Бывший. Остаться в прошлом

Глава 10. Рита

Я сидела за своим столом в офисе «ТрансЛогистик Групп», пытаясь не сойти с ума от гудения старого компьютера, который тарахтел, как трактор на последнем издыхании. Лариса велела найти постеры Павло Друбича, и я вбила в поисковик «Павло Друбич постеры». Сайт дизайнера выскочил первым. Выбрала в меню: «Доступно для заказа» и стала листать галерею с кучей абстрактных картинок. Размазанные пятна, загогулины, будто кто-то пролил краску, размазал её ладонями и решил, что это искусство. Цены шокировали — неужели эти кляксы стоят десятки тысяч? Выбрала два ярких постера с красными и жёлтыми мазками для Вероники — ей подойдут, она же любит всё кричащее. Для Алексея взяла два арта в серо-синей гамме, строгие, чтобы не бесили его начальственный взгляд. А производственные схемы? Пусть Вероника сама их ищет, раз такая умная. Угрозы Вероники про увольнение по статье крутились в голове, как заезженная пластинка. Ясно, что надо бежать, неясно лишь куда. Офис гудел, сотрудники носились с папками, кто-то громко разговаривал по телефону. Кризис компании висел в воздухе, как запах дешёвого кофе из автомата. Отметила выбранные постеры на сайте и набрала номер менеджера Друбича, прикрывая трубку рукой, чтобы коллеги не слышали мой разговор. Голос на том конце был женским и до противного весёлым. — Оплачивайте заказ, мы сами напечатаем, Павло Друбич распишется, и заберёте! — прощебетала менеджер. — Распишется? — переспросила я, чуть не поперхнувшись. Расписываться на этой мазне? Круто! — Да! Наши постеры уникальны, они не повторяются, каждый в единственном экземпляре. Это цифровые картины будущего! Старое искусство изжило себя, молодёжь стремится к абстракции, лёгкости и воздушности. Задумалась: «Может, мне тоже продавать Машины каляки-маляки? Сделать сайт и выставить их на продажу? Перспективная идея, надо обдумать!» Нетерпеливо спросила: — Ага, понятно... А сколько ждать? — Неделю, может, дней десять, — ответила менеджер. — Это же искусство! Положила трубку, думая, что это чистой воды понты. Десять дней? Лариса меня сожрёт, а Вероника добавит в свой чёрный список. Открыла бухгалтерскую программу, которая загружалась, как черепаха с похмелья, и вбила данные для платёжки на постеры. Проверяла сумму трижды, боясь ошибиться — одна ошибка, и бухгалтерия устроит мне ад. Мой стол был завален бумагами, рядом остывал кофе в бумажном стаканчике, но я закончила и отправила платежку в систему. С распечатанной платёжкой пошла к Ларисе Дмитриевне. Она сидела в своём кабинете за идеально чистым столом и полировала длинные ногти. Её взгляд был, как всегда, строгий, будто я уже виновата. — Всё сделано, Лариса Дмитриевна, — начала я. — Фото Стива Джобса заказано. Платёжка на постеры отправлена в систему. Сами понимаете, придётся подождать несколько дней. Пока одобрят платёжку, пока напечатают постеры. Недели две не меньше. — Как недели две? — строго перебила Лариса. — Босс недоволен, он жаловался, что пустые стены его угнетают. Делай что хочешь, но повесь что-нибудь на стены кабинета Алексея Владимировича! — Но... постеры же только через две недели... — растерялась я. — Мне всё равно! Найди хоть старые плакаты на складе, но сделай, чтобы стены не были пустыми! — приказала она. Вышла, размышляя: «А вот незачем было берёзки снимать!» Алексей и его бзики с пустыми стенами довели меня до ручки. Но стены надо спасать. И я придумала, как выкрутиться: нашла в интернете фото Стива Джобса, скачала на флешку и побежала в ИТ-отдел.

Такое таинственное помещение: куча техники, казалось, стоит беспорядочно, мониторы мигают, какие-то приборы щёлкают.

Молодой длинноволосый айтишник стучал по клавиатуре, не поднимая головы. На мой приход — ноль внимания. — Можно напечатать фото на цветном плоттере? — спросила я. — Личные файлы не печатаем, бумага для плоттера дорогая, — буркнул айтишник, не отрываясь от экрана. — Это для кабинета Алексея Владимировича, фото Стива Джобса, без него босс не может работать, такой бзик у него, — настаивала я. Айтишник наконец оторвался от клавиатуры, посмотрел на меня и ухмыльнулся: — Ух, ты! Такие тёлочки у нас в конторе ходят! Привет, я Боря, а тебя как зовут? Я закатила глаза: — Я Маргарита, и я тороплюсь. Надо повесить фото в кабинете, пока босс в отъезде. И я не тёлочка, а администратор. — Ну ладно, Маргаритка, давай флешку, — хмыкнул он. Боря воткнул флешку в компьютер и скривился: — Разрешение маленькое, размажется. Тебе большое фото нужно? — Среднее, — ответила я. — Сам найду, — решил он.

Поискал в интернете, нашёл известное качественное фото Джобса и отправил на печать. — Всё готово, скоро напечатается, забирай. Я улыбнулась, радуясь, что хоть что-то удалось, и собралась уходить. Но Боря остановил меня: — Погоди, Маргаритка! Давай в парке потусим вечером, погуляем, мороженое поедим. Я замерла. Не гуляла с парнем уже пять лет, с тех пор, как... ну, с Алексеем. Вот бы мама посидела с Машей! Но отмела эту идею. Мама не любит Машу, ни за что не посидит. — Нет, я не могу, у меня маленький ребёнок, — сказала я прямо. Боря нахмурился: — И муж есть? Воскликнула:

— Нет, мужа нет и никогда не было! Я из тех, кого называют мать-одиночка, но я не одиночка, у меня есть дочь.

— А сколько лет спиногрызке? — спросил Боря.

— Маше четыре года, — ответила я.

— Так бери её с собой! А я младшего братишку Степку возьму, ему пять. Вот мать обрадуется! Давай, Маргаритка, не тяни, встретимся в парке в семь часов и выгуляем спиногрызов.

Я вздохнула и кивнула:

— Ладно, в семь часов, у фонтана.

Забрала напечатанное фото Джобса, свернула его в трубочку и пошла в приёмную к Ларисе.

Она разговаривала одновременно по трём телефонам, но, увидев меня, дала отбой.

— Вот временное фото Джобса, вызывайте рабочих, пусть вешают, — сказала я.

— Рабочие собирают новый стол в кабинете Вероники Андреевны. Сама вешай, — отмахнулась Лариса Дмитриевна.

— Но Алексей Владимирович категорически запретил мне заходить в кабинет в его отсутствие, — возразила я.