Бывшие. Верну тебя

Глава 1. Ева

– Ты случайно не беременна? Что-то слишком часто тебе по утрам становится плохо, – издевательский голос Алины Шиховой, моей соседке по кабинету и по совместительству главной сопернице на работе, так и норовит уколоть как можно больнее. Она спит и видит, как бы подставить меня.

– Я сорвала желудок, – отвечаю, не поведя бровью, а сама тем временем сжимаю в руке коробочку с положительным тестом на беременность и молюсь, чтобы она ее не заметила. Если увидит, то быть беде.

От насыщенного аромата парфюма в кабинете нечем дышать и новый приступ тошноты подкатывает к горлу. Сглатываю ком, стараюсь дышать ртом, но что-то не особо помогает.

Проветрить бы… Жаль, Алина не даст открыть окно, будет орать, что ей холодно.

– При гастрите не только тошнота, но еще и куча других симптомов, – озвучиваю очевидный факт. – Тебе про каждый из них подробно рассказать или обойдемся без подробностей?

– Твои болячки - последнее, что меня интересует, – фыркает, уходя от темы. – Принимай новое дело, – заявляет с победоносной улыбкой и перекладывает со своего стола на мой папку с бумагами.

Я удивленно смотрю на внушительных размеров талмуд и обалдеваю от человеческой наглости. У меня и без того дел невпроворот, а Алина только и успевает бегать на маникюрчики-педикюрчики в рабочее время. Если она за неделю напишет статью, то, считай, уработалась.

Интересно, когда-нибудь наступит предел наглости или я зря жду? Совести у человека, видимо, нет совершенно.

– Александр сказал передать тебе материалы по лакокрасочному заводу, – озвучивает, кивая на документы. – Там дико воняет, а я астматик. Сама понимаешь, – наигранно печально поджимает губы и бросает на меня издевательски-прискорбный взгляд.

Мы обе прекрасно знаем, что никакой астмы у нее нет и отказывается от репортажа она по совершенно другой причине. Дело с заводом не так просто, как хотелось бы, и добыть информацию по нему будет сложно. Незаконную деятельность прикрывают на самых верхах.

Убираю коробку с использованным тестом на беременность в сумочку, оценивающе смотрю на лежащую на столе толстенную папку и, оставив ее нетронутой, вылетаю из кабинета.

Меня дико тошнит.

– Снова приступ гастрита? – летит в спину едкое замечание Шиховой. В голосе чистый яд.

Алина забеременела от одного из местных депутатов, но у него семья, взрослые дети и ребенок от “девки на одну ночь” ему не нужен. Жена не простит измену, а он не допустит развод.

Поэтому Шиховой была предложена приличная сумма денег, которую она без зазрения совести взяла. Сделала прерывание и на неделю слетала в отпуск на море. Вернулась оттуда с ровным загаром, без синяков под глазами и с непонятной уверенностью в себе.

– Евочка, тебе нужно к врачу, – сочувствующе отзывается уборщица тетя Валя, как только я выхожу из кабинки. Видок, видимо, у меня тот еще.

– Все в порядке, – заверяю обеспокоенную женщину и умываюсь. Руки потряхивает, но я достаточно быстро должна прийти в себя. По крайней мере, все прошлые разы было именно так.

Теперь понимаю, почему Марье было так плохо… Токсикоз оставляет после себя не самое приятное воспоминание о счастливом периоде в жизни женщины.

Привожу себя в порядок и иду прямиком к руководству. В отличие от Алины, у меня есть весомая причина для отказа от навязанного репортажа.

Связываться с лакокрасочным заводом не хочет никто.

– Александр Давидович, зачем вы сказали Алине передать мне материалы по заводу? У меня завал, вы же знаете. Я не могу взять на себя еще и его, – развожу руками и всем своим видом демонстрирую недоумение.

Про спор с Шиховой намеренно умалчиваю.

Я жду, что босс поменяет свое решение, ведь он прекрасно знает, какие материалы у меня сейчас в работе. Передать мне еще одно дело было ошибкой. Алекандр, как никто другой, должен понимать это.

Но он лишь откидывается на кресле, проходится по мне оценивающим липким взглядом и возвращает внимание к монитору.

– Ты всегда можешь передать пару интересных дел Алине, она их докрутит, – предлагает невозможное.

Я никогда ей ничего не отдам!

Мало того, что она вечно меня подставляет, так еще и начала скидывать “неудобные” объекты. А босс ей потакает и закрывает на все выходки глаза.

– Свои репортажи я закончу сама, – заявляю без тени сомнения. – Но и чужих мне не нужно!

– Лакокрасочный завод за тобой, – жестко парирует. – Принимай.

Босс суров, его взгляд тверд и решение не подлежит изменению. Алина очень хорошо его обработала…

– А если я скажу, что беременна? – аккуратно прощупываю почву.

Насколько мне известно, что для женщин в положении запрещено ухудшение или ужесточение условий работы, а еще там отдельно упомянуто про вредные производства. Отправка меня на завод как раз может расцениваться, как одна из причин для жалобы в трудовую инспекцию.

Но пока я об этом промолчу. Может удастся договориться без угроз, уж больно не хочется портить и без того ставшими натянутыми отношения с руководством.

– Если ты беременна, то иди на прерывание. Мне не нужны бабы в декрете и с маленькими детьми, – жестко отрезает. – Они вечно болеют и сидят дома. Никакого толку.

– Вы не имеете права отправлять меня на аборт, – ахаю. Я в полном шоке, не ожидала подобной реакции от него.

Босс поднимает на меня суровый взгляд, его лицо искривляется коварной улыбкой.

– Ева, ты живешь на съемной квартире, у тебя нет ни мужа, ни постоянного партнера. Даже родственников, на которых можешь положиться в случае необходимости, нет. Если уйдешь в декрет, то не сможешь работать. Жить-то на что собралась? – намеренно бьет в самые слабые места. – Неужели ты считаешь, что при таком раскладе у тебя или у твоего ребенка есть шанс на нормальное будущее? Не будь дурой, делай аборт.

– И принимай у Алины материал по заводу? Так? – глотая горькие слова и рвущиеся из груди нелицеприятные фразы, спрашиваю. Как бы мне не хотелось обратного, но Александр прав. Рассчитывать я могу исключительно на себя.