Бывший. Остаться в прошлом

Глава 11. Рита

Зажмурилась и мысленно попрощалась с жизнью. Всё, Рита, приплыли — сейчас начнётся буря, гром и молния.

Но ничего не произошло.

Осторожно приоткрыла глаза и утонула в серых глазах Алексея.

Он держал меня крепко, как тогда, пять лет назад, когда носил на руках и смеялся, что я пушинка. Теперь я точно не пушинка, но он не торопился ставить меня на пол. Его сердце стучало ровно, и я на миг забыла, где я.

— Ты что, убиться решила? — тихо спросил Алексей. — Зачем полезла на эту чёртову стремянку?

— Джобса вешала, — пискнула я, чувствуя себя неуклюжей дурой. Но любопытство взяло верх, и я спросила: — А если бы я разбилась, то что с того?

Алексей замер, в его глазах мелькнул ужас, но он быстро нашелся:

— Мне бы пришлось отвечать за тебя! Засудили бы за нарушение техники безопасности.

Вот оно как. Не за меня переживал, а за свою репутацию. А я-то размечталась!

Обиженно буркнула:

— Поставьте меня на пол, Алексей Владимирович.

Простучали каблуки, и знакомый голос резанул, как нож:

— Что тут творится? Алексей, почему ты держишь Маргариту на руках? Ей плохо?

Веронику нелёгкая принесла! Съёжилась, предчувствуя скандал.

— Маргарита упала со стремянки, — холодно ответил Алексей. — Я поймал её в последнюю секунду.

Вероника повернулась ко мне, её голос загремел, как камнепад:

— Зачем ты полезла на стремянку? Это нарушение всех правил! Офисный клерк не должен лазить на стремянки в рабочее время. Дома делай что хочешь, а на работе соблюдай правила техники безопасности. Сломала бы шею, и нас бы засудили, и заставили бы выплатить большой штраф!

Открыла рот, чтобы оправдаться, но выдала только:

— Э-э-э…

Могла бы свалить всё на Ларису Дмитриевну, но не хотелось её подставлять. Она и так сидела в углу, сжавшись, боялась, что я сдам её с потрохами.

— Хватит блеять, Маргарита! — рявкнула Вероника. — Ты всё же очень проблемный работник! Уволю тебя, с тобой одни хлопоты!

— Нет, — спокойно сказал Алексей.

— Что «нет»? — недоуменно спросила Вероника. — Маргарита останется, — отрезал он. — Она выполнила моё поручение. Перестаралась немного, но сделала, что я просил.

Он взглянул на криво висящее фото и улыбнулся — так, как улыбался мне пять лет назад. У меня внутри всё перевернулось.

Потом он обратился к Ларисе:

— Лариса Дмитриевна, вызовите рабочих, пусть повесят фото Джобса ровно. И соедините меня с начальником отдела техники безопасности — персонал явно не знает элементарных правил. Все свободны.

Выскочила из кабинета, чувствуя на спине злобный взгляд Вероники. Сердце пело: на три минуты мой любимый Лёша вернулся. Его руки, твёрдые и тёплые, всё ещё ощущались на моём теле.

Я была счастлива, глупо и безнадёжно.

Но радость длилась недолго.

Вероника догнала меня в коридоре, её каблуки стучали, как метроном.

— Маргарита, забыла, что я тебе говорила? — прошипела она. — Хватит глупо лыбиться! Если будешь заигрывать с Алексеем, уволю по статье, и твоей дочери нечего будет есть. Я всё знаю — твоё личное дело у меня на столе. Мать-одиночка, без работы тебе конец. — Она прищурилась. — Думаешь, Алексей тебя спасёт? Он не станет ссориться со мной из-за тебя. Бизнес для него важнее всего, всё остальное на десятом месте.

Я вспыхнула: — Я не заигрываю с Алексеем! Мне дали задание, я его выполнила. И всё!

— Ты меня услышала. Ещё раз увижу рядом с ним — вылетишь на улицу! — отрезала она и ушла, цокая каблуками.

Я осталась стоять, как оплеванная.

Почему Вероника, с её-то данными, такая умная, красивая, вцепилась в Алексея и боится, что я, третьесортный клерк, его уведу? Если он так легко уводится, значит, не любит её. Так найди другого, которого не надо удерживать! Непонятно мне это.

В кармане завибрировал телефон. Лариса! — Рита, зайди ко мне.

Вошла в её кабинет. Лариса Дмитриевна выглядела так, будто сбросила пару кило от стресса.

— Рита, спасибо, что не выдала меня, — тихо сказала она, отводя глаза. — Я не забуду. Но какая же ты неуклюжая! Не могла нормально повесить картину, одно-единственное фото!

Я промолчала, проглотив обиду.

Лариса Дмитриевна добавила:

— Напиши заявку на новый компьютер, я подпишу у начальника отдела ИТ.

— Спасибо, Лариса Дмитриевна! — вырвалось у меня.

— Иди уже, пока опять кто-нибудь не пришёл, — буркнула она.

Но этот суматошный день ещё продолжался.

Меня вызвал Илья Петрович Синицын, замдиректора.

Его кабинет встретил меня сквозняком — окна были открыты настежь, стол утопал в хаосе бумаг, а взгляд зама холодный, с подвохом.

— Маргарита, вы же были близки с Сергеем Викторовичем? — начал он, будто невзначай. — Он не делился с вами... чем-то личным?

Я уставилась на него, как на ненормального:

— Мы общались только по работе и в рабочее время.

Синицын прищурился, как кот перед прыжком:

— Советую поменьше болтать, если он всё-таки что-то говорил. Свободна!

Пожала плечами и вышла, размышляя: «Не офис, а гадюшник какой-то. Все что-то копают, а я как пешка в их играх». Что он хотел? И почему все думают, что я чья-то любовница?

Наконец рабочий день закончился.

Я забрала Машу из садика и пришла домой. Мама встретила меня с видом, будто я украла её пенсию. — В доме обеда нет, я голодна! — заявила она.

— Мама, ты приехала без предупреждения, — устало ответила я. — В будни я не готовлю. Маша ужинает в садике, а я вечером не ем. Приготовь сама.

— На чужой кухне? — возмутилась она. Я не люблю готовить, ты же знаешь.

Пожала плечами:

— Тогда иди в кафе или закажи доставку. А мы с Машей идём в парк!

— Ура! — завизжала Маша, подпрыгивая.

И побежала переодеваться.

Мы вышли на улицу, и усталость отступила.

В парке у фонтана нас ждал Боря с младшим братом Степкой. Боря в своей мятой футболке, а Степка — симпатичный вихрастый пацан, заботливо одетый мамой: джинсы и зелёная ветровка.