Бывший. Верни своих девчонок

22

Коттедж оказывается воплощением роскоши и одновременного безвкусия, как это обычно и бывает у богатых толстосумов.

Я выхожу из автомобиля вслед за Михаилом. Иду по тропинке из брусчатки между еловых ветвей, поднимаюсь по лестнице в дом, словно на эшафот. Внутри дома холодный мрамор, яркий хрусталь, громкие голоса. Внутри меня – страх.

- Веди себя прилично! – цедит Миша на ухо, крепко сжимая моё плечо и сразу же меняется в лице. На нем маска – он улыбается самой широкой и добродушной своей улыбкой.

Тянет меня ко столу. Повинуюсь, осматривая гостей. Мое сердце трепещет от известия, и я ищу глазами лишь одного человека. Но не вижу никого, напоминающего даже примерно Руслана.

Звон хрустальных бокалов, притворный смех, густой табачный дым. Я сижу за огромным столом, словно пригвожденная к своему стулу. Рядом Миша, мой сегодняшний палач.

Он сияет, а мне тошно от всего этого притворства. Но он чувствует себя королем этого вечера – золотые часы, которые всем каждую минуту демонстрирует, это я ему дарила на день рождения, ухмылка на всё лицо, громкий голос, заглушающий остальных. Он рассказывает анекдоты, хлопает по плечам партнеров, пьет дорогой коньяк, как воду. Он ведет себя как бог, сошедший с Олимпа, чтобы удостоить этих смертных своим присутствием. И все ему подыгрывают. Все смотрят на него с обожанием. Они слепы, так же, как и я когда-то.

Мотаю головой, снова бросаю взгляды по сторонам.

Мне так душно здесь, так плохо, что держусь из последних сил. Он толкает меня в бок, вздрагиваю и улыбаюсь натянуто и неестественно. Уголки моих губ дрожат от напряжения, внутри все вывернуто наизнанку, сжато в один тугой, болезненный комок отчаяния и страха.

- А где Руслан? – спрашивает вдруг Миша, и я застываю, немею, превращаюсь в слух.

- На подъезде, - отвечает ему толстый бородатый мужик. – А вы знакомы разве? – он хмурится.

Сглатываю колючий ком.

Я не видела его шесть лет. Я его хоронила. А теперь он едет сюда?

Меня уже потряхивает. Каждая секунда кажется вечностью. Миша заглядывает в мое лицо и смеется, что-то говоря, но я ни черта не слышу, лишь бешеный стук своего сердца. Им не пло-о-о-хо!

Мамочки!

Всхлипываю, кусаю нижнюю губу, хватаю со стола салфетку и зачем-то тру рот, потом дрожащие пальцы. У меня почти истерика!

Такое состояние было лишь трижды, в те моменты, когда меня ломали: в детском доме, когда меня забирала к себе тетка и я из упрямой и злой за полгода превратилась в зашуганную и забитую, пожив с ней. Потом меня трясло перед участковым и детским психологом, которые пришли по вызову от соседей. Отчим ругал меня, поднимал руку, а тетка спокойно щелкала семечки под мои крики.

Третий раз я так тряслась, когда Руслан ушел и больше не вернулся.

И вот снова…

Вздыхаю, мне тяжко дышать и когда я пью из стакана воду, дверь в обеденный зал распахивается.

И я вижу его поверх стеклянного стакана.

- М-м, - издаю громкий стон.

Он почти не изменился. Он не изменился! Почти! – визжит все внутри, и новая волна дрожи сотрясает тело.

Он должен был измениться! Он ушел! Он исчез! Он умер! И оправдание только такое!

Но он улыбается.

Высокий.

Темноволосый.

В идеально сидящем костюме.

Лицо знакомое до боли и одновременно чуждое, как воспоминание из другой жизни. Сердце падает куда-то в пятки, замирает. Стакан вылетает из моих пальцев.

А потом взгляд скользит ниже. На его руку. На тонкие, изящные пальцы девушки, которая держится за его локоть. Молодая, красивая, с беззаботной улыбкой. Она что-то шепчет ему на ухо, и он наклоняется к ней с такой мягкостью, которой я у него никогда не видела. Он жесткий и беспринципный раньше, теперь как котенок.

Мир переворачивается. Звуки становятся оглушительными, потом пропадают вовсе. Перед глазами плывут черные пятна. Я судорожно сглатываю, впиваюсь ногтями в бархат обивки стула, заставляю себя смотреть в стол, но изнутри подступают слезы горячие, предательские, обжигающие мои веки.

Он жив. Здоров. У него новая жизнь. Новая женщина. А я здесь в аду.

И Миша тянет меня, словно ждал этого удара и этого момента.

- Идем. Нужно все подписать, мои документы готовы! Здесь юрист, мой компаньон и нотариус. Тебе не отвертеться, слышишь?! – шипит на ухо.

А я вскидываю голову и вновь смотрю на Руслана. Я хочу, чтобы он увидел меня.

- Рус! – окликаю его хриплым голосом.