Бывшие. Второй шанс для папы

Глава 11

Майя

Наутро понимаю, что нарисованная мною проблема вовсе не муха, и даже не слон, а гиппопотам какой-то!

Мне же не удалось решить вопрос с жевательной резинкой полюбовно, потому что Ася размазала ее капитально, пока пыталась вырвать.

Пришлось отрезать ей клок волос.

Едва забрезжил рассвет, я отправилась будить дочек.

Ася нежно улыбнулась мне.

- Тебя ждет апельсиновая зубная паста, - ответила я и потрепала малышку за волосы.

Зря я это сделала.

Дочь тут же ощупала свою голову, вспомнила о потере, и ответила мне так, как никогда ранее.

- Я не буду есть твою зубную пасту.

- Ну. Кто же тебя заставляет ее есть? Просто выдави на щетку и почисти зубы.

- Я не буду чистить зубы.

- Испытываешь мое терпение, дружок? – спросила я, сцепив зубы.

- Я не буду…

- Хватит!

Боже как тяжело. Моя мила девочка превращается в Василису? Вторую я не выдержу. Медленно сойду с ума.

Путаясь в одеяле, дочь выбирается из постели. Глядит на сонную сестру, всё еще не открывшую глаза.

- Не буду! Пока мы не отрежем ей клок волос!

- Господи. Кровожадная ты моя. С какой радости я должна отрезать Васе клок волос?

- Она прилепила жевачку на мои волосы, - дочь снова гладит меня.

- Знаешь, что резинка принадлежала нашему гостю – дяде Добрыне. А значит, ему и отвечать. Его клок волос подходит?

Дочь недоуменно хлопает.

- Это твоя сестра-близнец. Помнишь, что я говорила – тебе больно – ей больно, ты счастлива- она также. Ты бы видела, как сильно она вчера страдала из-за того, что натворила.

Васька действительно раскаялась, когда увидела горькие слезы Аси. Но было уже поздно.

Как же хочется схватить дочь, прижать к себе. Но она требует сатисфакции, а это что-то новенькое в ее характере.

Поэтому я тоже веду себя строго.

Протягиваю руку дочери, чтобы он ее пожала. У нас же сделка, надо скрепить соглашение.

- Я принесу тебе клок волос твоего обидчика.

Малышка кивает, тут же забывает о беде, тормошит сестренку.

Обе мирятся, прыгают, перестают кукситься друг на друга, и я меня как маму это безмерно радует.

Конечно, мне пришлось пойти на хитрость, и сегодня я должна достать клок русых волос. Аська только с таким условием уступила.

После завтрака, одеваю своих в джинсы и джемпера.

- А «платюшко»?

- Холодно на улице. Девочкам нельзя застужаться. Понимаешь?

- Тебе тоже? – Вася хлопает огромными серыми.

- Мне тоже.

- Но если ты Снежная королева, почему тебе «незя»? - интересуется Вася.

Хочется ответить любимым словом «патамушта». Но вместо этого как можно спокойнее спрашиваю:

- Позволь полюбопытствовать. Когда ты записала собственную маму в Снежные королевы?

- Это не я. Добрый так сказал вчера.

Он назвал меня Снежной королевой.

Слов нет, одни эмоции.

Одев дочерей, быстро одеваюсь сама, придирчиво гляжу на себя в зеркало – светло-сиреневая блузка, светло-серый юбочный костюм, высокие сапоги на шпильке.

- Как я вам?

Дочери пробегаются по мне дотошными взглядами.

- Сама красивая, а нас в джинсы одела! – укоряет меня Ася.

Ой, доченька, знала бы ты, что одежда – это оружие женщины.

Сегодня мне нужно у вашего бати оттяпать клок волос. Поэтому я должна быть сногсшибательная.

В дополнение к облику обливаюсь духами, крашу губы ярко.

- Вульгарно, - неразборчиво бормочет Вася.

- Что не так? – спрашиваю раздраженно.

Та супится, губы собирает в трубочку, ничего больше не говорит.

- Куртки застегиваем. Ботинки проверяем – чтобы липучки были закрыты.

- А ты на что? – интересуется Ася.

- А я мама, я тут главная. Даю распоряжения.

Не знаю, как разговаривать правильно с шестилетками, которые впервые смеют мне дерзить.

Такого реально никогда раньше не было.

Мои подснежники любят меня так сильно – до небес, как они обычно показывают руками, измеряя эмоции, которые живут в их маленьких сердечках.

Моя бы воля, я бы этому боссу все волосенки повыдергала и сделала бы что-то такое, чтобы у него волоски дыбом встали на руках.

Но все мои поползновения отомстить за свой крах в любви в прошлом пока что заканчивается ничем.