Бывшие. Я (не) вернусь

Глава 2

Артемьев закрывает окна и включает кондиционер в машине, а сам выходит на улицу. Мужчины отходят метров на десять от автомобиля, и мне остается лишь гадать, о чем они говорят. Очевидно, их беседа носит отнюдь не дружеский характер — напряженные позы и выражение лиц выдают Тимура и Сашу с головой.

Не проходит и пяти минут, как Артемьев возвращается в машину, а Казанцев в здание ресторана.

— Ты не знал, что он вернулся? — спрашиваю прямо, когда машина трогается с места.

— Нет, — отрезает Саша.

— О чем вы говорили? — задаю очередной вопрос.

— Элин, зачем тебе это? — он поворачивает голову, смотря на меня в упор.

— Странный вопрос, не находишь? — произношу недоуменно. — Я не видела его больше двух лет. Он бросил меня, толком ничего не объяснив. Как мне по-твоему еще вести себя? Ни о чем не спрашивать?

— Ладно, остынь. Ты права. Конечно, ты имеешь право всё знать, — голос Артемьева смягчается.

— Другое дело, Саш.

— Он хотел встретиться со мной сегодня вечером. Я решил, что мне это не нужно, — он возвращает взгляд на дорогу.

— Неужели тебе неинтересно, что он скажет?

— Нет. Однажды он вычеркнул меня из своей жизни, второго раза не будет. Я такое не прощаю.

— Он говорил что-то насчет меня? — не унимаюсь я.

— Нет. Ничего, — отрицательно качнув головой, Саша продолжает следить за дорогой.

Что-то в его ответе меня настораживает, но я не могу понять, что конкретно, поэтому дополнительных вопросов именно об этом решаю не задавать. Если Артемьев захочет, то расскажет сам. Я нервно поправляю подол своего платья, размышляя обо всем случившемся. Что-то не сходится. Больше всего вопросов вызывает поведение Тимура. Зачем ему притворяться, будто он меня не помнит? Или же у него действительно случаются провалы в памяти? Это действительно очень странно.

— А тебе не показалось поведение Тимура странным? — спрашиваю я, когда Саша завораживает во двор моего дома.

— Что ты имеешь в виду? — хмурится мужчина.

— Он меня не сразу узнал. Вернее, не так, — поправляю саму себя, — он меня не сразу вспомнил.

— Эль, я не понимаю тебя.

— Когда он увидел меня в ресторане, спросил, знакомы ли мы? Я ответила, что нет, но Тимур продолжал долго всматриваться, а потом назвал мое имя, — рассказываю я, чем вызываю удивление на лице Александра.

— Он просто решил подшутить над тобой. Я в этом уверен, — нервно усмехается он. — Иначе с какой стати ему себя так вести?

— Да, скорее всего, ты прав, — внешне я соглашаюсь, но по-прежнему считаю, будто здесь что-то не так. — Спасибо, что подвез. Я пойду.

— Встретимся через пару часов? — спрашивает Саша.

— Не могу. У родителей сегодня важная встреча. Я с Анюткой.

— Понял, тогда до завтра.

— До завтра, Саш.

Я дергаю за ручку двери, но не успеваю выйти. Артемьев перехватывает мое запястье и мягко притягивает к себе. Он убирает мои волосы за ухо и переводит многозначительный взгляд на губы. Решаю не сопротивляться его намерениям, хоть и все это время старалась держать дистанцию.

Наш поцелуй получается пресным, безвкусным, неинтересным, словно мы не люди, а две машины, которых завели при помощи кнопки. Раньше такого не случалось, а сегодня… Я отлично знаю, почему это произошло именно сегодня.

Поцелуи между нами случались крайне редко, а близости не было до сих пор. Для того, чтобы иметь возможность прочувствовать физическую близость с мужчиной, нужно чтобы и духовная была на уровне. В случае с Артемьевым это не так. Я по-прежнему не могу открыться Саше. Не могу и не хочу. Опасаюсь ли я еще одного предательства? Не думаю. Дело в другом. Если сердце разбито, а от веры в любовь ничего не осталось, то и зачем давать ложную надежду другому человеку. Лучше быть максимально честным и открытым.

— Я рад, что ты у меня есть, Эля, — улыбается Саша, прижимаясь лбом к моему лбу.

И я, конечно, рада, но не могу сказать то же самое в ответ, ведь мои слова будут иметь иной смысл, нежели в них вкладывает Артемьев. Я испытываю к нему теплые чувства, но, к сожалению, они не имеют ничего общего с любовью.

— До завтра, Саша. Спасибо тебе, — говорю с благодарностью.

— До завтра, Элина.

Я поднимаюсь домой и первым делом иду к дочери. Увидев меня, Анютка расплывается в улыбке и тянет ко мне ручки. Я заключаю дочку в объятия и целую в сладкую макушку.

— Мое солнышко, привет, — произношу радостно. — Мама уже пришла. Погуляем?

— А мы только с улицы, — мама показывается из кухни. — Привет, Элечка.

— Привет, мам. Спасибо, что забрала Анютку, — улыбаюсь маме. — Когда папа за тобой заедет? Вы же сегодня собирались куда-то.

Мама резко меняется в лице и отворачивается. Она молчит, не хочет говорить на эту тему, но по ее реакции становится понятно, что ситуация усугубилась.

— Что случилось? — в груди зарождается волнение.

— Элин, поговорим об этом позже, хорошо? — с надеждой в голосе произносит она.

— Нет, — опускаю на плечо мамы руку, и она поворачивается. В ее глазах стоят слезы. — Поговорим сейчас.

— У отца большие проблемы, — вздыхает мама. — Я не хотела, чтоб ты знала. Надеялась, что он сможет все решить.

— Насколько большие? — в ужасе спрашиваю я, но ответ мамы обескураживает:

— Ему пришлось заложить дом.

— Что значит пришлось? — отрывисто спрашиваю я, постепенно отходя от шока.

— После того, как папа продал долю в компании, он смог закрыть большую часть долгов, — со вздохом произносит мама. — Но этого не хватило. Люди отказывались ждать, поэтому ему пришлось оформить кредит на крупную сумму. Большие деньги никто не даст просто так, дочка. Дом — это единственное, что удалось заложить.

Анютка просится на пол к своим игрушка, и я на автомате опускаю ее. Дочка протягивает мне маленького пупсика, требуя, чтобы я с ней поиграла. Но через минуту Аня переключается на большую куклу, а у меня появляется возможность продолжить разговор с мамой.