Бывший муж у меня на пороге

Глава 13.

Дорогие, давайте окунёмся в прошлое Всеволода на момент, когда Мирославе был примерно годик...

Всеволод Зарубин

— Влезать в долги? — Герман Тарасович, мой тесть, смеётся своим фирменным, неприкрыто надменным смехом. А глаза как были нетронуты, так и остались. — Ты именно это услышал в моём предложении помочь любимому зятю?

И снова этот каркающий смех. Коробит и бесит. Но, видя то, как, находясь рядом с нами, Ксю начинает дёргаться от нервов и скоро до дыр истрёт кожу на шее, я молчу.

И так у нас с ней что-то не то.

Заливаю в себя глоток горькой отравы из коллекции тестя, ставлю обратно на стеклянный столик пустой бокал и поясняю:

— Мне помощь не нужна, — коротко и ясно.

А ещё предельно вежливо, вот на грани.

— Ладно, перефразирую, — с азартом в голосе отзывается он. — Помощи ты не хочешь, и я это, честно скажу, уважаю. Сам такой. С нуля поднимался и тоже был гордым. Но… — он делает долгую паузу, которая должна произвести эффект. — Ты когда-нибудь думал о том, каких результатов добиваются люди, у которых есть поддержка близких? Про одиночек всё ясно, — машет рукой он. — Это один путь. А я предлагаю тебе то, о чём сам когда-то мечтал. Чтобы ко мне подошёл человек с мозгами и деньгами, вручил мне их и сказал: вот тебе бабки на развитие, я уверен, что ты правильно их вложишь. К тому же пойми меня, — понизив голос, говорит Зверев, — ты женат на моей дочери. А для отца единственная дочь — это бриллиант! Когда у вас будут свои дети, поймёшь меня. И я хочу, чтобы всё у вас с Ксенией было на лучшем уровне. Вот по-отцовски хочу, — бьёт себя раскрытой ладонью по груди он, — ты меня понимаешь?

— Да что тут непонятного.

В этот момент тесть бросает на супругу взгляд, и та подрывается с места, на котором сидела, рядом с отцом, и подсаживается ко мне.

Льнёт даже, положив голову мне на плечо.

— Тогда пересмотри моё предложение, — вроде как и не нажимает Герман, но с темы никак слезать не хочет.

Старый хрен.

Но я отдаю себе отчёт, что это он сейчас подряхлел — из-за возраста. Раньше, когда у него, помимо огня и желания загребать ресурсы, было ещё и здоровье, представляю, какую суету наводил.

Как бы он ни пытался казаться заботливым тестем, я вижу и по его сжатой челюсти, и по типичной мимике, которая что у него сугубо личный интерес. Да, возможно, о нашем браке он тоже заботится, но о своём кошельке в первую очередь.

— Я тебе гарантирую человеческие условия. Мы же семья, — с этими словами тесть встаёт и выходит из гостиной, на ходу объяснив, что ему нужно отлучиться на минутку.

Стоит ему выйти, как на меня ложится вопросительный взгляд жены.

— Что думаешь, котик? — ласково спрашивает она и подсаживается ещё ближе. — Я ничего в бизнесе не понимаю, конечно, но верю в то, что у моего отца уникальное чутьё на прибыль. А ты так вобще, талант в сфере бизнеса.

Мне остаётся только смеяться и мотать головой.

— Я за него рад, — колко отвечаю супруге. И в последнее время колкостей из меня вырывается всё больше. Иногда мне кажется, что у меня поролоновая жена. — Только мне до этого какое дело?

— Как? — ещё шире распахивает свои и без того большие глаза Ксюша. — Ты же слышал, что папа сказал: мы семья. Он всего лишь хочет, чтобы мы выросли, стали ещё более состоятельными. Поверь, Сева, — тонкая ладонь жены с длинными ногтями ложится мне на плечо, — мой отец единоличник. Но раз он сейчас хочет с тобой поделиться своими деньгами, причём на выгодных условиях, то это огромный показатель того, насколько хорошо он к тебе относится. Я в этом плане даже тебе завидую, — голос супруги начинает дрожать. — Мне, своей родной дочери, он бы никогда так помогать не стал…

— Смотри, Всеволод, — тесть возвращается с папкой, из которой на ходу достаёт бумаги. — Я тебе дам своего поставщика, это проверенный человек, с которым я работаю уже лет пятнадцать, не меньше. Он подождёт аванс до пятницы, — Зверев раскладывает передо мной на столике бумаги. — Это сделка, которую я бы сам не упустил никогда. Но я отдаю её тебе. Окно возможностей узкое: подпишем сегодня-завтра деньги у тебя на счёте. Так что либо сейчас, либо никогда, сынок.

Когда он называет меня «сынок», Ксю вся вытягивается в струну и смотрит на меня восхищённым взглядом. Для неё, как я понимаю, это честь — получить признание от её отца.

— Взамен? — смотрю прямо на тестя. — На каких условиях заем?

— Мелочь, — отмахивается тесть, подталкивая ко мне бумаги. — Это конвертируемый заем. Я уже отметил жёлтым, где тебе поставить подпись. Остальное, так, мелочь для бухгалтерии.

Ручка запотевает в пальцах, потому что я не слепой и уже вижу те огромные цифры, что упадут на счета фирмы.

Но…

Конвертируемый заём — безобидная штука до первого дождичка. Когда случается кризис, он отнимает владение и передаёт контроль кредитору. То есть тот, кто занял бабки, в счёт долга может забрать себе хоть часть бизнеса, хоть весь бизнес полностью.

Это смущает, потому что тесть тёмная лошадка. Но это с одной стороны.

А с другой — я в бизнесе много лет и вряд ли попаду впросак. К тому же такие возможности, правда, на земле не валяются…

Дорогие! Не пропустите новинку нашего литмоба от Маши Деминой, "Токсичные отношения"

https://litnet.com/shrt/K_p1