Бывший муж у меня на пороге

Глава 18.

Всеволод Зарубин

В прихожей обшарпанной и убогой квартиры, где я сейчас живу, перекантовываясь на дешёвой скрипучей мебели, воняет сыростью, пылью и социальным дном, на которое я упал с высоты, о которой раньше мечтал.

На которую пахал, как сволочь. Годы жизни положил и, наверное, на немалое количество лет свою жизнь сократил.

В зеркале с пятнами ржавчины я вижу своё отражение. Отражение человека, у которого было всё, но которому, как примитивной обезьяне, захотелось больше.

Больше денег. Больше власти. Больше всего, чего только можно хотеть.

Насмехаюсь над самим собой. Рот растягивается в зловещем оскале.

И в жернова своих амбиций я бросил невинную Риту — самого лучшего и чистого человека в своей жизни.

Если выражаться русским языком, то я — чмо. Чмо. За что боролся, на то и напоролся.

До работы ещё пара часов, сна ни в одном глазу. Да и как я могу спать, когда мне надо срочно думать, как выплыть из болота под названием банкротство — морального и фактического? За развод со своей дочерью Зверев наказал меня как врага. Потянул за все нити, задействовал все ресурсы.

Теперь я, если выражаться культурно, вернулся в начало пути. В отправную точку.

Только всё это никому не нужная лирика, потому что начинать жизнь голожопым в двадцать лет — это не то же самое, что начинать её за сорок, когда у тебя когда-то уже было всё.

И ты это «всё» не просто пустил по ветру. А сначала сломал, растоптал, а потом выкинул за порог как мусор.

Выключаю свет в крошечной, тесной до невозможного прихожей и, прежде чем сесть в тачку, закуриваю. Это тоже было привычкой для, как я сам думал, быдла. А теперь… курю много и самое копеечное.

А потом по пустым улицам ночного города я еду туда, куда меня тянет как магнитом.

Сжимаю руль до скрипа, пока воспоминания накатывают друг за другом, словно лавины.

Я поступил с Ритой как скотина, говорил ей слова, которые мог сказать только моральный урод.

Что было у меня в башке? Что?!

Я был опьянён успехом — вот что. Как сейчас помню это непроходящее ощущение всесилия и как оно вытеснило из моей головы правильные моральные ориентиры.

«Я тебе даже на похороны открытку не пришлю!» — правильно она тогда сказала. И правильно, что защищалась от меня до последнего.

С мозгами, которые у меня сейчас, я бы себе из прошлого надавал по башке, чтобы мозги из пятой точки мигрировали обратно в черепную коробку.

Но после драки кулаками не машут, и всё, что мне остаётся — это стоять у неё под окнами.

Поправка: не у неё, а у её мамы. Должна же Рита когда-то тут объявиться.

И вот я жду этого момента до тремора в конечностях. Меня трясёт, как запойного алкаша на следующий день после пьянки. Я дико хочу её увидеть, чтобы… Для начала просто увидеть.

А потом…

Тут я начинаю ржать в голос и выхожу из машины, чтобы снова закурить. Гребаная отрава загонит меня в могилу, хотя я там и так уже по пояс как минимум.

Поднимаю глаза к окнам бывшей тещи и вспоминаю, как ухлёстывал за Ритой, когда она мне понравилась. Что-то в ней было такое, отличающее её от остальных.

Сначала я не понял, как так вышло, что девушка, попавшая ко мне в подчинение совершенно случайно стала главенствовать в моих мыслях. Бред какой-то.

Думал, пройдёт. Потому что, опять же, с моим расписанием играть в любовь было не вариантом — от слова совсем.

План сработал.

Я не просто в неё влюбился, а запал на неё как пацан. Ночами мечтал, но не о том, как буду с ней спать, а хотя бы о том, как впервые ее поцелую. Как будто я был задротом- девственником, который никогда голую бабу не видел.

Чуть позже, когда бессонные ночи мне надоели, я на нее надавил. Хотел, пользуясь положением, склонить её к отношениям. Какая секретарша не хочет, чтобы заряженный баблом начальник сделал её своей?

Рита не хотела. Более того, она искренне оскорбилась.

И дальше мастерски меня отшивала. Вежливо, правильными такими словами. Всё пыталась отпихнуть во френдзону. А я — никак.

И уже потом моё ухлёстывание за ней превратилось в ухаживание с большой буквы, потому что за ней надо было именно ухаживать.

На мгновение отвлекаюсь от окна, за которым ещё темно и не горит такой долгожданный свет кухонной лампы.

Смотрю на экран — 05:55 утра.

Рита любила вставать в шесть утра и пить кофе, при этом глядя в окно на просыпающийся город.
На это и расчёт. А я ещё мимолётом, в многотысячный раз, прошерстил все соцсети в поисках… да сам не знаю чего.

Вдруг у неё мужик?

Дети от него?

Или, что хуже, она счастлива без меня?

На этом месте становится так погано, как будто Рита мне изменяет. Когда я представляю её с другим, кровь закипает до невозможного — я аж расстёгиваю куртку.

06:00. Жду.

06:05. Всё ещё пустое, холодное окно.

С чего я вообще взял, что она вдруг приехала к маме? Дебил. Докурю и уеду.

06:29. Ещё минуту померзну — и точно уеду.

Щёлк. Вспышка света в том самом окне заставляет время замедлиться.

В окне — фигура. Тоненькая, похожая на Риту.

И вот белая занавеска плавно отодвигается, а я дышать перестаю.

Она. Точно она. Значит, вернулась…

Эта мысль радостно бьётся в голове, подталкивая меня к… к чему? Хороший вопрос.

Зачем я ей нужен? И хочу ли я, чтобы она видела меня таким? Неудачником на дне?

Становится горько. Горше, чем после аферы Зверева. Он-то меня обманул — это понятно.

Но самую большую потерю в своей жизни я обеспечил себе сам. Этими же руками...