Бывший. Мы не твои!

Глава 4

— М-да-а-а, мать. Чем ты только думала? — вопрос звучит с насмешкой.

— Ну знаешь, я не привыкла видеть своего молодого человека, развлекающегося с моей сестрой, чтобы спокойно на это реагировать, — недовольно отвечаю я.

Смотрю на заднее сиденье: дети ведут себя спокойно, что для Алисы вообще не свойственно.

Машина трогается с места.

Я удивлённо осматриваю пролетающие мимо улицы.

Странно.

Это не маршрут до Лениного дома.

— Куда мы едем? — спрашиваю Лену.

— Как куда? — она снова удивленно смотрит на меня, как будто я спросила ее о какой-то чуши. — За чемоданом твоим!

— Нет! Не надо. Не хочу их снова видеть, — категорично заявляю ей. — Во всяком случае не сегодня.

— А что тянуть-то? Заберем и с концами. С глаз долой из сердца вон! — не унывает подруга.

Она всегда отличалась активностью и жизнерадостностью, не смотря ни на что.

— Я не могу его видеть. Мне противно.

— Не вопрос. Я заберу сумку, а ты подождешь в машине. Заодно скажу ему все, что о нем думаю. Наконец-то!

Она искренне радуется тому, что может высказать ему все, что у нее накипело.

— Только остановись не рядом с его подъездом.

Через некоторое время мы въезжаем во двор его дома. Лена паркуется за несколько подъездов, выскакивает из машины и уверенно идет к подъезду Стаса.

Алиса просит попить. Я достаю бутылку из сумки и протягиваю ей.

— Ма-а-ам, а куда тётя Лена пошла? — наблюдая в окно за людьми, спрашивает дочь.

— У нас возникли неотложные дела.

— А когда она придет?

— Скоро. И мы поедем домой.

Лена возвращается с чемоданом. Лицо ее сияет, словно она выиграла миллион. Видимо, Лена получила удовольствие от встречи с моим бывшим женихом.

— Ну? — спрашиваю я.

— Что ну? — захлопывает дверцу машины. Газует, и мы едем. — Делает вид, что страдает и раскаивается в произошедшем… Ну прямо овечка невинная.

— Мне все равно, что он там думает и как страдает. В моем мире его больше нет.

— Вот и правильно. Вот и молодец, — подбадривает подруга. — Незачем тебе больше тратить время на этого долбозвона.

— Лена, с нами дети. Следи за языком.

— А что такого? Это же правда! Он заслужил такое определение.

Главное, чтобы Алиса не услышала нового слова, и не начала свой любимый допрос.

Детское любопытство – опасная штука.

Никогда не знаешь, куда оно заведет.

Пока мы едем домой, краем глаза замечаю пакет, откуда выглядывает бутылка вина. И когда Лена только успела её купить.

Тяжело вздыхаю.

Какой же был сложный день.

Ужас.

Я немного успокаиваюсь, приводя мысли в нужное русло.

Но боль продолжает разъедать меня изнутри.

Как Женя могла так поступить? Ведь она моя родная сестра. Человек, с которым у нас было столько разных передряг.

Она никогда не отличалась разборчивостью в связях. Никогда. Могла даже встречаться с двумя парнями одновременно. И ее такое положение вещей всегда устраивало.

— М-да-а-а, — снова протягивает Лена. — Сеструха у тебя, конечно, мелкая шалава.

— Перестань, — шиплю я.

— Мам, а кто такая шалава? — всё же услышала новое для себя слово Алиса.

Вот чёрт!

Я же предупреждала подругу!

— Алисочка, — ласково произношу я. — Это плохое слово. Не нужно его запоминать.

— А что оно значит? — не успокаивается дочь.

— Это — очень-очень плохой человек, — поясняю ей, пока в разговор не вклинилась Лена и снова что-нибудь не сморозила. — Но его говорить нельзя.

— А почему тёте Лене можно?

— Тётя Лена взрослая, поэтому…

Не успеваю договорить, как слышу усмешку подруги.

— Ника, сколько можно щадить души своих детей? Они у тебя довольно взрослые. Пора уже вникать в нашу суровую действительность.

— Вот только, давай не сегодня? — я устало закатываю глаза и снова делаю тяжелый вздох.

— Мне всё было интересно, — задумчиво произносит подруга. — Почему ты попросила меня остановить машину подальше от подъезда?

— Да так… Просто ещё кое-что произошло, — поджимаю губы. — Неважно.

— Говори давай, — не успокаивается Лена. — Что произошло?

— Тут еще такое дело, — вытягиваю из себя, а сердце уже колотит свой безумный ритм. — Я сегодня столкнулась с Ратмиром.

— Что?! — подруга выпячивает на меня глаза.