Бывший. Остаться в прошлом

Глава 14. Рита

Только я закончила с корпоративом и села за свой стол передохнуть и выпить чай, как завибрировал мобильник. Лариса! Её голос холодный и чёткий, как её идеально разложенные папки на столе.

— Маргарита, подбери все договоры, где поставщики китайцы. За последние два года. И отнеси прямо к Алексею Владимировичу. Бегом.

Ложка звякнула о блюдце. Контракты? С китайцами? Распечатала из базы список всех контрактов с надписью “China”, сунула блокнот в карман и рванула в архив, проклиная свою шустрость, из-за которой на меня сваливают всё подряд.

Офис гудел, как рынок перед закрытием: телефоны трезвонили, кто-то орал в переговорной, а в коридоре Мишка из логистики тащил коробку, бурча про «пять косарей за три канапе». Протиснулась мимо, думая: «Только бы не нарваться на Веронику, опять начнёт про постеры.»

Архив встретил меня пылью и тишиной. Взгромоздила большую коробку с договорами на стол, стёрла пот со лба и начала перебирать папки, сверяя со списком. Дата, номер, подпись, печать. Рутина успокаивала, но недолго. На пятой папке пальцы замерли: авансы в миллионах, формулировки — «товар общего назначения», «комплектующие».

Контракты, которые курировал Синицын.

Они пахли бедой, как горелый пластик в серверной Бори.

Отложила подозрительные папки в отдельную стопку, сердце стучало, как принтер перед сбоем.

«Я не следователь, я обычный администратор, — твердила себе. — Но это не просто цифры, это что-то странное».

Собрав всё по списку, понесла свою добычу в приёмную. Лариса посмотрела на меня благосклонно.

— Быстро управилась! Но Алексей Владимирович занят, — пропела она, не отрываясь от монитора. — Оставь на столе, я передам.

Но я заупрямилась:

— Эти документы для служебного пользования, — прижала папки к груди, будто они могли взорваться. — Я лично должна передать их директору.

— Тогда жди, — Лариса поправила модные очки, её взгляд был, как у классной руководительницы на продлёнке.

Присела на диван, чувствуя себя курьером с бомбой. Время шло, я зевала и клевала носом.

Ночь была беспокойная.

Вечером Маша бегала, смеялась и мама назвала ее “маленькая дрянь”.

Маша разобиделась, разревелась. Долго пришлось успокаивать малышку.

Но спала Маша плохо, вздрагивала, вертелась, хныкала, просила пить.

Утром я сделала маме последнее китайское предупреждение:

- Еще раз обидишь Машу, с вещами на выход. Она ребенок, шумит и бегает. Не нравится - не живи в моей квартире.

Вот теперь сижу, зеваю, с китайскими контрактами на коленях. Из своего кабинета вышел Синицын. Его взгляд упал на папки, и я увидела, как зрачки его сузились, как у кота перед прыжком. Он подошёл слишком быстро, слишком бесшумно.

— Рита, дай-ка это мне. Я как раз хотел заняться китайскими договорами, — он потянулся за папками, улыбаясь, как змея перед укусом.

Крепко прижала к себе злополучные папки.

— Мне поручил лично Алексей Владимирович. Ему и отдам.

— Я ваш непосредственный начальник! — его шёпот стал шипящим, злым. Он схватил угол верхней папки и дёрнул. — Немедленно отдайте!

— Нет! — я вцепилась в папку, костяшки побелели.

Мы боролись посреди приёмной, как школьницы за открытку с автографом кумира. Лариса смотрела с открытым ртом, её очки чуть не слетели.

Дверь кабинета Алексея распахнулась.

— Что происходит? Что за драка? Здесь приёмная, а не боксёрский ринг! — его голос разрезал воздух, как лезвие. — Пётр Ильич? Маргарита? Объяснитесь.

Пётр Ильич отпустил папки, отскочил и натянул маску подобострастия.

— Алексей Владимирович, я хотел взять документы на проверку, чтобы разгрузить вас. А Рита… проявила непонимание.

Я встала и выпрямила спину.

— Вы поручили мне подобрать китайские контракты. Я выполнила поручение, принесла папки с договорами и собиралась отдать вам.

Алексей посмотрел на Петра, потом на меня, его взгляд был, будто я пролила чай на его новый костюм и выдернула шнур из его принтера.

Он протянул руку, я отдала папки.

— Пётр Ильич, пройдёмте ко мне. Маргарита, вы тоже.

В кабинете он положил папки на стол и сел. Я стояла, стараясь не смотреть на Синицына, чьё лицо побелело, как бумага для принтера.

— Объясните, Пётр Ильич, что это за спектакль? — голос Алексея был холодным, как зимний ветер.

— Пустяк, Алексей Владимирович! Маргарита неверно поняла моё рвение помочь.

— Маргарита? — он повернулся ко мне. — Почему ты так яростно защищала эти бумаги?

Я сделала глубокий вдох, голос дрожал, как телефон на вибро.

— Мне… мне некоторые контракты показались странными. Цифры большие, формулировки размытые. Но я не специалист, могла ошибиться.

Алексей открыл верхнюю папку, пробежал глазами. Его лицо потемнело, как экран перед выключением. Он пролистал ещё пару страниц, потом набрал номер.

— Лариса Дмитриевна, срочно вызовите ко мне главного юриста и финдиректора. Немедленно!

Положил трубку, посмотрел на меня. Пётр стоял, как статуя, без кровинки в лице.

— Маргарита, вы свободны. И… — он запнулся, глядя с новым интересом. — Спасибо. Ты, оказывается, толковая.

Я кивнула и вышла, не глядя на Синицына.

В коридоре наткнулась на Веронику. Она куда-то шла с целеустремленным видом, её взгляд пронизывал, как рентген.

— Маргарита, ты занимаешься контрактами? — фыркнула она. — Ты что, теперь аудитор? С корпоративом закончи! Со всех собрала деньги за спутников? Про горячее узнала?

Спокойно ответила:

— Даже не начинала, Вероника Андреевна,. Алексей Владимирович поручил подобрать договоры с поставщиками из Китая, я работала по его указанию.

Она прищурилась, но промолчала.

Поскорее ушла, думая: «Не дам тебе меня затоптать».

Позвонила Юльке, чтобы выдохнуть.

— Рита, держись подальше от Синицына. Они вместе с Сергеем Викторовичем крутили разные аферы. Деньги большие, не суйся в их делишки. Ты мелкая сошка, обычный администратор. Я не лезла, что мне больше всех надо.