которого выставили за дверь.

– На котёнка? – он нехорошо прищурился, ухмыльнулся.

– Или на щенка, – пожала плечами я. И, не выдержав, расхохоталась.

Сейчас Василевский действительно выглядел смешно и одновременно жалобно. Побитый, мокрый, в драной одежде, но при этом с недовольным лицом. Пока я смеялась над ним, совсем не заметила, как он взял вторую бутылку и открыл ее. Очнулась только когда Андрей наглым образом окатил меня водой с ног до головы. Приоткрыв рот, я сдвинула брови на переносице. Ткань сарафана неприятно липла к телу.

– Обалдел, Василевский? – выдохнула я. – Что делаешь?

Он с нахальной улыбочкой откинул мокрые волосы со лба, развёл руками.

– Я – мокрый щенок, ты – мокрая ворона. Все честно.

Я окатила его водой в ответ, попала по рубашке и брюкам. Заметив, что Андрей собирается мне отомстить, я принялась убегать. И почему–то в этот момент хотелось смеяться. На секунду я почувствовала себя беззаботной, маленькой девчонкой, у которой нет проблем. Мне было весело.

– Не смей! – оббегая машину, выкрикнула я. – Слышишь, Василевский? Я тебе отомщу!

– Я буду ждать, – донёсся сзади его голос и я почувствовала, как моя спина в один миг стала мокрой.

Андрей рассмеялся. Я нахмурилась и, остановившись сзади машины, развернулась.

– Все, хватит, – выставив руку вперёд, велела я. Но судя по усмешке, которая играла на лице Василевского, останавливаться он и не думал – шагал ко мне с довольным лицом. – У меня сарафан весь мокрый, как я в отель зайду?

Он опустил взгляд вниз, на мои ноги, затем медленно поднял его, осмотрев, кажется, каждый сантиметр моего тела. Снова заглянув в мои глаза, Андрей подошёл совсем близко и я замерла. Голова закружилась от его пронзительных глаз, которые прямо сейчас гипнотизировали меня.

– Реально мокрый, – от его хриплого, вкрадчивого голоса пробежали мурашки по спине. Он сделал ещё один шаг и я оказалась прижата к капоту машины. Дыхание участилось, сердце от волнения выпрыгивало из груди. – Видок огонь.

Я молчала. Будто была в каком–то трансе. Не могла сдвинуться с места, тело не слушалось разум, ноги стали ватными, слабыми. И весь мир отошёл на задний план.

Андрей резким движением выбросил бутылку, подхватил меня на руки и, усадив на капот машины, оказался между моих ног. А потом, прижав к себе, накрыл мои губы своими. Сжимая мои бёдра пальцами, целовал жестко и яростно. А я отвечала, забыв обо всем. Позволяла ему терзать мои губы, зарывалась пальцами в его мокрые волосы. Отдавалась его напору, отвечала не менее яростно на каждый его поцелуй. Мы будто боролись, будто хотели показать, насколько обидели друг друга, выплеснуть всю боль и горечь, которая копилась все эти годы.

Я задыхалась, но снова и снова двигалась навстречу губам Андрея. Сходила с ума, потеряла голову. Даже не предала значения тому, что его рука оказалась под моим сарафаном. Там, где ей совсем не место. Сердце требовало продолжения, мозг затуманен. По животу разливалось что–то мягкое и согревающее. Оно жаждало тела Андрея.

А потом кто–то посигналил нам из проезжающей мимо машины и мы вернулись в реальность. В ту реальность, где мы – бывшие. Где есть предательство и годы боли. Тяжело дыша, мы ошарашено смотрели друг на друга. Я первой оттолкнула от себя Василевского и слезла с капота. Одернула юбку сарафана и серьезно посмотрела на него.

– Никогда так не делай, – хрипло сказала ему я. Он недоуменно смотрел на меня, слегка нахмурив брови. – Все в прошлом. Я никогда не прощу тебя за то, что ты сделал.

С этими словами я ушла. Не стала садиться в его машину – лишь забрала из неё лекарства и решила идти пешком. Меня все еще трясло, внутри бурлили эмоции. Меня ни к кому еще так сильно не тянуло, как к нему. К тому, кто когда–то так безжалостно обошёлся со мной.