Бывшие. Верну твою любовь

10. Соня

Не заставляю себя уговаривать. Не глядя ни на Севу, ни на Фила, проскальзываю в дверной проём и выдыхаю, только оказавшись в гостиной.

Зажмуриваюсь и пытаюсь выровнять дыхание.

— София? Всё в порядке?

Лёгкое касание к моей руке и я распахиваю глаза и резко поворачиваюсь на голос.

Это гость Севы. Валерий, кажется? Я вообще о нём забыла.

— Что с вами? Вы такая бледная. Всё в порядке… там? — и кивает на дверь, видимо, подразумевая мужа с Филом.

— Да, всё в порядке. Сева сейчас вернётся. Как вам ужин? — пытаюсь отвлечься сама и отвлечь гостя.

— Ужин замечательный. Впрочем, как всё в вашем доме, — улыбается мужчина. — Я признаться, не знал, что у Всеволода такая красавица жена. Приятно удивлён.

И он, не сводя с меня взгляда, зачем-то берёт мою ладонь. Подносит к своему лицу. Но я успеваю отдёрнуть её. В глазах мужчины сначала удивление, а потом лёгкая усмешка.

В этот момент дверь открывается и в комнату заходит Сева. Хмурым взглядом он скользит по мне, потом — по своему гостю. А я смотрю на дверь. Фил?

— Твой приятель сказал, что у него там срочное дело. Ему позвонили. Просил передать тебе, чтобы ты не ждал его, — произносит Сева, но брови всё так же сведены на переносице.

Его словно что-то тяготит.

— Хм. Странно, — говорит Валерий. — Мы с ним, вроде, собирались после ужина… Ладно, — улыбается. — Дела так дела. Но нам ведь есть, что обсудить, Всеволод?

— Конечно, Валера. Может, в кабинет пройдём? — предлагает муж. — София… — поднимает на меня взгляд.

Хочет что-то сказать, но как будто не уверен. Или не знает точно, что. Короткий взмах рукой и он снова возвращает внимание к гостю.

— Прошу, — показывает ему жестом направление к кабинету.

— До свидания, София, — Валерий оборачивается и улыбается мне. — Очень рад знакомству. Надеюсь, увидеть вас скоро. Очень рад.

И он опять берёт мою ладонь и чуть сжимает её.

Мне крайне неуютно от этого его жеста. И вообще, он какой-то неприятный. От него исходит что-то, что заставляет меня закрыться. Или это после встречи с Филом я вижу опасность в каждом?

Наверное, я просто накручиваю. Беру себя в руки и с натяжкой, но улыбаюсь мужчине.

Провожаю их взглядом и бегу в свою комнату.

Меня трясёт. Я должна успокоиться. Но опускаю взгляд на свои руки и понимаю, что они дрожат.

Почему так?

Почему он вернулся?

Почему он оказался в нашем доме?

Почему он знает Севу?!

Зачем это всё?

Я ведь так спокойно жила. И да, меня всё устраивало. И сейчас всё устраивает. Я не хочу проблем и потрясений. А встреча с Филом влечёт именно их. Я знаю.

Вижу это по его взгляду.

Зачем он делает это? Что ему нужно?

Прижимаю пальцы к вискам и подушечками ощущаю, как бьётся пульс, отстукивая моё напряжение.

Надо успокоиться. Надо. Только со спокойной головой я смогу понять, что делать дальше. Я зря паникую. Столько лет прошло. Я уже не та девочка, которая верила. Я смогу отгородиться и защитить себя и свою дочку.

— Мама! Мама!

Звонкий голосок дочки вмиг приводит меня в чувство.

Я оборачиваюсь и улыбаюсь, видя, как Стася бежит ко мне. Присаживаюсь и подхватываю её на руки. Начинаю горячо целовать, крепко прижимая её к себе.

Моё солнышко. Моя девочка. Только моя.

— Мама! Задушишь! — смеётся Стася, но сама тоже обвивает мою шею тёплыми ручками и чмокает меня в щёку. — Мама! Алиса сказала, что мне нельзя из комнаты выходить! Почему?! Я тоже хочу посмотлеть гостей! Почему нельзя?! Папа так сказал?! Почему, мама?!

Стася смотрит мне в глаза, держась ручками за плечи. Хлопает пушистыми ресницами.

В комнату вбегает её няня Алиса. Запыхавшись, произносит:

— Простите меня, София Викторовна! Фух! Анастасия, ну, зачем же ты убежала?! — и укоризненно смотрит на дочку.

— Потому что я тоже хочу гостей посмотлеть! — хмурится Стася и упрямо сжимает губы.

— Всё в порядке, Алиса, — улыбаюсь я няне. — Идите. Я сама. Я уже освободилась.

Она ещё раз извиняется и оставляет нас с дочкой одних.

Я сажусь на диван и Стасю сажаю себе на колени. Поправляю бантики на волосах.

— Мам! А кто там плишёл? Я хочу посмотлеть! — не унимается она.

— Там по работе к папе пришли, Таюш, — отвечаю я. — Тебе будет скучно.

— Нет, мамочка! — она вдруг смеётся. — Там один смешной дядя! Я в окно его видела!

— Какой ещё дядя? — настороженно спрашиваю я и внимательно смотрю на дочку.

— Он выбежал из дома. Я в окно видела! Так выбежал! Быстло! А потом вдлуг остановился! И начала кулаком по делеву стучать!

Стася так заливисто смеётся, а у меня всё замирает внутри. Это же Фил? Фил, конечно. Кто же ещё.

— Мама! А потом этот дядя пинул делево и ушёл! — продолжает дочка. — Мама! — дёргает меня за рукав. — А делеву больно? Ему больно?

— Больно, — киваю, думая о своём.

— А зачем тогда дядя его бил? Он плохой, да? Зачем?

У Стаси столько вопросов… А у меня… у меня нет ответов. У самой одни вопросы в голове.

— Давай я лучше тебе почитаю? — улыбаюсь дочке. — Помнишь, на чём мы остановились вчера?

— Да! Давай, мам!

И дочка убегает в свою комнату за книжкой.

Я сижу и смотрю в окно. Смотрю, а не вижу ничего. Что происходит? Что с Филом? Его поступки пугают меня.

Стася возвращается быстро и суёт мне в руки книгу. Я немного отвлекаюсь, читая уже знакомую сказку. Вот, вроде, взгляд и скользит по строчкам, а я не слышу смысла. Голова занята совсем другим.

Но постепенно чтение успокаивает. И, когда мне кажется, что я немного отвлекаюсь от грустных мыслей, раздаётся стук в дверь. Она чуть приоткрывается и заглядывает горничная.

— София Викторовна, — говорит она. — Всеволод Георгиевич, просил зайти вас в кабинет.