Бывший муж. Вернуть семью

Глава 7

Чокаемся с Милой, и я ставлю стакан на стол, пригубив кислый напиток.

– Ну, давай есть уже, я голодная, а тут вроде кухню хвалят.

Улыбается подруга, а я киваю. Изо всех сил стараюсь выглядеть непринужденной и веселой. Но… это сложно, учитывая, что у меня просто в виске уже зудеть начинает.

Снайперская винтовка. Взгляд в самый прицел. Фокусировка перед выстрелом…

Вот о чем вопит моя интуиция, но если это действительно так, то мне не остается ничего, кроме как изображать веселье и еще раз благодарить мироздание за то, что кресла в этом ресторане имеют высокие спинки, а еще мягкие ручки, и по факту, это еще один барьер, который полностью скрывает мое положение…

Я не думаю, что Царев снизойдет до того, что лично подойдет к своей бывшей жене. Между нами все кончено. Именно так было сказано, и недвусмысленно. Связь разорвана, и документ о разводе мне был выдан на руки.

Лев даже лично документы мне не передал. Конечно. Зачем ему?! У него на все случаи жизни есть свой вымуштрованный персонал.

Мне передали документы на руки его адвокаты, а еще в папке с барского плеча лежал номер счета с суммой. Большой суммой. Видимо, так Лева решил от меня полностью откупиться, или же его все же мучила совесть?!

Отмахиваюсь от этой мысли. Нет. Хоть о чем-то сожалеть… это не про Льва.

Он бросил мне свою подачку в виде денег. Да огромных просто. Но я не притронулась ни к копейке. Ничего не хотела от него брать. Ни на что не претендовала. Громкого развода и дележа имущества не было.

Во-первых, я не хотела ничего, а во-вторых, Лев Царев не тот человек, с которым бы прокатило подобное. Всякие эти киношные бракоразводные процессы со знаменитостями не имеют никакой реальной связи с миром реально больших денег и бизнесменов, которые имеют корпорации, чей внутренний оборот соотносим с ВВП средней страны.

С такими, как Царев, нельзя воевать и попытаться взять хоть что-то… Он мог лишь сам дать, снисходительно, сумму с безумным количеством нулей… а вот в моей воле было не брать, и я отказалась. Молча выбросила документы по счету на мое имя в урну и ушла…

У меня оставалась только моя галерея. Подарок Льва. Да… Которую я своими руками подняла, где проводила благотворительные выставки и помогала детям…

Я жила своей работой, своей профессией, и моя галерея была моим домом, но… оставить ее Льву я не смогла. Это было выше моих сил. Я не взяла ни единого украшения, подаренного мужем. Как пришла с одним чемоданом, так и ушла налегке, потому что я его любила…

Я вышла замуж за человека, а не за звонкое имя и прочие регалии Царева. Он покорил меня, как мужчина… и я дура влюбилась без оглядки, забывая, что я совсем не подхожу миру и укладу Царева…

Моя галерея была всецело моим творением, и… я ее продала. С болью в душе, с еще одной кровоточащей раной, потому что… не хотела, чтобы он касался того, что представляло для меня ценность…

Одну ценность он уже растоптал. Наш брак. Мою любовь…

А вот галерею… не отдала я… помню, как пришла ночью и под удивленный взгляд охранника вошла и села на скамейку, а сама рассматривала рисунки детишек, на каждой картине было столько цвета, радости, солнца…

И это так резонировало с той тьмой, которая обрушилась на меня после предательства, что я просто позвонила брокеру и высказала свое согласие на продажу самого ценного, что у меня было.

Я боялась, что эта ценность для Льва ничего не значит и он… передарит эту галерею своей любовнице…

Вновь кадры ошпаривают… я не забыла… ничего не забыла… и то, что видела в кабинете мужа… стало кошмаром…

Поэтому сейчас я изо всех сил расправляю плечи и улыбаюсь беззаботно, изображаю радость и веселье, абсолютно не слушая Милу, которая рассказывает очередную сплетню.

Я внутренне отсчитываю секунды. Знаю Льва… он не должен долго засиживаться в ресторане. Его время строго регламентировано.

Хотя… Как знать, может, после встречи с мэром он решит провести время со своей эффектной пассией.

Странно, что при таком вкусе он вообще меня выбрал. Я же ни к одному параметру, к которому привык Царев, не подходила.

Я невысокая. У меня нет растущих от ушей ног, я не увлекалась пластической хирургией…

Я была простой девушкой, к которой он подошел на выставке и заговорил… я даже не знала, кто он…

Лев просто общался со мной непринужденно, как-то незаметно беря в оборот, а я улыбалась и не знала, куда глаза деть, ощущая, как у меня мурашки бегут по телу…

Только вот перед глазами вновь всплывает кадр из прошлого…

– Я хочу пригласить тебя на еще одно свидание, Агата…

Спокойный ровный голос и взгляд пронзительных голубых глаз.

– У меня сессия на носу скоро, и я… не знаю, смогу ли…

Теряюсь от напора мужчины, который не сводит с меня своих пронзительных голубых глаз.

– Сессия… – повторяет улыбаясь.

– Да… Я сегодня выбралась, чтобы немного развеяться.

– И как? Удалось? – делает глоток из бокала.

Я же понимаю, что за все время, что мы сидим со Львом за столиком в очень приятном ресторанчике, говорю только я…

Вернее, мужчина, сидящий напротив меня, задает мне множество вопросов, а я отвечаю… При этом я не замечаю, как выдаю абсолютно все о себе…

В то время как он ни словом не упомянул о том, чем занимается, чем увлекается…

– Да… Я отдохнула и провела время с очень интересным собеседником.

Вновь улыбается и прищуривает взгляд, я же, наоборот, опускаю глаза, не знаю, куда себя деть.

– Ты мне понравилась, Агата, и я впервые готов даже ждать второго свидания. Когда ты сможешь встретиться вновь?

При этом интонации у мужчины какие-то тягучие, словно он сытый кот, который играет с мышкой, что бегает из стороны в сторону, еще не понимая, что выбраться не сможет.

– Можно через неделю, на выходных…

Отвечаю и краснею. И вновь губы мужчины изгибаются в странной улыбке.

– То есть мне ждать неделю до следующей нашей встречи? Я все правильно понимаю? – вновь он уточняет для себя, отыгрывая сильными длинными пальцами ровный ритм на белоснежной скатерти.