Бывший муж. Мы справились без тебя

Глава 7. «Господи, дай мне сил»

После моего сообщения о нашей поездке Майя счастливо визжит и тут же бросается собирать вещи. Дочка засыпает меня кучей вопросов: “А куда мы едем? А зачем? А будет ли там горка? А будет ли там бассейн? А придет ли Дед Мороз?”

Я отвечаю на те, которые знаю. Но про остальное говорю, что это будет сюрприз, потому что я и сама не вникала.

Радостное настроение дочки передаётся и мне. Мы с ней практически танцуем по квартире, собирая вещи. Я уже мысленно там, в заснеженном раю, где нет ни Звёздного, ни его угроз, ни болезненного груза прошлого.

Майя продолжает собирать свои вещи. Я вдруг понимаю, что всё это точно ни в один чемодан не влезет, потому что дочка хочет взять и все свои платья, и книжки, и половину игрушек.

— Милая моя, ну как мы это повезём? Это даже в мой багажник не поместится.

— Ну, мам, там же плаздник будет, я хочу быть класивой!

— Согласна. Поэтому нужно взять одно нарядное платье, одну твою самую любимую игрушку и одну самую любимую книжку.

— Я не знаю, как опледелиться, — застывает в растерянности моя девочка.

И пока она мучается с выбором, я отвлекаюсь на телефонный звонок. Мама звонит. Настроение моё тут же меркнет. Я вдруг вспоминаю, что забыла позвонить ей и узнать, как её здоровье.

Но я прекрасно понимаю, почему я так поступила. На сегодня с меня достаточно стресса. А с мамой у меня и так отношения своеобразные, а когда она болеет, упрёков от неё наверняка посыпется в разы больше.

Собственно, так и происходит. Уже с первых слов я понимаю, что легко не будет.

— Есения, — голос матери хриплый, будто она только что проснулась, — ты даже не позвонила. А мне ведь плохо. Вот помрёт мать, а тебе и дела нет.

— Мам, прости, у меня сегодня был очень нелёгкий день. Я собиралась тебе звонить как раз сейчас. Как там твоя простуда?

— Ужасно, — капризно заявляет мать. — У меня температура тридцать девять и пять, и толком ни лекарств, ни продуктов. Сил нет даже встать.

Её тон, как всегда, полон упрёка, а меня начинает мучить совесть.

— Мам, давай я закажу тебе доставку лекарств и продуктов. Это ведь сейчас не проблема.

— Лишь бы мать спихнуть на кого-то, да? — недовольно выдаёт она. — Только кто мне это всё готовить будет? Я даже суп разогреть не в силах. Ты хоть помнишь, каково это, лежать и чувствовать, как тебя бросает то в жар, то в холод?

«Господи, дай мне сил», — мысленно прошу я. А ещё представляю, что мама устроит, если я сообщу ей про нашу поездку. Но скрыть не получится, а потому я всё же соглашаюсь к ней приехать.

— Мам, ты потерпи немного, я сейчас сварю тебе суп и привезу.

— Вот так бы сразу, — немного успокаивается она.

И вот через два часа я стою у её двери с термосом супа, контейнером пюре с подливой и пакетом фруктов. Майя спит в машине, я не стала её будить, чтобы не тащить в квартиру мамы, потому что боюсь, что малышка моя подхватит вирус.

Звоню в дверь. Открывает мама довольно быстро. И, как ни странно, выглядит довольно бодро.

— Проходи, — кивает она, пропуская меня в квартиру. — Хорошо, что ты приехала. Но мне уже полегчало, я таблетку выпила, и температура вот только спала.

Сомневаюсь, что так и есть, но спорить бесполезно. Ставлю на стол еду и пакет с лекарствами.

— Мам, задержаться я не могу. У меня Майя в машине, она заснула, и я не стала её будить.

— Да‑да, конечно, — кивает она. — Скажи, а ты завтра заедешь? Мне кое‑что ещё нужно будет. Я тебе напишу список.

— Нет, мама, завтра я заехать не смогу, — отвечаю со вздохом, уже готовясь к её недовольству.

— А чем же таким ты завтра будешь занята? — выгибает мама бровь.

— Мы с Майей решили на несколько дней уехать в пансионат за городом. Хочу немного отдохнуть.

— Очень интересно, — смотрит мама с явным непониманием и претензией. — Ты же мне только вчера рассказывала, что у тебя до Нового года ни одного дня свободного, куча заказов и всё такое.

— Несколько заказов у меня отменились, — вру я. — И я подумала… В общем, мне нужно уехать.

— Понятно. Дома тебе не сидится, — с очередным упрёком выдаёт она. — Обязательно надо по морозу непонятно куда тащить ребёнка. Нет бы лишний день с больной матерью побыть.

— Мам, я уже всё решила.

— Нет, всё‑таки я не пойму, к чему такая срочность, — прищуривается она, осматривая меня своим рентгеновским взглядом. — А не связано ли это с тем, что сегодня ты встречалась со своим бывшим мужем? — сражает вдруг она меня.

— А ты откуда знаешь, — прищуриваюсь я.

— Птичка на хвосте принесла, — хмыкает мама.

— Знаю я эту птичку, — злюсь про себя на Наталью. Она общается с мамой, но так подставила меня впервые.

— Наталья не виновата, она случайно проболталась. А ты могла бы и сама сказать матери. Это ведь важно. Что ты теперь собираешься делать?

— А что я должна делать? — спрашиваю уже почти агрессивно.

— Ну уж точно не бежать в лес! Ты должна рассказать Звездному про Майю. Я тебе сразу говорила это сделать, но ты же упрямая.

— Мам, ты прекрасно знаешь моё мнение на этот счёт.

— Знаю. И в очередной раз говорю тебе, что ты не права. Если он догадается про дочку и будет предлагать помощь, не вздумай отпираться.

— Мама, прекрати. Мне от него ничего не нужно.

— Господи, какая же ты у меня упрямая идиотка, Есения! Как тебе объяснить, что ты должна не прятаться, а требовать. Требовать содержания, требовать помощи. Он богатый, у него связи, а ты… Как всегда всё портишь своей гордыней. Вся в отца. Лучше будешь копейки сшибать со своими побрякушками, чем рот откроешь!

От моей работы мама тоже не в восторге, и с удовольствием каждый раз меня колет этим.

— Мам, я не хочу ничего требовать от бывшего мужа. Я просто хочу, чтобы он оставил нас в покое. Хочу защитить от него Майю. Я не хочу, чтобы они общались.

— Защитить? От чего? От возможности жить лучше? От шанса, чтобы у твоей дочери было всё, чего не было у тебя?