Бывшие. Вспомнить все

6

- Лада! Лад, ты чего?! – донесся до меня знакомый и почему-то испуганный голос.

Следом меня крепко обняли. Чуть встряхнули и подули в лицо.

Приятное у Макса дыхание. Чистое, свежее, с легким привкусом его любимой мятной жвачки. Мне оно так нравилось, что иногда я специально прижималась губами к его губам и ловила его выдохи. Или просила подуть на меня.

Он смеялся надо мной и обзывал извращенкой, но послушно дул.

Как-то я прочитала в одной умной книге, что если женщине нравится дыхание партнера, то это точно ее мужчина, подходящий по всем показателям.

Тогда я просто посмеялась, потому что и без того знала, что Макс мой мужчина. Только мой.

Мне казалось, что он тоже так считает. Что я его, а он мой.

Но оказалось, что казалось…

- Ладушка, маленькая, я пошутил. Здесь хорошая приточная вентиляция – я отлично знаю эту модель лифтов, — голос Воронова стал еще тревожнее.

- Откуда ты знаешь? – промямлила я, жадно хватая пахнущий Максом воздух.

- Моя компания была поставщиком. Все лифты, установленные в этом здании, я лично притащил из Америки.

- Ты притащил?! – от удивления у меня даже дурнота начала проходить - он же раньше другим занимался. Когда мы были с ним...
В глазах начало проясняться, и воздуха вокруг как будто стало побольше. Я глубоко вздохнула, приходя в себя.

- Моя компания притащила – я поставляю лифты и эскалаторы строительным подрядчикам, — Макс еще раз тряхнул меня и внимательно всмотрелся в мое лицо.

Растянул губы в ядовитой улыбочке:

– Ну что, будешь приходить в себя Адеева?

- Я в полном порядке. Так что, убери лапы! - я выпрямилась и дернулась, чтобы вырваться из его объятий.

Чуть помедлив, Макс все-таки отпустил мою талию. Шагнул назад, прислонился к стенке и достал телефон. Словно забыв о моем присутствии, одной рукой принялся нажимать кнопки. Во второй так и держал свой букет.

Я тоже оперлась лопатками на стенку и, прикрыв глаза, украдкой его рассматривала.

За два года он почти не изменился. Все такой же широкоплечий, подтянутый и смазливый. Только в уголках глаз появились маленькие морщинки, да между бровей залегла складка.

Еще волосы стали длиннее. Раньше он стригся довольно коротко, а сейчас отрастил так, что они лежали мягкой волной от лба к затылку.

«Наверное, это тоже нравится его девушке, как и дурацкая щетина!» - подумала я с непонятным раздражением. Сама себя одернула - какая мне разница, что там в Воронове кому нравится. Он сам по себе, я сама по себе. Без вариантов!

Настроение опять стремительно поползло вниз. Я переступила с ноги на ногу и ядовито проскрипела:

- Может все-таки позвонишь насчет поломки, а, Воронов? Раз уж именно твоя компания поставила этот некачественный лифт, может твои подчиненные и вытащат нас отсюда?

- Не вытащат. Мне уже написали, что во всем районе отключили электричество. Авария.

- И ты молчал? Ничего мне не сказал! – ахнула я и даже руками всплеснула от возмущения.

- Во-первых, что бы это изменило? А во-вторых, я узнал об этом секунды четыре назад. Узнал и сказал, — Макс быстро глянул на меня и спрятал телефон в карман.

Встал, перекрестив ноги и откинув затылок на стенку. В руках все так же бережно держал конус из крафтовой бумаги.

- Кому цветочки? – поинтересовалась я после паузы как можно небрежнее. И лицо сделала скучающее, чтобы сразу стало понятно, что спрашиваю исключительно поддержать разговор. А так-то мне совершенно однофигственно, кому он веник тащит.

Темная вороновская бровь насмешливо приподнялась. Зеленые глаза сверкнули и с любопытством пробежались по моему лицу.

На красивых губах снова расцвела довольная улыбочка. Макс отлепился от стены, качнулся ко мне, и в тесном помещении лифта вдруг стало ужасно жарко.

Наклонил голову набок и насмешливо поинтересовался:

- Что за нескромный вопрос, Адеева?

Я поджала губы, а Воронов хохотнул и издевательски протянул:

- Ну ладно, чтобы ты не лопнула от любопытства, отвечу – эти цветы женщине. Красивой, умной и доброй. Идеальной. И она меня очень любит, а я её.

- О как! И что, когда свадьба? – еще небрежнее, чтобы скрыть, как меня уязвили его слова, поинтересовалась я.

Презрительно фыркнула:

- Только прости, поздравлять с будущим счастьем не стану. Скорее, посочувствую твоей избраннице.

- С чего бы тебе кому-то сочувствовать? – в зеленых глазах вспыхнул издевательский огонек. Уголок рта зло дернулся. – Это, скорее, тебя можно пожалеть, Адеева. Не удержала ты свое счастье.

- Что?! – взвизгнула я, отлепляясь от стены. В горле от его слов мгновенно пересохло, а в глазах, наоборот, стало влажно. – Меня пожалеть?! Я не удержала счастье?!

В висках больно застучали острые молоточки. От обиды меня затрясло и даже защемило сердце.

- Ты, Воронов… Ты подлый, бессовестный, лживый…, — я умолкла, не находя подходящих слов. Только в ярости смотрела в наглые зеленые глаза и беззвучно открывала и закрывала рот. - Ты не смеешь мне такое говорить!

- Не тебе предъявлять мне претензии, Адеева! Тем более, обвинять в подлости, – рявкнул Макс и опасно сузил глаза. – Два года назад ты вильнула хвостом и исчезла. Свинтила, даже не потрудившись что-то объяснить!

От возмущения я начала задыхаться. Зашипела:

- Я свинтила?! Я застукала тебя в постели с другой женщиной!

- Что?! – Макс посмотрел на меня с таким изумлением, что я даже растерялась. Вот актёр! Это же надо, так изобразить невинность!

- Ладка, я никогда не изменял тебе, — вдруг произнёс он тихо и растерянно.

Шагнул ещё ближе, так что в тесном пространстве лифта стало совсем жарко.

– Никогда. Ты совсем, что ли?! Я ведь тогда только о тебе думал… Одной тобой дышал…

«Ну да, обо мне ты думал!» — хотела я выплюнуть презрительно. Но заглянула в его потемневшие, с расширенными зрачками глаза, и передумала.

Вместо этого неуверенно повторила: