Бывший. Папа для Малинки

Глава 6

Малышка кушает аккуратно, старается, сосредоточенно. Не торопится, хотя очевидно, что она голодная.

Я работаю, чтобы не отвлекать её от еды, параллельно общаюсь с юристами, и с теми, кто мог бы помочь с опекой.

Довольно быстро мне находят нужный номер.

Могу позвонить и узнать, как именно малышка оказалась на улице.

Держу телефон, но почему-то не спешу звонить.

Смотрю на Малинку. Она доедает. Аккуратно выгребает последнее пюре с тарелки. Зажмуривается, и улыбается.

- Вкусно?

- Отень! Отень, отень! Мамотька товже готовила кусно. Пюр-решку и котетьки! Ку-усно!

- Расскажи мне про неё.

Сам не понимаю, зачем спрашиваю.

Но любопытство распирает реально.

Кто такая эта загадочная Вета Иванова?

Кого она могла встретить в моём ресторане?

Компаньон мой, Демьян счастливо женат. И жену свою встретил точно не здесь. Этого ресторана у нас в то время и не было.

Кто-то из клиентов?

Может быть.

- Мамотька у меня очень ховошая, только…

- Что?

Вижу, что куколка хмурится, явно расстроена. Не хочет вспоминать маму? Или что?

- Ей не везёт.

- Не везёт?

Интересно, эта клуша специально так ребёнку говорила? На жалость давила?

Что я, не знаю, что ли таких?

Да, даже в нашем кругу. В кругу очень богатых людей полно всяких историй.

Меня это всегда задевает.

Может, потому что я не рассчитываю когда-нибудь иметь своих детей? Диагноз, чёрт возьми…

А я хотел. Всегда хотел.

Так вышло, что у моей матери после меня долго не получалось. Мне было десять, когда она родила мою сестрёнку, Катюшу. И тринадцать, когда Катюхи не стало. Менингит. Очень неожиданно, очень быстро. Трагедия, которая чуть не разрушила брак моих родителей.

После мама так же долго боялась возвращаться к этой теме. Сказала, что будет ждать от меня внуков. Забеременела неожиданно, ей было сорок, мне восемнадцать. Родился мой брат Михаил. Михаил Юрьевич, как Лермонтов. Это он так всегда говорит. Сейчас мне тридцать пять, брату семнадцать. Отвязный пацан, спортсмен, безбашенный. Но мы очень близки. Я всегда стараюсь ему помогать, а иногда и он помогает мне.

Я же возился с ним, мелким, хотя мне уже было лет дофига, но я не был каким-то ветренным мажором, наоборот, уже тогда пытался что-то придумать, как заработать, и девчонки меня не особо интересовали, так… Потом уже начал вести более свободный образ жизни, начались клубы, заработал репутацию плейбоя.

Почему всё это крутится сейчас в голове?

Возможно, потому что понимаю, пора уже остановиться, остепениться.

Жениться, наверное, пора…

Жениться…

На ком?

Я встречаюсь с девушкой-моделью, Николь, ей двадцать пять. Красивая, длинноногая, не глупая, знает, чего хочет от этой жизни. А хочет она меня – богатого и щедрого. И готова на многое, чтобы я уже надел ей на палец заветное колечко.

А я не готов.

И ответ на вопрос почему я не готов мне очень не нравится.

Потому, что она не Лана.

Вот и всё.

Моргаю, словно пытаясь прогнать наваждение.

Смотрю на Малинку, которая пьёт сок через трубочку.

Сосредоточенная. Бровки хмурит.

Оксана сказала, что на меня похожа. А я не могу уловить сходства. Она светленькая, глаза огромные, пухлые губки, носик кнопочкой.

Милая, забавная. Рожицы любит корчить – это я понял.

Если бы у меня была дочь, я, наверное, хотел бы, чтобы она была именно такой.

- Так почему не везёт твоей мамочке?

- Я не взнаю. Не везёт. Она… она отень касивая.

- Красивая?

- Да, отень. А квасивых не все любят.

- Разве? Мне казалось, наоборот.

Интересно, красивая! Хотя, глядя на дочь я думаю, что мама у неё точно должна быть как минимум симпатичной. Бывает, конечно, когда красивые дети рождаются у не очень красивых родителей.

- Она тебя ругает?

Малинка вздыхает.

- Иногда, когда я хулюганю.

- А ты хулиганишь?

Девчушка забавно закатывает глазки.

- В садик ходива, и там уронила говшок с цветочком.

- Случайно?

- Спицально!

- Зачем?

- Ну… Матвей казав, что в земве чейви.

- Черви?

- Ага. Мы хотеви помотьеть их деток.

- Деток? – она так забавно бровки поднимает. Такая невинность! И сразу ясно – да, хулиганка. Но в принципе, разве за такое можно ругать?

- И за это мама ругала?

- Неть, она смеявась. И казала пво чевячков. Купива книжку, читава мне. Пвосто она боявась, что меня в сад не возьмут. Она ваботать не смовжет. И кушать будет нечего.

Нечего кушать… Да уж.

- А что еще мама делала?

- На ваботу ходива. Пева мне песенки. Шива пватья. Еще она меня всегда-всегда обнимава. И целовава. Потому што я её счастье.

- Не била тебя? – спрашиваю, а у самого почему-то ком в горле.

Не складывается образ идеальной мамочки с тем, что она в СИЗО. Что-то тут не так.

- Бива? С ума сошов? Неть! Мама меня любила! Любит.

Вижу, как подбородочек дрожит. В глазах опять слёзки.

- Я товже её люблю. Сийно, сийно! Ты… ты вже меня к ней отведешь?

Смотрит с такой надеждой!

И как я могу ей отказать?

Чёрт… что мне делать?

Сейчас отчётливо понимаю, что просто должен найти её мать. Найти, чтобы забрать у неё ребёнка.

*********************************************************************************************
Дорогие мои! Спасибо за поддержку! Очень хочется еще звездочек!
Если книга нравится - можно нажать плашку "МНЕ НРАВИТСЯ" Вот так, по стрелочке, чтобы плашка стала зеленой!
Больше звёздочек - и муза автора работает еще лучше! Всем спасибо!