Бывший муж. Я все еще люблю тебя

23

Костя на мои слова, чтобы он подыскал мне жениха среди “своих” лишь посмеялся с мужским снисхождением и заявил:

— Выгодно выдать замуж бывшую жену? Это уже новый уровень династических браков, — в его голосе я не услышала возмущения или ревности. — Только одна проблемка, все мужчины в моем окружении женаты. Пока никого не знаю, кто срочно ищет жену, но… любовь, Мила, должна тебя найти сама.

Я все же надеялась на его ревность.

Или хотя бы на то, что он оскорбится, но он не видит во мне женщину.

Я — родственница. И только.

После разговоры за столом вновь свернули на легкие темы, в которых мало смысла, но много смеха, шуток и пустоты.

Плотный обед плавно перетек в чаепитие, а затем последовали игры с детьми на свежем воздухе.

Я отстранилась от веселья, будто часть души отключила, и я глубоко не вникала в громкие забавы, и я даже не вспомню сейчас, за кем я бегала в догонялках, кого щекотала и с кем удирала от жуткой пчелы и нянек.

Игры с детками смазались в мутные пятна, из которых я выныриваю в реальность у малой гостиной в правом крыле дома.

Провожу ладонями по щекам.

Мы играли в прятки, и невестка Марина нашла меня первой за портьерой под главной парадной лестницей за мраморной статуей танцовщицы.

— Нашла! — засмеялась она и вытянула меня из укрытия. — Мила, вы даже не старались хорошо спрятаться!

А я правда не старалась. Я хотела, чтобы меня нашли первой, ведь тогда я потом могу передохнуть в тихом одиночестве и собраться с мыслями.

Прохожу в малую гостиную. Прикрываю за собой двери и сажусь на софу.

Вряд ли сюда кто-то заглянет. Это то место в доме сына, которое “не пользуется популярностью”, будто оно заколдованное.

Эту маленькую гостиную в нежных бежевых цветах почему-то всегда игнорируют, и я могу посидеть в тишине, пока Марина ищет остальных.

Едва слышно скрипят петли дверей. Секундная пауза, и следует вопрос:

— И тебя уже нашли?

Это Костя.

Проклятье. Это уже несмешно.

— Да, — отвечаю я. — Нашли.

Он улыбается и неторопливым бесшумным шагом, как хищник, двигается в мою сторону:

— Тогда вместе отдохнем в тишине.

Я молчу, потому что у меня слов нет. Я хотела тишины, покоя, уединения, а получила Костю.

Он садится напротив меня в глубокое кресло и расслабленно откидывается назад, а затем деловито и по-хозяйски закидывает ноги на низкий столик:

— Это был мой хитрый план, чтобы меня нашли первым.

— И мой, — вздыхаю я.

— Мы одинаково мыслим, — смеется.

Замолкает, и я не знаю, что ему ответить. Неловкость нарастает, и у меня почти не осталось сил играть легкую и беспечную женщину, которая много смеется, шутит и острит.

— Что за проблемы у мальчиков? — спрашивает Костя, выждав несколько секунд.

Я теряюсь от его вопроса, в котором слышу серьезную и мрачную обеспокоенность, но мне нечего ему ответить, ведь со мной никто не делился проблемами и не рассказывал о сложностях.

— Я не знаю, — сдавленно отвечаю я и почему-то чувствую перед Костей какую-то нелогичную вину.

Он хмурится:

— Есть предположения, чем они меня удивят.

А я без понятия, и лишь пожимаю плечами. Костя хмурится сильнее, будто пытается просканировать мои мысли.

Опять молчание. Я хочу сбежать, потому что чую неладное. Костя не улыбается, не смеется и его обеспокоенность во взгляде темнеет до подозрительного опасения

— У тебя с мальчиками какое-то напряжение, да? — постукивает пальцами по подлокотнику. — Что-то случилось?

— Почему ты спрашиваешь? — глухо отзываюсь я.

— Потому что я это почувствовал, — серьезно говорит он, — парни как-то отдалились от тебя. И да… Они говорят о проблемах, а ты, оказывается, не в курсе.

Мне нечего возразить.

Мне самой неприятно, что о проблемах в жизни сыновей я узнала лишь тогда, когда Костя вернулся.

— Поэтому я спрашиваю. У вас что-то случилось? — Костя не отводит пристального взгляда. — Они раньше всегда тебе первой говорили о своих косяках, и только потом я узнавал обо всем. Вы явно отдалились друг от друга.

— Поговори об этом с мальчиками, — устало заявляю я, — а мне нечего сказать.

— Поговорю, Мила, — Костя кивает. — Я серьезно обеспокоен.