Задумываюсь на секунду, но сразу же прихожу в себя. Вот ещё! Что это Яр выдумывает?
— Какие условия? — упираю руки в боки. — Если ты набил мой портрет на своих булках, тебе кранты! Я… я… я засужу тебя!
— Это за что, позволь спросить? — Яр приподнимает одну бровь.
В его взгляде так и пляшут озорные бесята. Как же я любила этот взгляд.
Обычно Яр так смотрел, когда безумно хотел меня. Но желание выяснить правду о возможном портрете на его заднице меня поглощает:
— Не знаю, — мотаю головой, — но я придумаю! Снимай штаны, говорю! — требую и снова тяну за резинку этих самых штанов.
Всё уже превратилось в фарс. Мне самой начинает казаться, что я вру сама себе. Зачем я так упорно пытаюсь стянуть с бывшего штаны?
— Не стоит искать поводы, чтобы увидеть меня без одежды, — говорит Яр, будто читая мои мысли. — Только попроси.
Гневно раздуваю ноздри. Ага, попроси. Я-то знаю, чем грозит такая просьба. Да и на кой мне это надо? Я лишь хочу убедиться, что моё лицо не красуется на ягодицах бывшего.
Вернее, хочу убедить себя в том, что это моё единственное желание.
Но чем дольше держу резинку штанов Соколова, тем больше думаю, что он прав. А в голове быстро воскресают образы бывшего без одежды. Какой он был всегда соблазнительный. А вчера…
М-м…
— Н-но, — моментально хмурюсь, вспомнив, как Яр переодевался. — Я не видела вчера никакой татуировки, — подвисаю.
Неужто я не заметила бы татуировку на его пятой точке? Она же не может быть такой маленькой. Всё-таки портрет, даже карикатурный, займёт немало места.
Кажется, я слишком долго торможу.
Соколов соблазнительно улыбается и смотрит на меня исподлобья.
Боже, этот взгляд. Я таю под ним, как зефир в микроволновке. Просто превращаюсь в липкую, мягкую массу. Ещё чуть-чуть, и меня будет невозможно оторвать от Ярослава.
Так было всегда, и, боюсь, есть все шансы, что это повторится.
— Что? — спрашиваю, не выдержав этого возбуждающего взгляда.
— Так значит, ты всё-таки подглядывала, — шепчет мне Яр.
— Ой, да подумаешь, — закатываю глаза и делаю вид, словно всё это не имеет значения. — Будто ты случайно оставил дверь открытой. Уверена, это был твой хитрый план.
— И он сработал, — кивает бывший, согласившись с моими словами.
Пока ошарашенно смотрю на Ярослава, он резво прижимает меня к дивану. Нависает на вытянутых руках и смотрит прямо в глаза.
Внутри меня тысячами маленьких огней разгорается возбуждение. Оно поглощает меня. В каждой клеточке моего тела вспыхивают воспоминания от ласк Ярослава.
Сколько всего я узнала с ним. Сколько новых и незабываемых ощущений подарили мне его руки и губы.
За те два года, что мы были вместе, Яр изучил моё тело вдоль и поперёк. Каждый миллиметр, каждую эрогенную зону.
Ведь это только поначалу мы просто предавались дикой и необузданной страсти. А потом наступил затяжной период экспериментов и изучения друг друга.
Да что ты будешь делать…
Как можно сопротивляться этому напору, соблазнительной улыбке, таким знакомым и мягким губам?
Губам?
Закрываю глаза и глубоко, и неровно дышу, но позволяю Яру себя поцеловать.
И нет. Не так, как утром. Не дежурный поцелуй. Самый настоящий и полный неистовой страсти.
Вопреки своему желанию извиваюсь и издаю громкий стон, когда Яр нагло засовывает свой язык в мой рот.
Сволочь, он точно знает, на что надавить, чтобы я капитулировала перед его натиском.
Хочу схватить Соколова за шею и как можно плотнее притянуть к себе. Хочу ощутить его всем телом. Я так скучала все эти годы.
Тёплые руки Яра скользят по моей талии вниз. Окутывают бёдра нежными ласками. Он задирает футболку и касается моего живота. Опускается ниже и прижимается ко мне своим таким горячим телом.
Меня будто обдаёт кипятком, но всё равно очень приятно. Наверное, я мазохистка, раз позволяю снова причинять себе боль.
Да, сейчас мне хорошо, но что будет потом? А не всё ли равно?
Дыхание моё сбивается. Отпускаю себя и позволяю бывшему проявить свой напор. Яр не разочаровывает.
Его руки так и шныряют по моему телу, доставляя удовольствие. Но где-то в глубине моей души идёт ожесточённая борьба между давно забытым желанием ощутить Яра и здравым смыслом.
Да уж, здравый смысл так и кричит мне, что надо остановиться, а вот тело просит продолжения.
И как же выбрать?
На самом деле очень даже легко. Как только Яр запускает свою руку в мои трусики, я прихожу в себя:
— Стоп! — резко открываю глаза.
— Ты чего? — удивлённо смотрит на меня Ярослав.
— Ты что творишь? — шиплю и упираюсь обеими руками в обнажённую грудь бывшего.
— Мне показалось, что ты тоже этого хочешь, — щурится, разглядывая меня.
Немного успокоив своё дыхание, говорю:
— Вот именно, что показалось. Это здесь ключевое слово, — стараюсь смотреть Соколову в глаза для убедительности.
— Не дури, Лерок, — нагло усмехается Яр и теперь уже куда ощутимее прижимает меня к дивану. — Меня не проведёшь, — наклоняется и касается моего уха. — Я же вижу, что ты сама горишь от желания.
— Может, и горю, но это не повод вот так бездумно кидаться в твои объятия.
Отворачиваюсь, когда Яр почти целует меня в губы.
— Давай не будем усложнять, а? — взываю к разуму Яра.
— Я не вижу здесь сложностей. Двое одиноких и страстных людей хотят провести время вместе. И что же им мешает? — снова наклоняется к моим губам.
— Может, то, что ты изменил мне, прямо перед тем, как бросить?
Отредактировано: 19.08.2024