Бывшие. Второй шанс

Глава 1. Ангелина, 32 года

Лето в Москве — это когда хочется снять каблуки, надеть лёгкое платье и притвориться, что жизнь — сплошной инстаграмный фильтр. Ангелина, сидя в душном зрительном зале Московской международной академии, явно не чувствовала себя героиней глянцевого журнала. Пот с её лба грозил испортить идеальный макияж, а соседка справа, пахнущая сладкими духами, то и дело пихала её локтем, листая программку. Но Ангелина не замечала ни жары, ни толкотни. Её глаза были прикованы к сцене, где её шестилетняя София, в костюме ромашки, старательно махала картонными лепестками, изображая танец цветов.

«Моя девочка — звезда», — подумала Ангелина, и уголки её губ дрогнули в улыбке. София, с кудрявыми каштановыми волосами и голубыми глазами, была единственным, что держало её в тонусе после всего, что натворил Алекс. Два года назад она нашла в его телефоне переписку с какой-то Леночкой из офиса. «Ты моя звезда», — писал он ей. Иронично, учитывая, что настоящей звездой в их семье была только София.

Ангелина поправила серебряный браслет на запястье — подарок от мамы, её талисман. Она построила свой бутик «Ателье Ангелины» на Тверской с нуля, доказав, что может быть не только женой и матерью, но и бизнес-леди. Но в такие моменты, как этот, в школьном зале, она чувствовала себя просто мамой, которая боится, что её дочка заметит, как ей паршиво.

Спектакль закончился под бурные аплодисменты. София выбежала к ней, сияя, как маленький фонарик. «Мам, ты видела? Я не забыла слова!» — её голосок звенел от гордости. Ангелина обняла её, чувствуя, как тепло разливается по груди. «Ты была лучшей ромашкой на свете, солнышко», — сказала она, целуя её в макушку.

И тут она его увидела. Алекс. Стоял в углу зала, в своём дурацком костюме, который, наверное, стоил её месячной выручки. Рядом с ним — длинноногая блондинка в платье, которое кричало: «Я модель, и что?» Ангелина почувствовала, как желудок сжался. «Только не это», — мелькнуло в голове. Она отвернулась, надеясь, что он не заметит, но София уже тянула её за руку: «Папа пришёл! Пойдём, поздороваемся!»

«Чёрт, София, дай маме минутку собраться с мыслями», — подумала Ангелина, но натянула улыбку. Они подошли, и Алекс, как всегда, включил своё обаяние на максимум. «Геля, ты шикарно выглядишь», — сказал он, будто не он два года назад разбил ей сердце. Блондинка, которую он представил как Катю, улыбнулась так, будто только что выиграла конкурс «Мисс Фальшивость-2025».

— Спасибо, Алекс. Ты тоже... в форме, — выдавила Ангелина, мысленно добавив: «В форме придурка». — Софи, пойдём, тебе надо переодеться.

Но София уже болтала с отцом, рассказывая про свою роль. Ангелина стояла, чувствуя себя лишней. Катя что-то шепнула Алексу, и тот кивнул, бросив на Ангелину взгляд, от которого у неё мурашки побежали по спине. Не добрые мурашки. Те, что говорят: «Берегись, он опять что-то задумал».

Дома, в их уютной квартире на Тверской, Ангелина уложила Софию спать. Комната дочки была её гордостью: разноцветные обои с котиками, полки с книгами и плюшевый заяц, который спал с Софией каждую ночь. Ангелина сидела на краю кровати, глядя на спящую дочь, и пыталась выкинуть из головы Алекса с его новой пассией. «Почему он всё ещё лезет мне под кожу? — думала она. — Я же справилась. Бутик, София, я сама — всё на мне. Но почему тогда так пусто?»

Она налила себе бокал белого вина и устроилась на балконе. Москва сверкала огнями, как будто подмигивала: «Эй, держись, ты ещё ого-го!» Ангелина открыла ноутбук, собираясь проверить заказы для бутика, но вместо этого её пальцы сами полезли в соцсети. Она набрала в поиске «Даниэль Ковалёв». Имя всплыло само, как будто ждало своего часа.

Его страница была такой же, как он сам в универе: минимум пафоса, максимум искренности. Фото с архитектурных выставок, несколько снимков с друзьями на фоне московских крыш. И ни одной девушки рядом. «Ну, хоть кто-то не выставляет свою личную жизнь напоказ», — усмехнулась Ангелина. Она вспомнила, как они с Даниэлем пили дешёвое вино на крыше общежития, мечтая о будущем. Он хотел строить дома, которые «дышат», она — шить платья, которые делают женщин счастливыми. Тогда всё казалось возможным.

«А что, если?» — подумала она, и её палец замер над кнопкой «Написать сообщение». Сердце стучало, как перед экзаменом. «Ты взрослая тётка, Ангелина, не веди себя как школьница», — одёрнула она себя, но всё же набрала: «Привет, Даниэль. Это Ангелина. Помнишь меня?» Нажала «Отправить» и тут же захлопнула ноутбук, будто он мог взорваться.

— Боже, я идиотка, — пробормотала она, отпивая вино. — Он, наверное, женат, с тремя детьми и собакой. Или ещё хуже — лысый и скучный.

Но в глубине души она надеялась, что он всё тот же Даниэль, который смотрел на неё, как будто она — единственная в мире. И пока Москва шумела за окном, Ангелина чувствовала, как в её груди загорается крохотная искорка. Не то чтобы она верила в сказки, но, чёрт возьми, иногда так хочется, чтобы жизнь подкинула хоть один нормальный сюжетный поворот.