Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех! -2-

Глава 1

Гул нарастал, приближался, становился совершенно невыносимым. И единственное, что я успела сделать, заметив метнувшуюся к нам тень – встать у неё на пути и крикнуть Алексу:

– Беги за Саймоном, – сама же посмотрела на Вистеру и строго приказала: – Спрячьтесь где-нибудь.

Я уже знала, что нападавшему была нужна лишь Аннэт, и тешила себя надеждой, что если убегу подальше, то несчастной старушке не будет ничего угрожать. Задрав юбку длинного платья, совершенно не заботясь о том, как это будет выглядеть со стороны, сорвалась с места.

Благодушное, расслабленное настроение испарилось, будто его и не было. Я ощущала, как все чувства обострились, а происходящее… Его отмечала обрывочными картинками.

Вот я бегу и вижу, как Алекс скрывается за стеной какого-то сарая…

Боковым зрением наблюдаю за тем, как бесформенная клякса, скользит следом…

Тень почти догоняет меня, но я ухожу в сторону, направляясь к яблоневому саду…

Вскользь отмечаю, что яблоки на деревьях огромные, сочные, с наливными красными боками, которые так и блестят на солнце, а ещё источают невероятный притягательный запах.

Но любоваться ими некогда. Я вновь меняю направление, впрочем тень оказывается проворнее. Угадывает, куда я хочу свернуть и вылетает наперерез…

Меня сбивает с ног невидимой волной и я падаю навзничь, отчего из меня буквально вышибло дух. Перед глазами заплясали черные точки, и что куда ужаснее, я не могла сделать и вздох…

Гул сменился звоном, который возник уже от того, как я приложилась к земле головой. И сквозь этот звон я не сразу разобрала всё тот же шепелявый голос:

– Догоф-ф-фор долф-фен быть иф-ф-фповнен!

Да что ты будешь делать! Вот пристали!

С трудом сфокусировав взгляд на тени, что склонилась надо мной, я рассерженно прошипела:

– Не знаю я ни о каком договоре! Чего тебе от меня надо?

В бесформенной тени блеснули красные глаза, а потом показались желтоватые зубы:

– Бес-с-с-смертная?

Я нахмурилась и попыталась отползти назад, но куда там, эта гадость умудрилась схватить меня за ноги.

– Не бессмертная, – отозвалась ворчливо. Наверное, я сошла с ума, но страха не было, лишь злость. Аннэт наворотила каких-то дел, а я теперь разгребай? Это нечестно!

Впрочем, храбриться было рано – неведомая сила вздёрнула меня вверх и на моей шее сжались призрачные лапы тени. Воздух и без того с трудом проникавший в мои лёгкие, вовсе закончился и я стала задыхаться. К чёрным мушкам присоединились цветные круги и я уже приготовилась умереть вот так бесславно, как что-то громыхнуло, полыхнуло и я полетела вниз.

Видимо, Алекс всё же успел найти Саймона или кого-то ещё из охранников. Это была последняя связная мысль.

Первое, что я осознала, когда расступилась вязкая темнота, так это то, что кто-то старательно пытается достучаться до моего сознания. Весьма знакомый голос говорил то строго, то ласково, то с некоторым раздражением и щепоткой злости, то с нескрываемой тревогой, такой искренней и неподдельной, что я и рада была бы открыть глаза, но… Не могла. Из меня будто бы вынули стержень, а ещё забрали все силы.

– Госпожа, госпожа, ну же, приходите в себя, – слова сопровождались лёгкими похлопываниями по щекам. И я вновь попыталась посмотреть на этот мир и понять уже, кто так возится со мной и не желает оставить в покое. Попытка не увенчалась успехом.

Голос замолчал, а потом с новой силой прозвучал над самым ухом:

– Да очнись же, Аннэт! – вот тут-то я и поняла, что привести меня в чувство пытается Саймон. Вскользь отметила, что для простого охранника он уж больно сильно переживает о моём здоровье. Или боится, что останется без работы? Пф! Да я, на его месте, была бы рада сбыть с рук такую обузу, как глупая девчонка с ворохом проблем. Наверное, была бы рада, если бы смогла заглушить альтруистические наклонности, что каждый раз прорывались наружу, стоило мне решить пожить для себя и не беспокоиться больше ни о ком.

Что-то в его голосе было такое… Такое… Словом, мне стало совестно заставлять его беспокоиться обо мне, и я вновь попыталась открыть глаза. Надо же, в этот раз получилось. Лицо мужчины расплывалось, голубая синь неба неестественно вращалась, но я не зажмурилась. Напротив, постаралась сфокусировать взгляд.

– Слава Богине, – пробормотал охранник и осторожно кончиками пальцев убрал растрепавшиеся волосы мне за ухо. Его прикосновения были осторожными и… нежными? Да, именно так, но наряду с тем, что мне должно было польстить внимание красивого, пышущего здоровьем мужчины, я испытала неясную тревогу, и, как ни странно, стыд.

Дела сердечные давно уже не волновали меня, да и казались чем-то глупым, надуманным и ненужным. Нет, я вовсе не была бесчувственным бревном, и также, как любая женщина, мечтала о тихом, семейном гнёздышке, но жизнь много раз преподносила мне довольно жестокие уроки, которые я усвоила слишком хорошо.

В мире, где женщины должны были бороться то за собственную свободу, то за возможность выжить на этой свободе, романтические чувства лишь мешали. Мне так точно. Хотя у меня всё же были среди приятельниц прекрасные примеры супружеского счастья. Вспомнить хоть тёзку – Аннушку. Никто и никогда не звал её ни Анной, ни Аней, ни, тем более, Анной Афанасьевной. Для всех она была Аннушкой – милой, хрупкой и бесконечно любящей женщиной, родившей Толе троих прекрасных сыновей и чудесную дочурку. Для меня она всегда была образцом женственности и любви, но я такими качествами не обладала. Я никогда даже представить себе не могла, что сяду дома и погрязну в бесконечных рутинных делах, что откажусь от горячо любимой работы, в угоду мужчине, что буду притворяться глупой и недалёкой, лишь бы мой избранник гордился собственным всемогуществом. Не могла и не представляла, поэтому частенько по-доброму завидовала Аннушке. Ведь Толя не был ни глупцом, ни тираном, ни гордецом, он был единичным товаром, и таких, как он было сыскать так трудно, что я даже не начинала эти поиски.