Цапля, Журавль и Воробей

13

Катерина сама не заметила, как Аида начала занимать ее мысли и ее жизнь. Куда бы она ни пошла, Аида вечно была рядом, в каждом предмете и чуть ли не на каждой афише города. Терпение подошло к концу, когда Аида оказалась приглашенным лектором на подготовительные курсы. Катя и не знала, что она – искусствовед.

И вот сегодня, в последний рабочий день перед Новогодними праздниками, Аида, не присутствуя никак в издательстве, добивала бедную девушку. Перед ней возник Вадим Антонович. Он мешал ей пройти, в узком коридоре выставив руку и загораживая проход. Наглый какой!

«Екатерина, добрый день! Вы замечательно выглядите» - сразу начал он.

«Боюсь, я спешу, Вадим Антонович, срочно нужно донести рукопись Платону Владиславовичу. Иначе в печать не успеем, и у издательства будут большие проблемы!» - попыталась пронырнуть под рукой Катерина, но директор заставил ее остановиться: он выхватил рукопись из ее рук, так что Кате волей-неволей пришлось продолжить разговор.

«Никуда не денется ни Платон, ни печать. Мир не рухнет, если Вы уделите мне три минуты своего времени» - произнес Вадим Антонович медленным голосом, отчетливо и тяжеловесно, и Катерине показалось, что ноги врастают в пол.

«Я Вас слушаю» - больше механически ответила она. Что понадобилось директору? Вновь подговорить её копать под Платона? Ну уж нет, в это топкое болото она не полезет.

«Меня радует, когда люди слушают… и слушаются… - начал он с презрительной улыбкой, опираясь плечом на стену и лениво пролистывая рукопись, глядя сквозь текст, - сегодня замечательный день, и я хотел бы отпустить Вас пораньше»

«Еще так много работы, я не думаю, что…» - поспешила прервать речь директора Катя, уловив фальшивую ноту.

«Я приглашаю Вас в ресторан» - оторвался от текста Вадим, не дав Катерине возможности договорить. Он приподнял брови и своими искренними глазами взглянул на девушку. Своими поддельно-искренними. Фальшивыми. Катя уже знала.

«Рада отказала, да?» - не ожидав от себя такой наглости, выпалила девушка. Вадим весь вытянулся, брови полезли к волосам, и сам он, казалось, весь вырастет до потолка. Откровенность и прямолинейность девушки так сбила его, что он даже не смог контролировать свои слова.

«Нет… Аида…» - прошептал он.

Аида, Аида, Аида, Аида! Да сколько можно? Она везде! Пользуясь случаем, Катерина, топнув ногой и сжав кулаки, произнесла: «Три минуты кончились!» - выхватила рукопись и побежала в отдел. Правда, она боялась, что и там встретит Аиду, эту вездесущую женщину. Но в кабинете были только свои.

Стол Платона так и был на том же месте. Его коморку не собирались ремонтировать, сколько бы он сам ни просил у Вадима Антоновича. Тот только повторял, что денег нет, или рабочие бригады заняты, или еще чего. Вот поэтому Платон и сидел вместе со всеми до сих пор.

Катерина, еще не оправившись от своего возмущения, прошла к столу своего начальника и демонстративно подала ему рукопись, описывая рукою в воздухе круг и вздергивая высоко голову. Платон тоже напоминал ей об Аиде; более того, Кате казалось, что Новый Год они проведут вместе. Так почему бы ей не злиться?

Она прошла к своему столу, придвинутому к столу Рады, села напротив коллеги, сохраняя всё то же выражение лица. Рада улыбнулась ей, но девушка не ответила, обижаясь на нее. Ведь она была дружна с Аидой, они постоянно обсуждали цветы и садоводство, делились рецептами выпечки, мило шутили. Весь мир словно сговорился!

Славик зашёл. Осведомился, когда в печать подадут. И он напоминает об Аиде! Ведь он сидел на той же лекции, что и Катя, слушал Аиду и записывал за ней каждое слово!

«Послушай, Слава, вот только последнюю рукопись принесли, в печать не ранее послезавтра!»

«Платон Владиславович, я всё понимаю, но Вадим Антоныч… минуту назад позвал меня на ковер. Он был очень злой, вроде праздники, тридцать первое сегодня, короткий рабочий день… а он обозлился на что-то. Сказал, что печать должна быть сегодня, чтобы назавтра в центральном магазине первая партия поставлена была» - оправдывался Славик, словно сам был виноват.

Неужели это он так из-за неё, Катерины обозлился? Почему же она так неаккуратно поступила? Злопамятный и мстительный, оказывается, этот Вадим Антоныч… Не к добру всё это…

***

Близилось к концу рабочего дня, но расходиться никто не собирался. Отделы один за другим закрывались, и лишь у ежемесячника горел свет. Платон потирал затекшую шею, Рада разминала уставшие ноги, Дима ушел в цех печати. Катерина всё порывалась уйти – имела полное право – но не хотела оставлять своих коллег. От этого она сидела, словно на иголках, ведь ее часть работы была закончена, и она была в этот момент совершенно не к месту.

«Катерина, почему Вы до сих пор здесь сидите? Вы можете идти домой, заслужили отдых и праздник!» - сказал Платон с улыбкой усталости.

«А вы почему не идете? Рабочий день закончился, а задерживать вас здесь – это нарушение трудового кодекса! Имеете полное право встать и уйти, пожаловаться на нашего директора, устроить забастовку!»  - Катя была удивлена, ведь ей казалось, что Платон не останется, а непременно будет с Аидой.