Бывший муж у меня на пороге

Глава 15.

Кондуктор Ию Аркадьевну выручает, но благодарность той длится меньше пары секунд.

Как назло, она направляется в ту часть автобуса, где сижу я, и, пристыдив двух девочек-подростков, прогоняет их с места, объясняя это тем, что ей, как женщине с больными ногами, нужно больше пространства.

И это сиденье находится, барабанная дробь, прямо передо мной!

Тяжело опустившись на него, моя бывшая свекровь сразу же достает из сумки телефон и кого-то набирает.

Я запихиваю в уши наушники и открываю проигрыватель в телефоне, чтобы врубить музыку на полной громкости, потому что её разговоры слушать я не хочу. Мало ли там проскочит что-либо про бывшего мужа...

Потому что не так много вариантов людей, с кем она может общаться.

И зуб даю, наверху пирамиды будет её сын.

— Сева, сынок! — раздается за мгновение до того, как я успеваю нажать на кнопку проигрывателя.

А дальше всё.

Ступор.

Палец замирает в воздухе.

Я не могу описать это странное ощущение, но знать, что на другом конце провода сейчас находится мой бывший муж, — невыносимо. В груди поднимается паника.

У меня даже сердце биться по-другому начинает.

Что со мной происходит?..

— Сынок, ты меня слышишь? — орет на весь автобус бывшая свекровь. — Прокля́тый телефон, ничего не слышно…

Я уже всерьёз подумываю выйти на следующей остановке, чтобы не подвергать себя самой что ни на есть настоящей пытке. А может, и опасности.

Кто знает, как семейка Зарубиных отреагирует, когда станет известно о моей девочке Мирославе?

Подлые люди часто делают подлые вещи просто потому, что могут.

— Сейчас поставлю тебя на громкую связь, ничего не говори пока.

О боже, да она издевается. Я чувствую, как к лицу приливает кровь, щёки покалывает, а губы моментально пересыхают.

Я бы, наверное, умерла, если бы мне пришлось столкнуться с бывшим мужем в реальной жизни, учитывая, что я так сильно боюсь момента, когда всего лишь услышу его голос.

— Сынок! Слышно меня?

— Слышно, — спокойно отвечает ей Всеволод.

Меня от одного его голоса подбрасывает на месте. Зажмурив веки, я стараюсь отвлечься и думать о чем-то другом. Но не могу.

Меня насквозь пробрало одним только звуком его голоса. Он опутал меня и проник под кожу. Господи, неужели я настолько его не забыла? А как же «с глаз долой — из сердца вон»?

Нет, я перед ним лужицей не растекусь ни при каком раскладе, но…

В груди поднимается тревога такой силы, что, конечно, о любви никакой речи не идёт. Ему скорее подходит роль палача, который меня уничтожил.

Вот я на него и реагирую как на катастрофу.

— Слушай, я тут это самое, в автобусе еду. Ты бы меня мог на обратном пути забрать? А то я… — понизив голос, насколько это возможно, она говорит: — у меня денежка кончилась.

Никогда в жизни я не ожидала услышать от свекрови такие слова. Ещё и в такой формулировке… детской. Что за слово такое «денежка»? Или чтобы просить у сына финансовой поддержки ей теперь приходится унижаться?

Каким бы ни был мой бывший муж, но на такое он неспособен.

— Да, конечно, — отвечает ей Всеволод, и я опять на его голос реагирую самой настоящей тахикардией.

Снова посещает мысль выскочить на ближайшей остановке. Я физически не могу выносить присутствие их семьи рядом.

— Спасибо, сынок, — голос Ии Аркадьевны становится веселее. — Как у тебя дела сегодня, как работа? А то ты что-то редко стал мне звонить, я же переживаю. Старая у тебя мать. Старая…

Что-что, а причитания свекрови со временем не изменились. Старость и её скорая смерть всегда были аргументами номер один в любых наших с ней конфликтах.

Чуть что она хваталась за сердце и говорила, что вот на ее похоронах мы поймем, кого потеряли.

— Всё нормально, — в голосе бывшего мужа внезапно появляется металлическая нотка. — К слову о работе мне пора. Позвони, когда будешь выходить из поликлиники, я подъеду.

— Сева… — впервые в жизни я слышу в голосе Ии Аркадьевны неподдельное переживание.

Странно.

— Мне пора, — всё так же жёстко говорит с ней Зарубин, а у меня от удивления аж глаза на лоб лезут.

Никогда на моей памяти он так не общался со своей матерью. Никогда.

Неужели ставленница свекрови Ксения оказалась в роли жены сильнее меня и вытеснила её из брака со Всеволодом?

Почему-то от этой мысли мне становится холодно.

Причём холод этот идёт изнутри и морозным узором оплетает моё сердце.

У них всё так хорошо, что теперь в жизни сына для Ии Аркадьевны даже не находится места? И что случилось с её деньгами? Давно она просит их у Всеволода в такой форме? При мне он просто регулярно пополнял её счёт, его деньгами она пользовалась, мягко говоря, смело.

А тут прям выпрашивает.

— Девушка?

Непонятно всё это, но я себе напоминаю, что меня не касается происходящее в семье Зарубиных. Лучшее, что я могу сделать — это держаться от них подальше.

— Девушка?!

Мне стыдно за то, как я реагировала на голос бывшего мужа. Голос! Искажённый телефонным соединением, и всё равно я едва совладала с эмоциями.

И что хуже всего, его скупые фразы слышались мне родными. Родными! Да я, наверное, тронулась, вот и все...

— Девушка, вы глухая?! — отвожу взгляд от окна и сталкиваюсь со взглядом свекрови. — Я не вижу, сколько у меня осталось батареи на телефоне, можете посмотреть? А то мне потом еще сыну звонить!

С этими словами она протягивает мне свой старенький смартфон с разбитым экраном. Удивительно, но я его помню ещё со времён, когда была её невесткой.

Пульс бешено стучит по вискам. Я не понимаю, почему она ко мне пристала. Издевается? Либо просто не узнала?..

Дорогие читатели! Приглашаю вас в новинку от Марии Летовой "Не отпускай"

https://litnet.com/shrt/b1vG