Бывших учителей не бывает, или Перевоспитаю всех! -2-

Глава 2

Я помедлила, а потом молча направилась к шкафу, распахнула створки и посмотрела на себя в зеркало с человеческий рост. В нём отражалась всё та же миловидная внешность, вот только растрёпанные локоны и слегка помятая одежда намекали на смятение, что поселилось в этой хорошенькой головке.

Схватившись за широкую дверцу, прильнула ближе и принялась рассматривать собственную шею. На первый взгляд кожа казалась девственно-чистой. Нежно-молочного оттенка, без следов удушения. Да и на второй взгляд тоже. Словом, ничего на моей шее не было.

Саймон молча наблюдал за мной, а когда я обернулась и хмуро посмотрела на него, то даже не шелохнулся.

Итак, рассказать всё же придётся, потому что если это повториться вновь, то где гарантия, что мне опять поможет кто-то неведомый? Если тень, кроме меня никто не видит, то и предотвратить нападение не сможет. Нужно приоткрыть занавес тайны, исключительно ради собственной безопасности.

– На меня напали, – решила обозначить проблему сразу, без лишней шелухи.

Охранник, выглядевший до этого невозмутимым, сдвинул брови и с силой сжал кулаки. Желваки заходили на его лице и он с трудом процедил, явно едва сдерживая злость:

– Кто?

Стоять у зеркала не было никакого смысла, поэтому я прошла и устало опустилась на край кровати. Сама не осознавая своих действий, принялась поглаживать шею кончиками пальцев, задумчиво глядя на собственное отражение:

– Понятия не имею, всё та же тень, которая напала на меня на постоялом дворе, – я постаралась безразлично пожать плечами, но воспоминания затопили сознание так некстати.

Расплывающаяся клякса, жуткие красные глаза, и желтоватые зубы…Бр-р-р… К слову, зачем тени, вообще, рот? Нет, глаза-то, понятно, но вот рот. Зачем? Ни рук, ни ног, в привычном для людей понимании у него не было, он представлял из себя непонятную субстанцию, у которой, при необходимости, появлялись клешни, которыми он может душить незадачливых девиц, что-то и кому-то пообещавших. А вот рот… Не ест же он им эклеры с кремом в свободное от работы время?

Что я несу? Видимо, умом всё же немного повредилась от страха.

Перевела взгляд на Саймона и заметила, что он смотрит на меня слишком… откровенно что ли? Да, мне показалось, что именно так, хотя я могла и ошибаться. Но будь то ошибка, или правда, думать я об этом больше не буду. Ни к чему забивать этим голову, как бы он там ни смотрел.

– Что думаете по этому поводу? – постаралась отогнать от себя гнетущие мысли и предстать перед охранником эдакой хладнокровной дамой, которой всё ни по чём – ни нападение шепелявой кляксы, ни двусмысленные взгляды.

Судя по тому, что Саймон продолжил молчать, по этому поводу мыслей у него не было. Или он не собирался их мне озвучивать?

Ан нет, собирался:

– Расскажи всё в подробностях, – голос его был хриплым, да и взгляд источал отнюдь не равнодушие, а нескрываемую злость.

Я и рассказала. Не забыла упомянуть ни о том, что появление тени я не увидела, а скорее почувствовала, ни о том, что её кто-то отогнал от меня. Единственное, что я озвучивать не стала, так это всё то же – требование об исполнении договора. По этому поводу я не знала, что говорить. Самой бы для начала хотелось выяснить, что там и кому наобещала настоящая Аннэт.

После того, как я замолчала, Саймон резко сорвался с места и оказался рядом со мной. Его полыхающий взгляд был прикован к вороту моего платья, а потом он отрывисто произнёс:

– Покажите! – и это была вовсе не просьба, а самый настоящий приказ. Нехотя, но всё же подчинилась ему. Впрочем, моё подчинение не означало, что я готова смириться с его приказами. Ничего, я не премину ему напомнить об этом.

Отогнув ворот платья, отклонилась так, чтобы ему было видно.

– Там ничего нет, – произнесла так холодно, как только могла.

– Помолчите, – чуть мягче произнёс он, явно поняв, что этим своим «покажите» перегнул палку. Хотя, если он думал, будто заткнув женщине рот, даже в мягкой форме, сможет добиться её расположения, то ошибается.

Руки его были горячими, а прикосновения нежными. Это я отметила вскользь, потому что опять же не хотела заострять на этом внимание. Подумаешь, руки! Что, никто меня никогда не трогал что ли? И стоило этой мысли зародиться в моей голове, как я отшатнулась в сторону и ладонями прикрыла горло, словно пытаясь защититься от самой себя.

На мужчину я смотрела широко распахнутыми глазами и не знала, что придумать в своё оправдание. Хотя придумывать и не пришлось. По губам охранника скользнула холодная, понимающая усмешка и он поклонился:

– Простите, госпожа, что позволил себе лишнего, – он развернулся и отошёл к стене, где замер, словно истукан.

Чтобы прийти в себя, мне понадобилось добрых пару минут. После же постаралась беззаботным тоном спросить:

– Вы что-то увидели? – беззаботностью там и не пахло, потому я принялась выталкивать из себя слово за словом, будто пустой болтовнёй смогла бы разорвать эту неловкость, что опустилась между нами. – Потом что я, посмотрев в зеркало, совсем ничего не увидела. Но ведь мне не почудилось! Вряд ли можно перепутать, когда тебя душат, а когда просто гладят. Да и вид у этой кляксы был отнюдь не дружелюбный…

– Ничего, – хмуро бросил мужчина, останавливая поток моих слов. Помолчал, уже совершенно бесстрастно глядя на меня и добавил: – Думаю, теперь вам, госпожа Аннэт, даже по территории поместья стоит передвигаться в компании охранника. Я дам соответствующие указания Вегарту и Хансу.

Тут он осёкся, посмотрел на меня как-то иначе и добавил, пытаясь скрыть яд в голосе:

– Так же надеюсь на ваше благоразумие. Одна никуда не уходите.

Под этим взглядом и после этих слов я вдруг почувствовала себя маленькой глупой девочкой, а не престарелой учительницей с огромным багажом опыта за плечами.

Удар под дых, что называется, но я выдержала его с достоинством – выше подняла голову и язвительно бросила:

– Не переживайте, благоразумие – моё второе имя, – а чтобы он не подумал ничего добавить, поспешно произнесла: – Что вы думаете о том, кто прогнал эту тень? Если это были не вы, то кто?